Медведев. Книга 10. Угроза - Гоблин MeXXanik
Течение оставалось прежним. Возле корней покачивалась тонкая водоросль, по поверхности медленно плыл сухой лист. В камышах что-то зашуршало, а над водой пролетела стрекоза, на мгновение зависнув возле Ильиной руки.
Я уже собирался спросить, что именно он пытается сделать, когда заметил, что лист остановился.
Вокруг него по-прежнему бежала мелкая рябь, но сам он оставался неподвижным. Затем медленно повернулся и поплыл назад, против течения.
У самого берега появилась гладкая полоса воды. Она тянулась вдоль камышей, постепенно расширяясь, и ветер больше не тревожил ее поверхность. Казалось, кто-то провел по реке широкой ладонью, разгладив мелкие волны.
Полоса двинулась против течения, увлекая за собой сухой лист.
Возле выступающего из воды корня поднялась небольшая волна. Вместо того чтобы разбиться о берег, она задержалась на месте, приподнявшись ровным прозрачным гребнем. Под ним потемнела вода, скрыв камни, которые еще недавно были хорошо видны на дне.
Я отступил от края. Со стороны поваленного дерева раздался тихий скрип. Девушка поднялась на ноги и теперь стояла, крепко держась за ствол. Мужчина рядом с ней смотрел на реку, чуть подавшись вперед.
Морозов встал рядом со мной.
— Илья? — негромко позвал он.
Хозяин рек не ответил.
Прозрачный гребень еще немного продержался над поверхностью, затем медленно опустился. По гладкой полосе пробежала мелкая рябь, отражения деревьев вернулись на место, а сухой лист, покружившись возле корня, снова поплыл вниз по течению.
Илья убрал руку и поднялся.
— Это вы сделали? — спросил я.
— Нет. Я только попросил воду показать, что здесь произошло. Это старый знак в подходящих руках. Беловодье.
Он указал на противоположный берег, заросший молодыми деревьями.
— Когда-то этот рукав входил в прежние владения Беловодья. Тогда русло шло иначе, берега были шире, здесь даже перевоз существовал. Потом вода изменила дорогу, а старые границы постепенно забылись.
— Но сама река не забыла?
— Вода многое помнит, мастер-князь. Особенно то, что однажды было скреплено настоящей клятвой.
— Значит, кто-то принес сюда камень и вода признала его право? — тихо уточнил я.
Илья покачал головой.
— Не путайте одно с другим. Узнать знак и признать нового хозяина — разные вещи. Но кто-то уже напомнил реке о старом договоре, а она ответила.
Мужчина у берега нахмурился. Девушка тоже внимательно слушала хозяина рек и на ее лице читалось беспокойство.
— А если этот человек придет снова? — спросил я.
— Тогда посмотрим, чего он хочет. Пока никто не пострадал, и я предпочел бы, чтобы так оставалось.
Я же вспомнил спокойное лицо Платонова. После утреннего разговора прошло всего несколько часов, а у нас уже появилось подтверждение хотя бы части его слов. Камень действительно оказался у наследника. И скорее всего, он и правда живет в Северске.
От этой мысли стало не по себе и я осмотрелся по сторонам. Кто-то из тех двух наследников, которые проживали в Северске, был совсем рядом. А может быть, в город прибыл тот, кого мы пока не рассматривали. Присел возле воды, осторожно опершись ладонью о торчавший из земли сухой корень. Под поверхностью мелькнула маленькая рыбка, остановилась в тени и исчезла между камнями.
— Что делать дальше? — глядя на воду, уточнил я.
— Ничего, — был мне ответ. — Водяные кланы присмотрят за участками. И если заметят кого-то подозрительного — дадут знать.
Я посмотрел на него и кивнул. Хотелось немедленно что-нибудь предпринять, но пока даже не было понятно, с чего начинать. Поэтому, я поднялся на ноги, отряхнул ладони и отошел в сторону, на ходу вынимая из кармана телефон. нашел в списке контактов номер Зубова. Начальник отдела ответил не сразу. Я уже хотел было сбросить вызов, как в динамике послышалось:
— Слушаю, Николай Арсентьевич.
— Добрый день. Как продвигается проверка адресов, которые я вам оставил?
— Оперативников приставили, наблюдение ведется. Пока ничего подозрительного не обнаружили.
Я рассказал ему о старом рукаве, необычном течении и выводах Ильи. Начальник жандармерии слушал внимательно, не перебивая, а когда я закончил, уточнил:
— Где именно находится это место?
Я описал дорогу, назвал ближайший съезд и объяснил, где мы оставили машину.
— Направлю туда группу, — сказал Зубов. — Пусть осмотрят берега. Возможно, остались следы.
— И пока не трогайте тех людей, за которыми наблюдаете. У нас нет доказательств, что кто-то из них здесь был.
— Разумеется. Без оснований задерживать никого не станем. Служу князю и Северску.
Завершив разговор, я вернулся к остальным.
— Зубов направит сюда людей. Проверку адресов продолжают.
— Хорошо, — кивнул Илья.
Он обратился к мужчине:
— Если еще что-нибудь почувствуете, сразу сообщайте. И к воде без нужды не лезьте.
Мужчина согласился, и мы направились обратно к машине.
Некоторое время шли молча, выбирая дорогу между корнями и обходя особенно влажные участки тропинки. Морозов держался рядом, иногда придерживая ветви, которые норовили хлестнуть меня по лицу.
— По крайней мере, теперь понятно, что наследник находится где-то поблизости, — заметил он.
— Хотелось бы еще узнать, кто это, — отозвался я.
Возле машины пришлось немного повозиться с обувью. Грязь налипла на подошвы основательно, и я потратил некоторое время, соскребая ее о край колеи. Морозов тем временем осмотрел колеса, после чего сел за руль.
На обратном пути нас снова трясло на ухабах. Я держался за ручку двери и смотрел в окно, прикидывая, какие документы стоит проверить в первую очередь. Если старый знак действительно был связан с определенными участками реки, сведения об этом должны были сохраниться в княжеском архиве.
Когда мы вернулись на площадку, подготовка к празднику продолжалась с прежним размахом. Рабочие наконец справились с навесом, возле мостков стояли несколько лодок, а от палаток доносился голос Романа Победовича, который пытался выяснить, почему в одной из смет появились дополнительные расходы на украшение берега.
Вера Романовна ждала неподалеку от палатки. Увидев нас, она направилась навстречу.
— Что-нибудь нашли? — спросила она.
— Нашли. Нужно посмотреть старые планы Беловодья. Илья показал место, которое прежде относилось к их владениям.
— В поместье есть копия описи с планом, — сразу вспомнила она. — Мы ее откладывали вместе с остальными документами.
— Значит, посмотрим дома. А с лодочниками закончили?
— Да. Они подтвердили количество лодок и согласовали время. Осталось только передать сведения Роману Победовичу.
Я заглянул в палатку.
Губов стоял за столом, склонившись над раскрытым блокнотом. Альбина Васильевна сидела напротив и что-то объясняла ему, указывая ручкой