Бюро сновидений - Пол Кофе

последнего путешествия. Как там бишь его называл Гермес? Бормоталка? Локация во сне, где почти никого не бывает и почти ничего не происходит. Тысячи километров безжизненной белизны. Уверен, там, на задворках подсознания, формируются самые тайные и запретные наши желания. Например, идеи об убийстве брата, который сломал твою жизнь. И если мы отыщем ту гору и то озеро, где наш клиент снова и снова встречается с братом, – дело наполовину сделано. Как ты уже, наверное, понял, Горбунов сейчас спит и видит это место. Но на этот раз он нужен нам не как участник действа, а как производитель самого сна.

– А что будет, когда мы найдем это место? Вы действительно не собираетесь убивать брата Горбунова.

– А зачем?

– Это очевидно – он символ. Мне не следовало останавливать нашего клиента.

Профессор посмотрел на него через лупу.

– Нет, Дэн, ты все сделал правильно. Если бы произошло убийство, даже во сне, разрушилась бы личность нашего дорогого клиента. Он бы жил с глубоким, изматывающим чувством вины. Видимо, брат действительно много для него значил.

– Что же или кто же тогда символ, если не он?

Нестор вдруг отложил инструменты, взглянул исподлобья и пробормотал:

– Нам нужно посмотреть, как там Марико.

Он встал и пошел к лестнице.

– А при чем тут Марико? – бросил ему в затылок Дэн. – Профессор, если вы не посвятите меня в детали, я не смогу выполнить задание!

Нестор коротко обернулся.

– Ты уж прости, Дэн, но на этот раз нет никакого задания. Это тот неловкий случай, когда для путешествия нам нужен только твой мозг в качестве проводника. Ты можешь, конечно, наблюдать и смотреть, как я работаю. Но прошу тебя не мешать мне.

Дэна будто огрели пыльным мешком с мукой по голове. Он остановился на нижней ступеньке и смотрел, как быстро в люке исчезают ботинки профессора.

Они нашли Аврору и Марико на самом верху, в комнате Дэна. Почти все личные вещи студента валялись по полу, над потолком вился неуловимый цветок. Марико с веселыми визгами бегала за ним. На полу, привалившись спиной к кровати и вытянув ноги в шерстяных чулках, сидела Аврора с осоловевшим взглядом. Рядом с ней грела бок Люся, похожая после сушки феном на шерстяной шар.

– Мы искупались. До блеска начистили Люсю. Успели потерять ее и поймать, – сообщила Аврора. – Мне даже удалось впихнуть в девочку полтарелки супа. Но на этом, господа хорошие, мой талант общения с детьми исчерпан. Марико не желает ложиться спать. Я перепробовала все: сказки, песни, чтение энциклопедии, игры, аромалампу…

– Это замечательно, – ответил профессор. – Просто здорово, что вы еще не легли.

– Просто здорово! – заорала Марико и швырнула кедом Дэна в цветок на потолке. Незабудка ловко увернулась.

– Если тебе так здорово – сам ее укладывай! – Аврора тяжело поднялась с пола. – Я пожилая женщина. В моем возрасте лишение сна больше, чем на час, приравнивается к чудовищным пыткам.

– Я думал, ты сова, сестричка.

– Я осовела. Это правда. Не буду при ребенке говорить другое слово.

Она зевнула не прикрываясь. И вдруг сощурилась.

– Так, стоп. Что это у тебя на лбу, Младший?

– Производственная травма, – невесело ответил Дэн.

– Ты это здесь или там?

– Сложно сказать. Скорее здесь, чем там.

Глаза Авроры сузились до щелочек.

– Значит, или вы уже вернулись из вашего захватывающего путешествия по сновидениям, или – не говорите мне этого – еще даже не начинали?

– Мы начинали, – кивнул Нестор. – И мы продолжаем.

Аврора перевела взгляд на Дэна.

– Младший, скажи мне, что мой братец бредит. Для человека, изучающего сон, он сам маловато спит.

– Нам действительно нужно еще раз погрузиться, Аврора, – сказал Дэн. – И я не хочу этого так же, как и ты.

– То есть мне еще сидеть с девочкой?

– Девочка идет с нами, – ответил профессор. – Эй, Марико! Ты готова отправиться за Дорофеей? А еще у меня будет для тебя веселая игра.

Девочка мгновенно остановилась.

– Свинка? – спросила она, приложив пальчик к нижней губе. – Мы ее достанем?

– Обязательно, – пообещал профессор (немного самонадеянно, как показалось Дэну).

Марико набрала воздуха в грудь и с шумом выдохнула.

– А маму?

Трое взрослых в комнате застыли на месте. С Нестора вдруг слетел весь апломб, и он беспомощно посмотрел на Аврору и Дэна.

– Лучше сказать правду, – шепнула Аврора. – Детям всегда лучше говорить как есть.

Профессор, разрумянившись, как огромный персик, подошел к Марико, сел на корточки:

– Я пока еще не умею возвращать людей из снов, Марико. Только кого-нибудь маленького, как твоя свинка.

Девочка с минуту внимательно смотрела на него, а потом печально заметила:

– Дядь! Тебе нужно лучше учиться.

Аврора сказала, что раз она сегодня дежурит с «этой стороны», то ей следует заправиться. И ушла варить кофе.

Дэну и профессору кофе не полагался, хотя дело шло к середине ночи и очень хотелось.

Новый шлем профессора выглядел жутковато. Как череп киборга, который хорошенько треснулся головой об асфальт – все нутро наружу. Нестор объяснил, что шлем исправен, просто у него сейчас нет времени на то, чтобы крепить к нему пластиковые панели.

Дэн тем временем следил за Марико, которая каждую секунду пыталась нажать в лаборатории какую-нибудь кнопку или отодрать проводок. Как будто капибары Люси им было мало…

Немного посвежевшая, из кухни спустилась Аврора.

– Тебя что-то беспокоит, братец? – спросила она, глядя на суетившегося Нестора.

– Да, видишь ли, для успешного выполнения нашей миссии мне нужно достать кое-какое снаряжение для Марико.

– Так в чем проблема?

– У меня этого снаряжения попросту нет.

– В этом доме, в этих чуланах, может чего-то не быть?

– Представь себе. Мне нужен детский размер.

Аврора села за стол, лениво облокотившись на него одной рукой, а другой почесывая Люсю по загривку.

– Неся, я правильно понимаю? Ты отправляешься в страну грез, в царство Морфея. В место, где можно придумать все что угодно, любую вещь. И у тебя чего-то нет?

– Это нево… Это не приходило мне в голову! – Профессор остановился на месте и вылупился на сестру.

– Мой гениальный братец прислушался к такой старой дуре, как я, – умопомрачительно! – усмехнулась Аврора.

– Подумать только, – пробормотал