Рем Манулов - Шёпот Зуверфов (СИ)
— Оставишь на ночлег? — спросил Инсар, и гибриоид поморщился. Пусть он и урод, и карлик, и обладает колоссальным иммунитетом, но предпочёл бы другое место для отдыха.
— Элечиство нит? — с трудом поинтересовался Измир.
— Света что ль? — переспросил Казау. — Нихера! И его обрубили!
— Не город, а паразит, — в задумчивости пробурчал Инсар.
— Ну-ну, — не поняв о чём он, поддержал Казау и продолжил, — мест для сна нету. Нуждающихся класть некуда. Так что идите куда хотите, а тут я вас не оставлю. Чаём напоил, всё рассказал, а теперь валите! Ага?
Инсар и Измир снова оказались на пустынной узкой улочке «котла». Темнело. По ночам здесь обычно бывало ярче, чем в Трезубце. Улей беспрестанно гудел и не всегда тепло встречал новых людей. Инсару в первые дни пришлось доказывать свою состоятельность. После пары драк и крепких попоек местные решили, что он свой и познакомили с Артуком, который пользовался Инсаром и неплохо платил. Теперь всё иначе, Казау прав. Инсару предстоял сложный выбор. Остаться и взять на себя неслыханную ответственность или продолжить скитания, не зная своего прошлого, не ведая, что ему предначертано, и что за демоны поселились в его душе. И почему-то под тёмным, почти непроницаемым небом Котлована он вдруг осознал, что всё время двигался верно, что Зуверфы, его невидимые экзекуторы, вели его, подстёгивали и закаляли. Он понял, что следующий шаг сделает в том направлении, откуда возьмёт начало его новая жизнь в доселе невиданном качестве.
— Пойдём, — спокойно проговорил Килоди, — найдём ночлег.
— Где ж? — спросил Измир.
— В резиденции Артука. Жирный боров мне крупно задолжал.
О важности резиденции Шарамов знал каждый, кто хотя бы раз бывал в «котле» или «предбаннике». Трёхэтажное сооружение, выстроенное предком Артука из кирпича, извёстки и необтёсанного камня. На входе — три колонны, как в древних храмах. Само здание квадратное, на ровной крыше в каждом углу по пулемёту, в центре — зенитная установка. По всему периметру высокий металлический забор, как у посольства Трезубца в сономитском Зен-Борине. На входе вооружённая охрана. Резиденция долгое время использовалась под разные нужды, была борделем, отелем или складом. Артук предпочитал ошиваться в запутанных трущобах. Но после атак правительства поджал хвост и заточил себя в защищённом мраморном квадрате, который, как ему думалось, спасёт его хоть от армии «РОМБА». Десяток наёмников снаружи, столько же внутри. Атака с воздуха маловероятна — по гиропланам тут же будет открыт огонь из зенитки. Ударить издалека — значит одним махом стереть пол «котла». На подобное, всё же, Трезубец пока был неспособен. Столь радикальные действия будут расценены как геноцид коренного населения, и за дело возьмётся Детра. Никого из власти Трезубца такие перспективы не радовали.
— Пусти к Артуку, — просил Инсар, уперевшись в ворота «крепости».
— Кто спрашивает? — вооружённый крепкий парень с дробовиком, всё как полагается.
— Скажи, старый друг.
— Точнее.
— Килоди. Инсар Килоди.
Громила что-то буркнул в рацию. Прошло полминуты, раздалось шипение. Громила глянул на дом, кто-то махнул ему из окна.
— А это кто? — громила интересовался Измиром.
— Безобидный гибриоид, который составляет мне компанию.
— Трахать уродца — это что-то новенькое! — довольно осклабился громила с дробовиком и открыл калитку.
Их проводили под конвоем до третьего этажа. Внутри резиденции Инсар не заметил и налёта роскоши. Пара стульев, стол в большом зале, фортепьяно у окна. Второй этаж ему рассмотреть не удалось. Третий был окрашен в яркие граффити. Жизнь в фавелах, видимо, бесследно не проходит. Кабинет, в котором Артук спал и ел, был украшен золотом. Металлом ценным, но не слишком почётным. В богатых домах ценился ведениум, драгоценный металл, который блестел ярче солнца и плавился до микрон. Но его открыли относительно недавно, а украшения Артука — это широкая люстра, настенные абажуры, подсвечники, изголовье кровати, настольный бар — относились к прошлой эпохе и являли собой достояние предков.
Артук вскочил из-за стола. Он снова жрал. На сей раз безвкусную гадость.
— Едрёна мать! — вскрикнул Артук, запахнул свой махровый халат и обнял Килоди как старого друга.
— Явился! Сам! Под носом у Трезубца! Вот идиот, а парни?! — Артук обращался к конвоирам, которые привели Инсара и карлика.
— Есть разговор, Артук, — холодно начал Инсар, но тот и слушать не желал.
— Братцы, ну ка усадите этого мудозвона за стол, да принеси мне водяры какой-нибудь! Бахнем с этим петухом!
— Артук…, - снова попытался заговорить о деле Килоди, но жирный боров Артук ухватил своей волосатой рукой его за шею, прижал к своему потному лбу и процедил сквозь зубы:
— Молчи, паскуда! Не слова. Сядь на стул и жди, пока не нальют.
Инсар присел на металлический стул. По телу прокатилась волна мурашек. Измир стоял в стороне и тоже не раскрывал рта. Принесли бутылку со спиртным, разлили по стаканам. Закуска, пара солёных огурцов, картофелина и хлеб, уже имелась на столе.
— Пей, — поднял стакан Артук и опрокинул его залпом, уставившись на Инсара, который неторопливо вылил обжигающую гадость в глотку. Килоди ощутил тошноту. Нет, пойло было крепким, но чистым, без ядовитых примесей. Просто Инсар давно ничего не ел.
— Закуси! — приказал Артук. Инсар съел картофель. Полегчало.
Артук поднялся с кресла, нагнулся над Инсаром и кулаком врезал ему в лоб. Килоди распластался на полу. Послышались смешки зрителей — охраны Артука.
— Ты как никогда вовремя явился, Килоди! — басил Артук, посмеиваясь.
Он был пьян, причём давно и основательно. Долгий запой лишает рассудка. Почему его ещё не убили свои же, спросил себя Инсар? Конечно из-за статов. Одним золотом сыт не будешь. — Твоя шкура станет спасением для всего Котлована. Ух, Килоди, как же ты вовремя!
Инсар поднялся на ноги и тут же получил сокрушительный удар ногой в область живота. Согнувшись пополам, Инсар начинал закипать. Измир дёрнулся к нему, чтобы помочь, но был остановлен могучей рукой, которая пригвоздила его к полу, ткнув мордой в камень.
— Не рыпайся, уродец, — промычал откуда-то сверху обладатель ручищи.
Килоди снова встал на ноги. Артук замахнулся, целясь кулаком в лицо, но промазал — Килоди ушёл в сторону. Второй выпад пришёлся в плечо Инсара, не больно, почти мимо. Артук свирепел после каждого промаха, и, не попав в Килоди ещё трижды, приказал своим людям взять его под руки и держать. Инсар не сопротивлялся. Он испытывал куда более жестокие муки, нежели хилые толчки бессильного пьянчуги. После десятка вялых выпадов в корпус Артук устал и приказал «увести ублюдков с глаз долой». Но заметил лежавшего карлика и расплылся в хищной улыбке.