И пришёл охотник - Сергей Котов
Я стиснул зубы.
— Вы не до конца понимаете это сейчас на сознательном уровне. Но вы хотели жить. Вы нашли единственный верный путь к спасению, — продолжал Алекс. — Ваша натура писателя сработала вам в плюс. Вы поверили в свои силы. Поверили, что готовы к самостоятельному пути. Ваша собственная добрая воля — это как раз то единственное, что могло вытащить вас из ситуации, в которой вы оказались. И это сработало. Вы вырвались. Не без нашей помощи, конечно.
Мне хотелось кричать, но я постарался изобразить облегчение. Будто только что понял нечто очень важное.
Глава 23
За пределом
Яркое солнце грело совсем по-летнему. Рыжие лучи распадались на искорки на морской ряби. Тёплый бриз нёс запах свежести. Однако же осень добралась и сюда: на склонах холмов виднелись рыжие подпалины листвы. Сонный городок жил своей жизнью: на улицах, прилегающих к яхтенной марине, гуляли люди. Упитанные коты грелись на тротуаре, возле уличной кафешки, где торговали кебабом. Над современными виллами, уступами спускавшимися к морю, белоснежный минарет указывал пальцем в глубокое синее небо.
Вот старик проехал на велосипеде по торговой улочке. Остановился у кофейни на углу, потом долго пристёгивал своего железного коня на замок с тросиком. Наконец, ему это удалось. Он удовлетворённо кивнул и зашёл в кофейню.
Я потянулся и переставил ноги. Тут же заныла подживающая рана на ноге. Утром мне поменяли повязку. Удивительное дело: я ведь почти забыл про эту царапину. А тут она дала о себе знать.
На палубу поднялась девушка. Красивая: правильные черты лица, огромные тёмно-карие глаза, чувственные губы, чуть подкрашенные коралловой помадой. Она была одета в светло-серый брючный костюм, который очень ей шёл. В руке она держала небольшой серебряный поднос.
— Вот. Наш шеф очень старался, — сказала она на английском, поставив передо мной тарелку, накрытую серебряной крышкой, и раскладывая приборы. — Надеюсь, вам понравится.
— Спасибо, — кивнул я.
— Если захотите прогуляться — уличная одежда ждёт вас в каюте. Всё подготовили с учётом ваших пожеланий. Алекс оставил в вашем распоряжении «Ауди», так что дайте знать.
Она обворожительно улыбнулась. И я невольно ответил на её улыбку.
— Спасибо, Франческа, — повторил я.
Нас представили друг другу сегодня утром. Франческа была старшей стюардессой, или пёрсером. Она распоряжалась остальным экипажем, который отвечал за обслуживание гостей и хозяев.
— Увидимся, — ответила она, после чего кивнула и вернулась к трапу.
Я открыл серебряную крышку. На тарелке лежала свежеприготовленная рыба со спаржей. Попробовал кусочек. Кажется, это должно быть вкусно — но почему-то еда не принесла никакого удовольствия.
Предыдущий раз мне удалось перекусить ещё на борту десантного катера. В каюту притащили рацион американской армии. Такой же, который я обнаружил в подбитом «Страйкере».
Ночь я провёл в каюте один. Думал, что не усну. Много думал про Зигфрида. Про парней, которые остались в блиндаже. Я не давал воображению волю, но всё равно было паршиво.
Ещё думал про Алекса. Про то, какая он опасная тварь. Представлял его на месте того парня, которому я выстрелил в лицо. Становилось легче. Уснул я после того, как продумал, как его можно было бы убить авторучкой. Прокрутил в голове весь сценарий: как мы говорим про автограф. Как он приносит мне экземпляр моей книги, изданной на Западе. Как я беру ручку, после чего быстрым рывком подаюсь вперёд, уверенно целясь в глазницу… где-то на самом краю сознания перед тем, как провалиться в забытие без сновидений, я почувствовал лёгкий отголосок одобрения. Как если бы Зигфрид наблюдал за мной. Но, конечно, это было игрой моего воображения, пускай от неё и становилось чуть легче.
— О чём задумались?
Алекс возник на палубе почти бесшумно. Я посмотрел на него, стараясь убрать из головы сцену с его убийством. Улыбнулся.
— О мире, — ответил я.
— Рад, что вы приходите в себя, — кивнул Алекс, устраиваясь за столом рядом. — Это хорошо. А вы говорите, зачем нужно было избавляться от вашей формы.
Он подмигнул мне. Перед тем, как мы пересели на яхту, меня заставили полностью раздеться. Я поменял всё, включая трусы, на совершенно гражданские вещи. Добротные, качественные, приготовленные заранее. Мой «пиксель» вместе с броником сложили в мусорный пакет.
Алекс расстегнул наплечную сумку, покопался в ней и достал «айфон».
— Вот, — сказал он, укладывая аппарат на стол. — Там копия вашей сим-карты. По ней вы сможете войти в айклауд, восстановить содержимое.
Я принял аппарат. Осмотрел его. Вроде совершенно новый, следов вскрытия не видно — впрочем, это, конечно же, ни о чём не говорит. Интересно, знает ли Алекс про Гоблина?
— Спасибо, — кивнул я.
— Ваша мама наверняка переживает. Можете с ней связаться.
— Хорошо.
— Добро пожаловать обратно в цивилизованный мир, — улыбнулся Алекс.
Я ответил ухмылкой. Подцепил кусок рыбы, отправил его в рот. Потом нажал на кнопку включения смартфона.
— Алекс, я не готов сотрудничать, — сказал я спокойно, наблюдая, как на экране появился логотип компании. — Вы ошиблись во мне. Понимаю, что последствия будут — но я к ним готов.
Алекс вздохнул. Потрогал хвост, в который были собраны его длинные волосы.
— Миша, вы не понимаете до сих пор. Ваше согласие не требуется. Всё уже решено. Я не играю в партии, в которых могу проиграть. Что бы вы теперь ни делали, что бы ни говорили, с кем бы ни связывались — это ничего не изменит.
Он снова залез в сумку, достал складной смартфон, развернул его. Покопался немного, вывел на экран видео.
Там был я. В нелепой клетчатой рубахе, развалившись в кресле, на фоне какой-то аляповатой абстрактной картины.
— … и тогда я принял решение, — сказал я, чуть нахмурившись. — Да, это было непросто. Но знаете: у меня было ощущение правильности. Оно и сейчас есть. Война — это ужасно! Пора останавливать это безумие, я искренне в этом уверен!
Напротив меня за журнальным столиком сидела какая-то журналистка. На русском она говорила с сильным немецким акцентом. За несколько минут я наговорил столько, что хватило бы на десяток жизней — чтобы их сломать.
— И кто поверит в эту лажу? — спросил я, стараясь, чтобы мой голос звучал небрежно.
— Можете прилететь в Шереметьево и проверить, кто поверит, — серьёзно ответил Алекс. — Я искренне не рекомендую вам этого делать — но препятствовать не буду. Обещаю.
Я отправил в рот ещё один безвкусный кусок рыбы.