К черту на кулички - Анастасия Итрухина

Её эмоциональный след горел в его восприятии — не потух, а отдалился, как маяк. Это был уникальный коктейль: горькая, острая ярость поверх глубокого, застарелого страха, и под всем этим — несгибаемая, упрямая гордость. Та, что заставила её снять пиджак и купить самый дорогой напиток на последние гроши. Ради утверждения себя. «Я имею право быть здесь. Я всё ещё что-то решаю».

Высокая влажность в воздухе пробиралась под плащ. Йердан поднял воротник чтобы сохранить тепло. Он очень не любил холод. Хотя и был обладателем горячей демонической крови, способной сохранить ему жизнь в любом холоде.

– Сейчас бы куда-нибудь на юга. – он мечтательно запрокинул голову, уставившись в серое небо. – Ни одной звезды из-за смога не видно.

Он устал от холода города. Холода душ существ, населяющих Нижеворотск. От лжи. Смертельно устал. Каждый день его эмпатия, этот проклятый и бесценный дар, погружала его в зловонное болото чужих притворств, скрытых мотивов, сладких самообманов.

Астария была как удар холодного ветра с гор. Грубая? Да. Неотесанная? Безусловно! Но в её грубости была кристальная чистота намерений и истинная душевная красота. Она не врала, потому что, похоже, разучилась это делать за годы заточения в золотой клетке. А может и вовсе никогда не умела. Как только она выжила в кругу лживых насквозь аристо? Её боль была такой настоящей.

Но здесь крылась и главная опасность. Она была слишком настоящей. Слишком эмоциональной. Её гнев мог перехлестнуть через край в самый неподходящий момент. Его слова о «раненой девочке внутри» были не манипуляцией. Он чувствовал это — хрупкую, затравленную девчонку, спрятанную за броней из колючек и сарказма. Её нужно направить. Сделать так, чтобы ярость стала холодным оружием, а не слепой разрушительной силой. Он сам не понимал зачем ему связываться с ней. Сам такой же отверженный. Полукровок презирают и те и другие, особенно в благородных кругах. Поэтому он носит маску обычного человека, пряча глаза за слегка затемненными очками, скрывая не человеческую силу.

Завтра предстоит сложная работа. Клуб золотое яблоко - место, куда не пускают даже самых богатых людей, только членов высших сословий. Закрытое тайное общество. Там решались судьбы земель, политические альянсы и, что было сейчас важнее всего, распределялись квоты на добычу солнечного камня. Его заказчик, один из промышленных драконов, не входящих в этот закрытый круг, жаждал информации. Любой. Чтобы найти рычаги давления, слабые места.

Йердан ненавидел политику драконьих кланов. Она была ещё более лицемерной, чем человеческая, ибо прикрывалась тысячелетними традициями и чистотой крови. Идея внедрить туда Астарию была рискованной авантюрой. Но и гениальной. Кто будет обращать внимание на полукровку? На жалкое, дрожащее существо, приползшее вымолить защиту? Они будут видеть только подтверждение своего превосходства. Их высокомерие станет их слепотой.

Его пальцы сами потянулись к внутреннему карману плаща, где лежал магический пергамент — контракт, скреплённый их кровью. Изначально магия в нём была стандартной, но скрепленный кровью он становился щитом от предательства. Однако, главной гарантией была не она. Главной гарантией была выгода. Он видел в глазах Астарии расчёт, когда она взвешивала кошелёк. Она не романтичная барышня. Астария находится в той ситуации когда либо на поклон к сильному мира сего, либо на паперть с протянутой рукой. И пока она будет полезна ему, он будет полезен ей.

Завернув в очередной узкий проулок, Йердан поймал мысль о возможной связи Таргалина с Золотым яблоком. Ведь так дерзко, так нагло увести у баронессы огромный капитал без покровительства высших чинов бедный граф не осмелился бы.

Мысль о её бывшем, Таргалине, вызывала у него холодную волну презрения. Не эмоционального, а скорее профессионального. Глупец. Вместо того чтобы забыть ушедшую жену, он тратил ресурсы на мелочную месть. Такие, как Таргалин, были слепы к реальным угрозам, зациклившись на демонстрации силы. Нищий сынок графа Таргалина, женившийся на незаконнорожденной дочери барона Вереска ради богатого приданого, вызывал у Йердана физическое чувство тошноты.

Йердан свернул в ещё более узкий переулок и остановился перед неприметной дверью, отмеченной лишь потускневшим знаком в виде трезубца. Его собственный черный юмор. Его бюро. «У чёрта на куличках». В Химао демоны не имели права на получение гражданства, но имели право на собственность, и именовались никак иначе как "черти". Поэтому он открыл своё бюро на цокольном этаже в старинном двухэтажном доме, доставшееся ему в наследство.

Войдя внутрь, в знакомый полумрак, пахнущий пергаментом, старым деревом и запахом тимьяна (он отпугивал назойливых духов), он сбросил плащ на вешалку.

На душе было… не спокойно. Он сделал ход. Привлёк дикую, непредсказуемую карту в свою игру. Возможно, эта яростную особа сожжёт его колоду. Но возможно — принесёт куш, который он не мог получить годами. За выполнения этого задания ему обещали солидную оплату, которую он в любом случае получит. Договор с демоном, он такой. Демон всегда своё получит.

Он сел за массивный стол, достал карту города и тонким серебряным грифелем обвёл район Площади Слёз. Завтра. Полночь. Ему нужно было продумать каждую деталь и путь для отступления. И ещё… ему нужно было найти способ защитить её. Не из сентиментальности. Из прагматизма. Хороший инструмент стоит беречь. Возможно когда-нибудь они снова встретятся и он привлечет её в свои расследования.

В окно его кабинета, расположенного ниже уровня улицы, пробивался лишь тусклый свет далёкого фонаря. Йердан устало откинулся на спинку кресла, и его ореховые глаза, в полном одиночестве и спокойствии, утратили обычную усталую мутность. В них вспыхнул холодный, ясный огонь азарта. Радужка засветилась красным, а губы искривились в хищном оскале. Игра начиналась. И в ней наконец-то появился интересный союзник.

Площадь Слёз в полночь оправдывала своё название. Туман, поднимавшийся с реки, цеплялся за статую плачущей нимфы в центре фонтана, превращая её слёзы в холодную, всепроникающую сырость. Огни города здесь были приглушёнными, отдалёнными, словно это место специально создавалось для тайных встреч. Йердан стоял в тени аркады, его тёмно-серый плащ сливался с камнем. Он не просто ждал. Он слушал город, своим эмпатическим чутьем улавливая знакомый, колючий эмоциональный след.

Она пришла ровно в полночь. Не раньше, не позже. Из тумана возникла хрупкая фигура — в той же лёгкой куртке, узкой чёрной юбке с сумкой через плечо. Сменилась только блузка, на более закрытую. Она шла твёрдым шагом, но Йердан, даже не видя её лица, чувствовал вихрь внутри: сдерживаемый