Капитан ближнего плавания - Квинтус Номен

И я подумала, что если на старый корпус поставить старый двигатель, то можно получить еще один рабочий корабль. Теоретически можно, ведь никто не знает, сможет ли работать пролежавший на Церере больше ста двадцати лет двигатель и даже можно ли его хотя бы теоретически починить. А провести проверку его можно лишь во второй конюшне, но перевозка с Цереры на земную орбиту стоит, как я выяснила, чуть больше двухсот тысяч рублей. У меня таких денег, конечно же, нет — но я вот что подумала: если хотя бы каждый второй из моих зрителей переведет для перевозки на специальный счет хотя бы десять рублей… Я не могу гарантировать, что двигатель будет можно использовать, информаторий говорит, что вероятность того, что он окажется хотя бы ремонтопригодным, составляет процентов семьдесят. Но без двигателя корабль — это просто красивая титановая бочка, никому вообще не нужная…

Если за месяц у меня не получится собрать необходимую для перевозки сумму, все пожертвования будут возвращены тем, кто их сделал — просто потому, что Церера уже уходит от Марса и в следующий раз заниматься такой перевозкой получится не раньше, чем через четыре года. Но если мы соберем нужную сумму, то уже через полгода двигатель окажется в конюшне и мы узнаем, стоит ли и дальше заниматься восстановлением этого корабля. Вот координаты счета, но я должна предупредить: анонимные переводы я заблокировала чтобы возврат денег в случае неудачи гарантированно прошел, однако координаты тех, кто пожертвует на эту работу любую сумму, информаторий ни при каких условиях и никому не сообщит. Всем спасибо, а теперь посмотрите пятиминутную презентацию проекта восстановления корабля, подготовленную информаторием…

Закончив запись, Ира с довольным видом откинулась в кресле и, закрыв глаза, представила, как отремонтированный «Горбунок» выходит в рейс. А когда закончилась трансляция презентации, Ира открыла глаза и очень сильно удивилась: похоже, она несколько недооценила свою популярность. Вообще-то о своих зрителях она знала очень немного: по закону публикатор любого контекста в сети мог получить только общую статистическую информацию, и только если зритель сам попросил его данные публикатору предоставить, человек узнавал, что из знакомых следит за его материалами. Так что Ира точно знала, что ее репортажи смотрят почти все бывшие одноклассницы и еще родственники (но прием пожертвований от родственников она предусмотрительно заблокировала, ведь семье нужно было за «Рысака» еще долго расплачиваться) — а коммуникатор показал, что еще до того, как ее репортаж достиг Земли, уже несколько сотен человек сделали свои взносы. И очень многие взносы были гораздо больше, чем по десятке…

А еще минут через пять к ней в комнату, предварительно постучавшись, зашла Валентина Николаевна:

— Ира, я вот что хочу у тебя спросить, относительно твоей идеи по восстановлению старого «Горбунка».

— Я просто подумала… ведь «Трешку» для нашего музея посадили, собрав деньги по подписке среди флотских, то есть такой сбор денег на полезное всем дело считается нормальным…

— А я не это спросить хотела. Ты почему людям сказала, что двигатель на конюшню только через полгода доставят?

— Ну… я посмотрела расписание «Горбунков». С Цереры первый послезавтра уходит, но на него нам всяко не успеть, потом через два месяца — и он будет последним в горячий сезон. А на дальние рейсы никто дополнительный груз брать не станет.

— Молодец! Но танкеры-то по пять штук в сутки к нам оттуда ходят!

— А разве на танкере можно что-то кроме танков возить? Ведь он почти целиком в хомут влезает, а на телеге нет дополнительных узлов крепления.

— Ира, как тебе не стыдно! У тебя наставница пятнадцать лет на танкерах проходила, а ты у меня даже поинтересоваться не захотела… Открою тебе маленький секрет: мы на танкерах столько всякого нештатного таскали!

— Но ведь если нет узлов крепления…

— Узлы нужны автоматам, а живые люди еще в каменном веке придумали, как грузы к телегам веревками крепить. Там же двигатель этот просто валяется в транспортном контейнере?

— Да, и у него масса с контейнером примерно тысяча двести тонн.

— Это я уже уточнила, и посчитать успела: масса груза возрастет менее чем на полпроцента, то есть и расход рабочего тела возрастет на столько же — а это в пределах допуска и для танкера, и для стартовой катапульты тележной. Телеги на Церере полностью комплектуются в доке, чтобы привязать такой контейнер там место есть, а контейнер до дока даже катер дотащит. День на перевозку к доку, одна смена на привязывание к телеге… Сейчас путь оттуда до нас занимает две недели всего, а от нас в конюшню «Горбунки» раз в неделю летают. И получается, то двигатель в конюшне окажется уже через полтора месяца…

— А на Церере согласятся этот контейнер к телеге привязывать?

— Местное управление танкерного флота уже согласилось, а с Цереры мы ответ минут через пятнадцать получим.

— Но… я же не знаю, когда получится деньги собрать, и даже не уверена, что их вообще соберу…

— Это у тебя на коммуникаторе статус объявленного тобой счета? Сколько времени с начала твоей трансляции прошло? Это ведь только то, что тебе марсианские почитатели твоих талантов прислали, так получается?

— Ой…

— Вот тебе и ой!

— Но у меня всего школьников меньше сорока тысяч…

— А ты что, запрос только по школьникам делала?

— Ну да, я попросила предоставить информацию о том, сколько меня смотрят школьниц и сколько школьников…

— Да, на капитана не зря двенадцать лет учат! Переформулируй запрос на следующий: дать общую статистику по подписчикам с разбивкой на возраст, род занятий и место пребывания. Ведь только ты, как автор контекста, имеешь право на подобные запросы. Но это не к спеху: ты заявку на перевозку двигателя сама оформишь или мне этим занятья?

— Да!

— Ира, учись быть капитаном и приказы отдавай четкие и однозначные. Что значит твое «да»?

— Наверное, вам будет проще заявку подать, ведь вы в танкерном управлении почти всех знаете…

— Ира, еще раз повторяю: отдавай приказ четко и…

— Валентина Николаевна, оформите заказ на перевозку двигателя с Цереры к Марсу!

— Как твоя наставница, констатирую существенный прогресс в овладении капитанскими навыками, — Валентина Николаевна широко улыбнулась. — А теперь, товарищ будущий капитан, отбой! Завтра все дополнительно обсудим.