И пришёл охотник - Сергей Котов
Разрыв совсем рядом. Сквозь щели в потолочных панелях просыпались тонкие струйки грунта.
«Как странно: нас ведь могут накрыть свои. Наверно, подтянули что-то более дальнобойное… это хорошо, значит, вражьему плацдарму достанется! Плохо, что мы сейчас здесь… а те, кто ведёт огонь, наверняка и не знают об операции».
Наш охранник вёл себя невозмутимо. Значит, прилетает рядом не впервые. Видимо, где-то в этом районе есть более приоритетная цель, которую и пытаются достать наши.
Заметив мой взгляд, парень с «Укропом» едва заметно улыбнулся. Потом сказал на украинском:
— Три залпа. Сейчас наши достанут, — прокомментировал он. Потом добавил, в ответ на мой недоуменный взгляд: — жирная ложная цель. Их арту так вскрываем.
— Ясно, — кивнул я.
И действительно: прилёты прекратились. Мне хотелось думать, что наши артиллеристы успели сменить позицию до прилёта «ответки».
Прошло ещё около четверти часа. Я услышал, как хлопнула внешняя дверь «блинчика». Потянуло свежестью и гарью. В предбаннике, где стояла печка, о чём-то приглушённо говорили, но слов было не разобрать.
Ещё через пару минут наш охранник вытянулся по струнке, глядя на кого-то в глубине помещения, и отступил в сторону, давая проход.
В нашу часть блиндажа вошёл мужчина, одетый в дорогую гражданскую курту, трекинговые брюки и ботинки. У него было доброе, широкое лицо с крупным носом, длинные седые волосы и чуть оттопыренные уши. Он смотрел на меня своими ореховыми глазами, с лёгкой улыбкой на тонких губах.
Оглядев нас по очереди, мужчина кивнул, сделал какой-то знак сопровождавшим его военным и, не сказав ни слова, вышел из помещения. Охранник занял своё место.
Ещё через минуту к нам вошёл один из бойцов, которые встречали нас. Он ткнул указательным пальцем мне в грудь и произнёс:
— Ты. На выход!
Мы обменялись с Кантом быстрыми взглядами. В его глазах мелькнула тревога, но тут же исчезла. Он едва заметно кивнул мне, будто подбадривая.
Я встал. Проходя мимо кошки, я легонько погладил её по голове. Та в ответ приоткрыла глаза и едва слышно муркнула. Прикосновение к её мягкой шёрстке подействовало на меня ободряюще. Что-то явно шло не так — но не факт, что обязательно в плохую сторону. По легенде именно я — старший группы. Может, нас сочли достаточно важными, чтобы я получил возможность отчитаться на высоком уровне? Мужик в гражданке наверняка был крупной шишкой. Это чувствовалось. И, конечно, впечатление о доброе его физиономии было обманчивым. Добрые люди не шастают по ночам в блиндажах на «передке» с личной охраной.
Дюжие мужики в «предбаннике», похоже, были его личной охраной. Добротный «мультикам» безо всяких опознавательных знаков, отличная снаряга, «Пойнт Блэк», «Край Пресижн»… опять же, откуда я знаю про снарягу? Гоблин вроде не говорил, что поделится…
Мужик в гражданке обернулся и ободряюще мне кивнул, указывая на выход из блиндажа. Я оглянулся в последний раз. Увидел край ботинка Лешего с подсхошей грязью. Кошка потягивалась на спальнике, устраиваясь поудобнее.
Снаружи стояла предрассветная серость. Именно это время считается самым безопасным для военных передвижений. Часто так и говорят: «идти по серому». Справа на фоне светлеющего неба выделялась чёрной воспалённой десной гребёнка ближайшей лесополки. На краю поля, впереди и чуть левее, вздыбились руины то ли бывшего коровника, то ли ангара для сельхозтехники. В той стороне мне померещилось какое-то движение, и я замер на секунду, приглядываясь.
— Не задерживаться. Двигайся! — скомандовал один из сопровождающих, на украинском.
Я кивнул и двинулся дальше
Метрах в двадцати от входа в блиндаж стояли две багги. Один из охранников «гражданского» мужика указал мне на заднее сиденье. Я кивнул и занял место. После это охранник пристегнул меня пятиточечным ремнём. Сомнительное мероприятие как по мне: ремни мгновенно не отцепишь, а под угрозой дроновой атаки ключевой навык для выживания — умение быстро покинуть транспорт.
Один из охранников сел за руль, другой занял место справа от меня. И не стал пристёгиваться. Я немного поёрзал, поправляя броник. Потом потянулся к пряжке. Охранник тут же тронул меня за руку и мотнул головой — мол, не дёргайся.
Мы рванули с места.
Багги оказался электрическим. Аппарат нёсся по полю, резво подскакивая на кочках, под мерное гудение моторов. По уже сформировавшейся привычке, я следил за небом.
Перемахнули лесополку. За ней оказалось ещё одно поле, спускающееся в низину. В той стороне над прелой землёй клубился предрассветный туман. Я вспомнил свои приключения после дроновой атаки на корабли и невольно поёжился.
Когда мы заскочили в туман, водитель даже не сбавил скорость. Или очень хорошо знал дорогу, или просто не парился, рассчитывая на крепость рамы багги и собственную реакцию.
Шум прибоя я услышал за несколько секунд до того, как мы выскочили из низины на возвышенность, плавно спускающуюся к морю. Стало заметно светлее. Я попытался сориентироваться по береговой линии. Вроде что-то похожее есть западнее Евпатории, но полной уверенности в том, что я правильно определил место, у меня не было.
Багги чуть замедлился и начал спуск к морю. Там, в полосе прибоя, уткнувшись тупыми носами в песок, застыли три десантные лодки. В сумерках они были похожи на выброшенных на берег касаток.
Скосив глаза, я посмотрел на своего соседа. Тот сидел, схватившись широкой ладонью правой руки за раму багги. Левой он придерживал «Укроп». Само оружие было таким же, как у парня, который сторожил нас в блинчике — а вот обвес отличался. Тепляк, закреплённый на планке винтовки, стоил целое состояние. Крутая штука: уверенное распознавание человека на расстоянии два километра… сознательным усилием я оборвал поток справочной информации.
Дело ведь не в прицелах и не в снаряге. А в том, что меня забрали отдельно от группы. Без оружия. Пристёгнутого так, что это было больше похоже на связывание. Так себе ситуация, пора это признать. Но странно как-то всё: если нас раскрыли, то почему со мной обращаются, будто я всё ещё на свободе — по крайней мере формально? И мужик этот по гражданке, явно шишка, лично пожаловал. Что вообще происходит?
Мы остановились возле одного из катеров. Сопровождающий ловко отстегнул мои ремни и жестом указал на