Геном хищника 10 - Евгений Александрович Гарцевич

Над ухом матюкнулся Фей, бросившийся за кувалдой. А я, активировав «Перо» попытался сам добить паука. Но только замахнулся, оказалось, что его уже не было. Через дым, через огонь, биомех ковыляя и сильно вздрагивая, будто его до сих пор током подпрошибает, ускакал в темноту и дым. Только аура и мелькнула.

— Да сдохни ты уже, сука! — заорал Купер, в бешенстве кидая в богомола опустевший огнемёт.

— Дожмём! — откликнулся Хадсон, и в следующий миг рвануло!

На меня рухнуло что-то тяжёлое, но мягкое. Ответочка от Шустрого, попытавшегося прикрыть мой голову от огненных брызг. И на минуту стало не только дымно, но и темно.

А в следующий миг стало и мокро! Мне за шиворот потекла кровь Шустрого. Сквозь шум в ушах долетел вопль Купера, а камень рядом вздрогнул от удара кувалдой.

— Кажется, отбегался, — захрипел Шустрый мне на ухо и безвольной куклой сполз с меня.

На оценку ситуации у меня было меньше секунды. Шустрый закатывал глаза, кашляя кровью. Грудь пробита — чудом и до меня не дошло. Фей вместе со своей кувалдой лежит поперёк стены, присыпанный каменной крошкой, которую видать своей спиной и выбил. Дымящийся Чейк в отрубе от взрывной волны. Лесник на ногах, сражается с собственным оружием, что там у него заклинило.

А впереди два обезумевших берсерка. Один — человеческий демон, слетевший с катушек, а второй — механическая хрень, потерявшая самое ценное для себя и явно перешедшая в режим ярости и уничтожения.

Взрыв кокона явно подпортил биомеха. Часть лап погнуло, развернув в стороны. Но и без кокона, и без лишних конечностей, тварь стала даже подвижней. Всплеск движения чёрных изгибов, и она рванула на Купера, выставив перед собой клешню. Купер, кажется, рванул ещё быстрее. Руки точно несколько раз мелькнули, когда он пробил сначала по корпусу, потом по визору, и закончил, врезавшись в клешню. Хрустнула кость. И в следующий момент Купер взлетел в воздух, зажатый клешней-манипулятором.

Инкубатор поднял его в воздух, не обращая внимания на попытки Купера пнуть его по стальным «рёбрам». И опустил голову, направляя рог в грудь моего напарника и открывая для меня затылок.

Я не чувствовал, что организм перезагрузился. Не было во мне сейчас нужного полного заряда, но зато в руке было свеженькое «Перо». Разгон пришлось брать из неудобного положения, и так, чтобы больше не давить на Шустрого. Но как только я почувствовал твёрдый камень под ногами, я рванул так быстро, как никогда не делал до этого. Суставы взвыли, пройдя через «Поглощение» и запустив на себя же регенерацию.

Но было уже на всё пофиг!

— Па ла пинга, пэндэхо, — чтобы это не значило…

Я долетел. Я к чему-то прилип. К какому-то защитному слою, кислотой обжёгшим меня сквозь одежду. Я будто на прутья арматуры упал, пересчитав их своими рёбрами. Но пофиг! Главное, что «Перо» достигло цели.

Я опять пробился всего на пару сантиметров. И опять сломал клинок. Но за долю мгновения я провёл через него весь свой электрический потенциал. Получилось что-то типа микроразрыва. Будто маленький, но очень гордый ЭМИ-заряд, вспыхнул в голове у биомеха.

Сначала рухнул Купер, выскользнувший из ослабевшей клешни. Потом упал подрагивающий инкубатор. И только потом на новом рывке кувыркнулся с него я. Можно сказать, что жопой почувствовал, свист кувалды за спиной.

Очухавшийся Фей ударил с такой силой, что и голова, и кувалда целиком скрылись в камне. Он с трудом, раскачивая рукоятку, освободил боёк и ударил снова.

Бум.

Я уже не смотрел, рванув обратно к Шустрому.

Бум.

Еле живой Шуст успел достать свою порцию «Живинки», но открутить крышку сил у него уже не хватило.

Бум.

Я был уже рядом с Хадсоном.

Бум.

Купер попытался встать, но видок у него был такой же перекошенный как и инкубатора. К счастью, после первого удара кувалдой, а не сейчас.

Бум…

И тишина.

Я обернулся на Фея, напоминавшего сейчас ещё одного демона. Он пошатывался, но вытянул руку, сжимая в ней оторванную голову богомола, из которой торчали искрящиеся обрывки каких-то трубок.

— Ну капец, сплошные хищники в отряде, — прошептал я и, подняв огнемёт Хадсона, пошёл дожигать коконы.

Двигаться в перегретом воздухе с выжженным кислородом совершенно не хотелось. Честно говоря, и находиться в этой пещере желания уже никакого не было, но дело надо было довести до конца.

Я переживал за раненых, толком не понимая, кого больше поломали. Шустрого — пробитого рогом насквозь или Купера с кучей внутренних повреждений. С первым хотя бы всё было понятно — рана видна, действие «Живинки» пусть медленно, но наглядно. А к Куперу даже подойти было сложно — его ещё не отпустило, и он не особо отличал своих от чужих. Ещё и Хадсон, блин, с нехилым таким процентом обожжённого тела. Он был в сознании, но двигаться толком не мог, только тяжело кряхтел на попытки срезать с него запёкшуюся одежду. И «Живинкой» его не полить, того и глядишь от болевого шока вообще регенерация отключится.

Ранеными занялся Лесник, а мы с Феем всё-таки выдвинулись дальше. Дыма стало сильно меньше, но ещё как минимум четыре кокона продолжали гнать свою микрофлору.

Я добыл новый бак — последний из запасов, и осторожно, держась на границе, начал печь ближайший кокон. Фей стоял рядом, готовый в любой момент обрушить на кого угодно своё обновлённой оружие. Я упустил момент, когда он сломал кувалду, но сейчас на укороченную рукоятку была насажена голова инкубатора. Получилось уже почти какая-то кирка или даже коса. Выглядело кустарно, но страшно. Правда, явно страшнее, чем потенциально эффективнее. Но на один удар точно хватит.

Паук пока не показывался. На уровне сканера он отображался бледно, прячась где-то в ответвлениях пещеры. И как по мне, пусть и дальше там прячется, пока мы уничтожаем его активную среду.

Вскипел и лопнул первый кокон, шмякнув на пол густыми пятнами. До нас не долетело всего на какой-то метр. Но я всё равно сместился к другой стене, нацелившись на следующий источник. Тут уже надо было решать — жечь всё, чтобы с гарантией лишить дымопряда возможности двигаться или же рисковать. Оставлять один кокон для изучений, а паука добивать вручную.

Я