Анатолий Ильинский - Лодка
— Вы у меня спрашиваете?.. Кто из нас в этиу-ух меу-устах… — всё опять резко прекратилось — …живёт?
— Мех, прибавь газу, — Лок воспользовавшись паузой, соединился по переговорнику с Фалком, — жми на всю, я отвечаю…
— Погружение на сотню, — проорал Рик, что-то переключая, — быстро, быстро! Надо поглубже зарыться, пока глубина позволяет.
Жуткий, но очень далёкий вой возник снова, и теперь уже не смолкал. По центральному посту шёл совершенно независимо от остальных частей тела бюст бортинженера, и, двигаясь по воздуху, отдавал распоряжения сопутствующие отработке приказания на погружение.
— Хорошо, что ребята всё на ощупь знают, — голова второго помощника, словно футбольный мяч совершенно отдельно от туловища пролетела над Крейцем и каплей стала стекать в автономно плавающий среди других различных предметов и образцов организмов, белый воротничок рубашки.
— Шестьдесят…
Чья-то повышенной волосатости промасленная рука, обрезанная по локоть, перед самым носом адмирала закручивала ключом гайку. Рядом проплыло колено системы охлаждения в продольном сечении с пузырящейся жидкостью внутри. Всё свободное пространство теперь было заполнено хаотично движущимися вещами и представляло собой самую невообразимую коллекцию получивших автономию предметов.
— Семьдесят…
Нарезанный длинными полосами, словно лапша, на разных уровнях по рубке прошёл кок. Тяговая лопасть, рубя воздух острыми краями, величаво проехала насквозь всё, что плавало вокруг, и вдруг став мягкой, словно жевательная резинка, облепила летающие отдельно кремальеры люка.
— Восемьдесят…
Вой постепенно затих. Лапша выровнялась в одной плоскости, рука с ключом исчезла, но вместо неё появились брюки, заканчивающиеся манжетами рубашки. Фрагмент увеличенного до молекулярного уровня чипа с бегающими в нём светящимися электронами распался на атомы и существенно замусорил и без того уже загаженную панораму.
— Девяносто…
Лапша слилась, образовав нормальную фигуру кока. Окружающие тоже довольно быстро разобрали свои недостающие компоненты. Всё начало нормализовываться.
— Сто…
— Продолжать до ста двадцати. — Рик. повернулся к командиру, — теперь только изображение восстановить осталось.
Действительно, на ста двадцати чудеса поутихли. Лишь иногда проскакивали необычности, но после виденного, на них уже ни кто не обращал внимания.
Ошеломлённый экипаж начал приходить в себя.
— Если это был всего лишь безобидный край явления, не берусь даже представить, что творится в эпицентре, — Тильс откинувшись, расслабленно лежал в кресле.
— Теперь я, кажется, понимаю, почему у них в "гостиной" всегда так чисто от астероидов и прочего мусора, — глаза штурмана всё ещё испуганно бегали, — и кто там подметает.
— А ты — то, как здесь оказался?
— Стреляли…
— А я теперь понимаю, почему моряки перед штормом всё намертво крепят…
— Средний ход, — Рик с усилием собрался в кресле, — подходим к опушке пояса.
Зажёгся экран переговорника с механиком в центре:
— Когда перекур?
— Скоро Фалк, скоро. Потерпи ещё чуть-чуть, — второй помощник с жалостью смотрел на вымотанного до предела механика, — ну как там у тебя?
— После такого броска U-двигателям необходим отдых. — Выхлоп безнадёжно и устало махнул рукой, — а так же восстановить ресурс, произвести техническое обслуживание, ремонт…
— Сколько?
— Часа четыре, не меньше.
— Подожди Фалк, сейчас укроемся получше, и получишь свои часы. Людей в помощь дать?
Вместо ответа механик лишь снова махнул рукой и отключился.
— Любишь кататься, а имей сто рублей, — печально прокомментировал Рик.
— Рубли это что, топливо такое, что ли? — Кливмел остался верен себе.
— Вроде того…
— Так его на долго не хватит, — Крейц покачал головой, — ведь он действительно на себе лодку тащит.
— Кто? — Обернулся оружейник, — Выхлоп или U-двигатель?
— Рик, а не пора лишних с поля, — командир очень выразительно посмотрел на Сиза. — Кризис, вроде миновал.
— Одну минуту, сэр, — Тильс внимательно разглядывал ПК, — мы не должны забывать о Занге.
— О ком?.. Ах, да! Что вы предлагаете?
— В связи с её высокой быстроходностью, предлагаю на время стоянки ввести режим готовности номер один… Курок должен быть взведён.
— Принято.
— Элия, начинайте подъём на двадцать, только помедленней, — Рик недоверчиво рассматривал теперь уже единую фигуру бортинженера.
— Есть, сэр, — откликнулся тот, однако, перехватив взгляд помощника, тут же в полголоса добавил, — ну чего уставился? На себя бы посмотрел…
— Штурман?..
— Вот сюда, — Дэд показал на ПК место предполагаемой стоянки.
— И?.. — подсказал командир вместо помощника, не дождавшись альтернативы.
— "И" не будет! Только сюда! — отрезал штурман очень внимательно продолжая изучать район.
Все удивлённо посмотрели на Дэда, обернувшись от своих постов. Тот, почувствовав на себе общий взгляд, очень смутился:
— Просто больше здесь некуда, везде подвижные слои и малая глубина, — заоправдывался он, — а тут и глубина до сорока, и относительная стабильность.
По рубке пронёсся всеобщий вздох облегчения:
— Знать надо своих людей.
— Ну, Мач, настал твой звёздный час! Начнёшь работать, как только бортинженер произнесёт магическое слово "двадцать", это будет для тебя сигнал к действию.
— Тоже мне "звёздный час", — пробурчал шефпилот, с видимым удовольствием кладя руки на штурвал, — это на среднем-то ходу…
— И не раньше! — резко дополнил помощника командир.
— Что не раньше?
— Не раньше, чем бортинженер скажет: "Двадцать".
— Слушаюсь, сэр!
— Вот, так.
Бортинженер уже начал обратный отсчёт. Лодка почти успокоилась. Рубка наполнилась привычной музыкой команд, пения приборов и мелодичной россыпью сигнализации с ввода постов.
— С ума можно сойти, — наконец сделал свою оценку всему происшедшему адмирал.
— А вам разве не приходилось с этим сталкиваться? — Крейц развернул на него своё кресло.
— Ходили разные легенды, даже не легенды, а скорее бред сумасшедших… Но у нас ведь ни когда не было лоцмана…
— Да вы успокойтесь, вон Рик говорит, что всё уже позади, если конечно Занга в гости не пожалует.
— Конечно, конечно. Но я наверно должен выпить.
— Кок! Лекарство адмиралу!
— Скажите командор, а в вашу вахту Сильвер не приходит?
— Нет. Он почему-то только Тильсу эксклюзивные интервью даёт.