Как укусить вампира - Лена Тулинова

— Наш милейший и тишайший Стефан-Зодчий уверял меня, что в этом кроется корень многих бед, — сказал Мор Адрианович. — Считает, что если чернь станет равной дворянам, тем более — магам, то не миновать беды. Даже многих бед. Но я думаю, они только ускоряют наступление тёмного времени, эти алхимики. Только забыли, что закон у магического искусства один: чтобы что-нибудь получить, надо что-то отдать взамен.

— Да, — чуть запнувшись, согласился Пьер. — Это главный закон. Цена. У всего есть цена! И если будет тёмное время…

— То неизбежно и светлое, — оптимистично заявил Карабашев.

— Времена слишком быстро стали сменять друг друга. Тёмное, светлое, кровавое… Иногда не сразу-то и поймёшь, какое оно, наше время.

— Это тоже неизбежно, друг мой. Плохо лишь то, что они хотят ещё ускорить эту смену. Предвижу хаос, давление тёмной магии — а это пружина, которую лучше не передавливать. Отскочит так, что все мы, увы, не устоим.

— Загадками говорите.

— Я тёмный маг, мне положено. Сейчас тьма волнуется и хочет плеснуть через край чана. И даже мне это не нравится, хотя казалось бы… Ну а ты? Что-то узнал помимо того, что сообщил тебе Командор?

— Да, я ведь тоже не сидел тут без дела, наводил справки как о Обществе Астрологов и Алхимиков, так и о Стефане Найдёнове-Лещинском лично. Мне не нравится то, что я узнал. Похоже, у него есть самый настоящий питомник. Скверная история — он потихоньку где-то держит лабораторию, в которой занимается созданием химер. Инквизиции пора навестить его дом.

— Натан Ростиславыч, мир его праху, сумел сохранить в тебе пытливость, — усмехнулся Карабашев. — И чутьё тебя не подводит. Однако пресловутый Звёздный Зодчий не сказал мне, где у него лаборатория. Поэтому придётся решать всё быстро и нахрапом.

— Поэтому я хочу сначала вызволить из дома Стефана свою напарницу, а затем натравить на него объединённые Тугариновым силы, — сказал Безруков.

— Но тут уже без меня, — сказал Карабашев. — Я всё это делаю, преследуя свои цели.

— Вы ищете у Астрологов какие-то знания?

— Все мы что-то ищем, почему бы и у Звёзд не поискать, — сказал маг.

Тут, очевидно, дожидавшийся в приёмной Одинцов потерял терпение. Поэтому туманная реплика Мора Адриановича осталась без пояснений. Севушкин, попытавшийся препятствовать появлению в кабинете Кирилла Сергеевича, был отодвинут в сторону. Статный блондин Одинцов появился на пороге, и дверь за ним тут же была закрыта, чтобы не допустить живой свет в закрытое от солнца помещение.

— Пётр Николаевич, — сказал Кирилл Сергеевич настырным голосом.

— Пойду я, друг мой, — сказал Карабашев. — Свидимся ближе к полуночи.

— Пётр Николаевич, дело важное, — проводив Мора Адриановича тревожным взглядом, сказал Одинцов, тиская нервными руками какую-то коричневую картонную папку.

— Почему вы считаете, что я могу вам доверять?

— Потому что после всего, что вы узнаете… Да что там, давайте начистоту. Да, я убил Майского. Я был совсем недалеко и сразу пришёл якобы на выручку Дине Владимировне, ставшей свидетельницей. Мне пришлось сделать её этой свидетельницей, потому что иначе Майский сказал бы ей много лишнего.

— Тогда вы отсюда уже не выйдете, а будете взяты под стражу.

— В таком случае, увы, Дине придётся полагаться только на себя, ибо в доме деда она практически пленница.

— Это мне известно. Она в порядке?

— Пока в порядке, Пётр Николаевич. Стефан Анатольевич и пальцем её не тронет, она для него ценна. Но он её не выпустит. Мы с нею сговорились, что этой ночью я помогу Дине Владимировне покинуть Найдёновский дом. Быть может, если вы в ней заинтересованы, вы предоставите ей убежище. Иначе она пойдёт к родителям. А это небезопасно: её там найдут. И ко мне небезопасно. Да она и не пойдёт… ко мне.

— То есть родной дед её будет преследовать и в доме родителей? — Пьер нахмурился.

— Давайте я покажу вам кое-что. Это ваш гороскоп, — вздохнул Одинцов, разворачивая свою папку. — Только должен предупредить. Дине это не по душе пришлось, и вам, скорее всего, не понравится тоже. Я оставил ей копию вашей натальной карты, а вам принёс часть копий из двух её карт, и… Нет, целиком не решился, это всё-таки очень личное.

— То есть моё личное вы ей доверить решились? — иронично спросил Пьер.

— Вы мужчина, вы вампир. Сделать вашу жизнь хуже, чем она есть, уже сложно, — теперь Одинцов уже не мялся и говорил прямо. — А Дина — молодая барышня. Так вы будете слушать?

— Я весь внимание.

Несколько минут Безруков потратил на то, чтобы выслушать Кирилла Сергеевича и осознать услышанное. Поверить в то, что предсказывают звёзды и планеты и в то, что вся эта ботва с петрушкой, как нынче выражаются модные молодые люди, была давным-давно предопределена таинственными меридианами, квадратами и тригонами, домами и планетами, оказалось не так-то просто. С другой стороны, Карабашев предсказал зарю несколько десятков лет назад. И заря взошла — разве не появилась Дина Зорина, светлое создание, которое ничуть не боялась его, вампира?

И снова пред глазами промелькнуло то видение: девушка, протягивающая ему руку. Берите, пейте. Вызов и доверие. Отвага и твёрдость духа. То, что утратил сам Пьер давным-давно.

— У меня есть гороскоп, составленный очень много лет назад другим человеком. И там кое-что совсем по-другому, — сказал Пьер, наконец.

— Могу я взглянуть? — спросил Одинцов.

— Да, конечно, — сказал Пьер, — это будет даже любопытно.

— Вы всё ещё не решили, выпускать ли меня, — сказал Кирилл Сергеевич, уловив недоверчивую интонацию.

Безруков только развёл руками.

— У меня есть все основания предполагать, что я сумею выручить Дину в одиночку.

— Напрасно. Торопцево имеет нехорошую репутацию среди тамошних магов-полицейских. Там даже простые патрули ночами не ходят: только магические, и знаете, почему?

Пьер слегка нахмурился. Скорее всего, Одинцов был теперь честен. Ему незачем привирать. И химеру они с Диной встретили не так уж далеко от окраины, то есть достаточно близко к району Торопцево.

— Вы знаете, — продолжил Одинцов.

— А вы знаете, что я умею слышать правду. Более того, в моём присутствии редко лгут, — сказал Пьер. — Давайте, раз уж пошёл у