В огне чужого мира - Кирилл Юрьевич Шарапов
На все эти наблюдения у Михаила ушло от силы секунд пять. Тьма, прикрывающая его, скоро сдастся, и до момента, как одержимые обнаружат единственного чародея людей, способного сражаться с ними на равных, осталось совсем мало времени. Дом, на крыше которого стоял Бельский, был низковат, и дыра в центре площади, откуда продолжал лезть враг, проглядывалась плохо, но искать более высокую точку некогда. Снова активировав печать прыжка, которая оказалась на удивление мощной и пригодной к использованию с первого раза, Михаил, оттолкнувшись, взмыл над площадью. Вот теперь высота оказалась подходящей, провал был как на ладони. Сгусток тьмы, накачанный энергией, улетел в цель.
И тут его заметили. Бельский предвидел подобное и сразу же, еще не успев приземлиться, выставил серебряный щит, в который тут же прилетели так любимые одержимыми копья скверны. Щит выдержал, помутнел так, что поля боя стало не видно, но сдержал мощную атаку. Вспышку тьмы Михаил из-за щита разглядеть не смог, зато ощутил на себе все прелести ударной волны, которая смела его с крыши, унося в глубину квартала. Он приземлился на какой-то пышный, цветущий бледными цветами куст, напоминающий родную сирень, только не такую яркую.
Михаил вскочил и прыжком вернулся на крышу, от нее уцелела только часть, остальное сорвало, и теперь она валялась на мостовой, частично перегородив ее. Щит снова стал прозрачным, и теперь Бельский мог оценить то, что наворотил. Ну, что сказать? Одну проблему он решил — центра площади больше не существовало, тоннель обвалился, так что в ближайшее время подкреплений одержимым, во всяком случае, на конкретном плацдарме, можно не ждать. Там, где еще недавно была брусчатка, теперь красовалась яма глубиной метров семь-восемь, вся она была усеяна кусками тварей, попавших в эпицентр взрыва, и изломанными телами тех, кто оказался от него далеко. Некоторые из них еще шевелились, все же оскверненные были на диво крепкими существами, созданными специально для войны.
Одна проблема решилась, а вот другие остались. На противоположной, почти не пострадавшей части площади, стояли одержимые. Михаил их не считал, некогда было, но на первый взгляд их число не уменьшилось. Однозначно в минус можно списать одного, он валялся чуть в стороне, из конечностей у него имелась только одна рука. Еще одной проблемой стало то, что вспышка оказалась избыточной, здание управы лежало в руинах, бледный полупрозрачный купол исчез, и из уцелевших окон никто не бил. Хотя тут надо отметить, что и живых врагов, кроме почти двух десятков одержимых, в пределах видимости не наблюдалось.
Его возвращение заметили почти сразу. Несколько секунд Михаил и одержимые пялились друг на друга, прикидывая расклад, рассчитывать сейчас можно было только на себя, даже если и явится кто-то против такой силы, не потянет.
Снова ударили копья скверны, у демонов был на диво однообразный арсенал. На этот раз Михаил не стал ждать, пока в него снова угодят и отправят в полет, сам спрыгнул вниз. Приземлился князь Бельский бесшумно, никакого железного грохота. Отдачи по голым пяткам тоже не было, хотя прыгал он метров с восьми, не меньше. Как работает энергетический золотой доспех, он не представлял, тот вроде и выглядел, как полноценные железные латы, но ими не являлся. Впрочем, сейчас разговор не об этом. Дом, с которого он только что спрыгнул, снесло, одержимые лупили от души, накрыли его плотно. В ход пошли и новые техники, помимо копий, и рой каких-то мелких игл, напоминающий темную тучу, и сгустки, при ударе взрывавшиеся чем-то вроде пыли, ограничивая обзор. А еще над головой Бельского начало формироваться подобие ядовитого облака, в котором стали мелькать зеленоватые разряды. Давили на него смачно. Хорошо, что призраков пока нет, в тумане в одиночку без двойника ему не выжить.
Размазавшись в ускорении, он сместился в сторону, в его руке возник черный самострел, заряженный вместо болта звездочкой, в которую Бельский влил часть своей золотой энергии. По пути от мертвого города он несколько раз экспериментировал с этими чарами, мощности должно хватить, чтобы прошить несколько тел за раз. Пока противник его на мгновение потерял, Михаил вскинул свое призванное оружие и выстрелил в центр порядка врагов, золотистый росчерк преодолел сотню метров почти мгновенно, никто из одержимых даже дернуться не успел. Предсмертный вопль сразу двоих разнесся по городу. Тела, прошитые навылет, завалились на остатки мостовой, окутанные золотистым пламенем. Они катались по камням, пытаясь сбить чародейский огонь, но это им мало помогло. Признав опыт удачным, Бельский выстрелил еще, но на