Как укусить вампира - Лена Тулинова

— Ну, ежели так, то оно конечно, — ухмыльнулся в пшеничные усы Никишкин. — Но только о чём же тебе тогда приятно побеседовать?

— Я этот район плохо знаю, а где же мне найти лучшего проводника, чем хороший городовой? — оживилась Дина. — Расскажи, где тут самые тёмные закоулки да самые страшные дворы. Церковь брошенная тут есть? А вдоль канала ночлежки бывают? Под мостом или в подворотнях кто-нибудь обитает?

— Из нечисти? — спросил Никишкин. — Да не то чтобы.

— Нет. Из людей. Тёмный народец, разбойнички-душегубы, грабители да щипачи.

— Этих в достатке. И женщины нехорошие тоже, уж извини за прямоту, тоже похаживают. Но ты-то ведь маггор, твоё дело отслеживать, где всякие твари бегают.

— Ты не поверишь, Васенька, но вот такие твари очень часто могут увязаться за человеческими отбросами. Кто будет допытываться, отчего умер какой-нибудь нищий или — как ты выразился — женщина нехорошая вдруг оказалась мёртвой.

— Свят-свят, давай не будем таких ужастей на ночь глядя обсуждать, примета плохая, — сказал Никишкин.

— Так ты же не веришь в приметы, — улыбнулась Дина.

— Я верю в то, что зло лучше не приваживать, — рассудительно ответил Никишкин.

Из проулка выскочили две взлохмаченные, всколоченные твари и с инфернальными воплями помчались куда-то прочь. И впрямь напоминали они котов повадками и криком, если б только не одно «но». Были эти твари размером с русскую борзую, и такие же узкие, длинномордые, страшные.

— Раскудри ж твою осину, — заорал Никишкин, отшатываясь от проулка, — что это? Египетская напасть какая!

— Адские гончие, — сказала Дина. — В сторону, Вася. Дай мне место для маневра.

Городового дважды упрашивать было не надо, он шарахнулся в сторону, однако не потому что струсил. Никуда он не побежал, а расстегнул кобуру и схватился за казённый револьвер «Забава-2».

Серые гибкие твари, по виду — нечто среднее между собакой и кошкою, развернулись и перестали грызться между собой. На Никишкина они и не глядели, обе скалились на Дину. Будто узнали и улыбались ей. И в пастях было зубов не считано, не меряно, а в глазах горел злобный огонь.

— Здравствуйте-до свидания, — выдохнула Дина.

В правилах маггора значилось: отметить нахождение твари и доложить куда следует, коснувшись бляхи городового. Сигнал поступит в магический приказ. Оттуда приедут и расправятся с чудовищем. То есть инструкции такие: позвать подкрепление и уходить, пока не поздно.

И бляхи Дина обязательно коснулась, но убегать не стала. Растянула между пальцами блескучю струнку-паутинку, одну, другую, третью, и когда обе твари одновременно кинулись, резко развела руки в стороны, раскинула на максимальную ширину, давая стрункам порваться и полететь прямо на гончих. Любое живое тело, встретившись с этими паутинками, просто остановилось бы, замерло на миг, а затем развернулось и дало бы дёру. Но нежить эти струнки просто разрезали на части.

Не понадобились ни выстрелы, ни подкрепление. Впрочем, второе всё равно появилось. Два относительно знакомых Дине мага оказались на месте за несколько секунд до того, как тела адских гончих истаяли на мостовой, покрывшейся пеплом от контакта с этой нечистью. Остывая, пепел почти моментально становился белым и разлетался мелкими хлопьями, похожими на снег.

— Некогда было вас ждать, — сказала Дина, улыбнувшись.

— А вы, барышня, как я посмотрю, норова не утратили, — сказал тот маг, что постарше.

— Я скорее умру, — призналась Зорина.

— Кстати об этом. Инквизиторские оба ещё не очнулись, и вполне могут отправиться на тот свет. По твоей, Зорина, вине, — сказал другой маг, помоложе.

Насколько Дина помнила, фамилия его была Бархатов.

— Да почему по моей-то? — не выдержала, закричала Дина в полный голос. — Почему по моей? Я, что ли, в них чистой силой лупила? Ведьма я, что ли, по-вашему⁈

— Потому что женщинам среди магов не место. Твоё место — подальше от нас, — буркнул старший.

— И вообще от полиции. От тебя же одни неприятности, Зорина! — вторил ему младший.

— А ну-ка посторонись, маггор, — подвинул Дину Никишкин и, выпятив грудь, заложил большие пальцы за ремень, которым честь по чести был перехвачен его форменный кафтан. — Вы вот что, господа маги. Прошу осмотреть место происшествия и удостовериться, что больше никаких тварей по месту вызова. А мы с бары… с магом-городовым Зориной дальше пойдём. Патрулировать. У вас небось других дел нету, как девиц задирать? Ну так я вам такого не позволю. Она и так не среди вас, где ей действительно не место, раз вы её не цените, она среди нас.

— Поглядим, как ты заговоришь, когда с тобой тоже что-то приключится, — мрачно сказал Бархатов.

— Я как надо заговорю, не ваше дело, ваши благородия! Желаю доброй ночи. А нам — вдвойне доброй.

Маги ничего в ответ им не пожелали, но с места не ушли, стали осматривать, подсвечивая магическими светилами, которые нарочно сделали побольше и поярче, чтобы простой городовой убедился в их могуществе. Ну да и пускай, Дина тоже могла бы кое-что показать из своих навыков, только зачем энергию зря переводить?

— Спасибо, Вася, — сказала девушка, когда они с Никишкиным отошли подальше. — Только больше так не заступайся за меня. Эти ещё терпеливые ребята, а бывают уж очень вспыльчивые, которым и закон не очень-то закон. Особенно те, у кого отцы и деды в магическом приказе давным-давно служат.

— У нас, ты знаешь, тоже свои ветераны есть и свои заступники, — туманно сказал Никишкин.

Ночь прошла относительно спокойно, по городу шныряли только крысы и подозрительные личности, но не всяческая нечисть. И хотя Вася Никишкин показал Дине некоторые «злачные места», в которых вполне могли водиться всякие-разные твари, собственно тварей там не нашлось.

Зорина даже немного жалела об этом. Хотелось проявить себя как опытный боец, а всё никак не появлялся подходящий случай. Ну хоть бы вылез из канала утопец или появился под мостом заморский гость — мостовой тролль! На помойке не нашлось ни одной, даже самой завалящей, трупожорки, и упыри не бродили по кладбищу или около него.

Чисто и тихо было нынче в Лучезарске. Конечно, патруль в составе Зориной и Никишкина сурово насвистел на незадачливого форточника, спугнув его и тем самым испортив замечательный экзерсис. И не менее устрашающе напарники шуганули ночных бабочек, обступивших какого-то загулявшего прохожего. Но что значат такие повседневные поступки,