Чудовище Невы - Ирина Ширяева

На этот раз желание поскорее перелистнуть неприятный эпизод настигло Стиву. Вспоминать ссору на балу, едва не закончившуюся дуэлью, совсем не хотелось. Тем более что это происшествие не имело к дальнейшим событиям прямого отношения.

Хотя… Если бы ссоры не произошло, может быть, Лиза доверилась бы своим верным рыцарям. Рассказала бы всё-таки о письме…

– После бала девочки были взволнованы, долго шептались, обсуждали государя, государыню, кавалеров, друг друга… – продолжила Лиза. Очевидно, вспоминать скандальный бальный эпизод ей тоже не хотелось. – Но наконец все угомонились. Только я не спала, ждала утра… Впрочем, – неожиданно улыбнулась девушка, – мне казалось, что Туся тоже не спит. Только делает вид, а на самом деле караулит, когда я начну собираться…

Она вопросительно глянула на подругу, ожидая подтверждения или опровержения своих слов.

– Да, караулила… Вот как чувствовала, что ты на какую-то опасную авантюру собираешься… – несколько смущённо призналась Туся. И с досадой добавила: – Но ведь не укараулила! Я-то ждала, что ты где-нибудь в двенадцать отправишься. А потом решила, что ты раздумала, слава богу, и никуда не пойдёшь… До утра не выдержала, заснула!

– Неужели за мной пошла бы? – пытливо заглянула в лицо подруги Лиза.

– Ну, не пошла же, – расстроенно буркнула Туся и махнула рукой. – А! Что зря говорить!

– Давайте вернёмся к назначенной встрече, – предложил Стива.

Пускай барышни выясняют степень дружеской преданности без него.

– Давайте… – послушно возобновила свой рассказ Лиза. – Где-то в половине четвёртого я переоделась и вышла из института через наш тайный ход. Форму смолянки завязала в узел и спрятала недалеко от входных дверей. Было совсем светло и сначала не так страшно идти одной по пустому городу. Я надеялась, что на набережной будет людно, ведь многие гуляют здесь в белые ночи. Но шёл дождь, и там было совсем пусто. Только вдали катили на самокатах двое подростков. Я растерялась: где же человек, который назначил мне встречу? И вдруг кто-то сказал мне сзади прямо в ухо: «Здравствуйте, Лиза! Хорошо, что вы пришли!» Странно, что на абсолютно пустой набережной я не заметила, как он подошёл. Я обернулась и увидела молодого мужчину…

– Пожалуйста, опишите его как можно подробнее, – попросил Стива.

– Ну… Невысокого роста… Среднего телосложения… А лицо… Увидела только глаза-маслины… Яркие, живые… На голове капюшон – дождь же. А на лице – медицинская маска. Меня она ещё больше насторожила… Сеньор Алессандро это сразу заметил и извинился. Он из солнечной Италии и не переносит питерский сырой климат. И вообще здесь проездом, задержался исключительно из-за слёзной просьбы моей матушки.

– Он говорил по-итальянски?

– По-русски, но с сильным акцентом. Меня охватило нехорошее предчувствие, даже нервная дрожь началась. Он сразу любезно предложил свою куртку. Хотя я отказывалась: не мёрзну, мол, нас специально закаляют. Но он очень настаивал. Хотела просто накинуть куртку, чтобы отстал. Но итальянец сам её на меня надел и даже застегнул…

– С этим всё ясно, – сказал Стива. – В кармане куртки был пропуск на чужое имя, но с вашей фотографией. Это нужно было для того, чтобы запутать следы. И чтобы вас искали как можно дольше.

– Вот как… – вздохнула Лиза. – Да… Он довольно странно себя вёл. И мне всё больше хотелось сбежать. Но, кажется, я начинала понимать, что это мне уже вряд ли удастся… – Девушка беспокойно теребила складки одеяла.

Стиве захотелось прервать рассказ, который доставляет ей так много страданий. И отложить своеобразный допрос.

Но он не имел на это права, ведь рассказ Лизы был очень важен для следствия. А значит – для судьбы города.

– И потом – посылка от матушки, – как будто бы оправдывалась в своей чрезмерной доверчивости Лиза. – Мне так хотелось получить от неё весточку! Я не теряла надежды, что это всё-таки не блеф и посылка действительно существует. Мои ожидания как будто бы подтвердились. «Ваша матушка просила передать вам вот это», – сказал сеньор Алессандро и протянул мне маленькую коробочку, похожую на упаковку с духами. Я ещё подумала, что напрасно взяла у Туси рюкзак – посылочка оказалась очень мала, её можно было спрятать в карман. И в то же время я как будто немного успокоилась. Может быть, матушка действительно хотела передать мне всего лишь духи? Ах, как это было бы мило с её стороны! И напрасно я так дрожу и нервничаю! «А что велено передать на словах?» – спросила я. Сеньор Алессандро замялся. «Откройте сначала посылку, – сказал он. – И вам всё станет ясно». Его слова и вкрадчивая скрытность опять меня напугали – аквамариновые Лизины глаза сделались совершенно зелёными. Так бывало – Стива знал! – в минуты душевного смятения. – Дрожащими руками я начала распаковывать коробочку. Она была заклеена довольно прочно, и это стоило мне некоторых усилий. Краем глаза я заметила, что сеньор Алессандро как будто бы удаляется от меня… Это вызвало недоумение… Но было уже поздно! Из коробочки выскочило что-то тонкое и блестящее… И очень острое… Кажется, оно намеревалось полоснуть меня по лицу… По глазам… Но я успела защититься рукой… И оно полоснуло по венам… Хлынула кровь… Много крови… Казалось, мне отрезали руку…

– По лицу? По глазам? – ахнула Туся, которая тоже слышала рассказ подруги впервые.

А Стива напрягся, у него на скулах заиграли желваки.

Тут Лиза не выдержала и разрыдалась.

Туся налила воды из хрустального графина, стоявшего на тумбочке у изголовья кровати, и подала княжне. Та выпила, стуча зубами о стекло, откинулась на подушки и отвернулась. Плечи девушки продолжали вздрагивать.

Туся гладила руку подруги и шептала ласковые утешительные слова.

Ах, как Стива желал быть сейчас на месте Туси! Осушить слёзы, прошептать слова любви… Но это было бы слишком смело для фиктивного жениха.

– Станция «Василеостровская»!

Митя, озираясь, вышел из вагона. Подземный павильон выглядел предельно минималистично. Некоторую нарядность ему придавала облицовка белым мрамором.

Наземная часть станции тоже не представляла ничего интересного – просто остеклённая коробка с ведущими к дверям высокими ступенями.

«Василеостровскую» окружала в основном неплохо сохранившаяся историческая застройка. Вдали по Средней линии ясно просматривался готический силуэт лютеранского собора святого Михаила.

Митя быстро сориентировался без всякого навигатора и