Как приручить Снежинку - Татьяна Лаас

Вигго ткнул пальцем в драука на экране.

— То есть вы тоже могли стать такой прелестью?

Шустрый! Игнату, как слабаку, заменили алтарь на изгнание. Отец все же был не совсем дроу. Носящийся с паучьим задом сын его не прельщал.

— А зачем… Этой прелести… жертвоприношения? — не отставал с вопросами Вигго.

Игнат не выдержал и вспылил:

— Хватит тупого изображать! Вигго, сейчас не до твоих игр… Драук создан из разных классов существ. Паук и теплокровный дроу. На чем, по-твоему, это все держится?

— На эфире, — отозвался Вигго, перестав дурить.

Игнат продолжил за него:

— … Которого тут подземным не хватает. И не смотрите так, Эрки Орьевич. Если бы не ограничение по эфиру, мы бы вас давно покрошили на куски.

— Мечтать не вредно, — пробурчал гном. — Так, как эту… «прелесть» уничтожать?

— Боюсь, с вашим ростом никак, — честно ответил Игнат. — Вы ему даже до верхнего сустава ходильных ног не достанете.

Гном хекнул, дернул плечом, словно прикидывая уже вес секиры в своих руках, и сказал:

— Ничё, кто-то и лапы должен рубить, белобрысый, а не только голову с плеч сносить.

— И его победЮ я! — влез Вигго. — Побежу. Не важно! Это буду я… потому что только орки безбашенны… чтобы запрыгнуть на панцирь… вскрыть его и запихнуть гранаты в сердечную трубку…

Игнат посмотрел на парня и скривился.

— Поверь, дроу с этим тоже неплохо справляются.

Вигго продолжил насмехаться:

— Дайте дорогу молодым, а? Мне тридцать, вам глубоко за сорок, Игнат Нилдинович… Не тот возраст и положение по паукам скакать… Несолидно, шериф.

— А ротмистрам солидно? — напомнил ему Игнат.

Вигго молча отключил компьютер и, пошатываясь, встал. Эрки кисло посмотрел на орка и на Игната.

— Короче, спорьте тут хоть до посинения — я за секирой. Идем втроем или не идет никто — я же могу и в Новопавловск сейчас позвонить.

Вигго расплылся в улыбке и ехидно признал:

— Аргумент, Эрки Орьевич!.. Только без меня вам горными козлами… скакать в поисках Снежиной… Готовы к такому?

Эрки уже в дверях напомнил:

— Горы — наш дом родной, Вигго.

Игнат сдал парня:

— Эрки Орьевич, он на Снежину следилку поставил.

Гном проворчал напоследок:

— Тогда какого ты выделываешься, Вигго? Вперед собираться в поход. Белобры… — Он понял, что количество белобрысых в округе увеличилось, и поправился: — Ни драук, ни тем более Игнат Нилдинович нас ждать не будут. Я сейчас предупрежу наших, чтобы не теряли. Не бойтесь, рассказывать про драука не буду — нам только паники и расовых чисток не хватало.

Игнат кивнул и принялся собираться. Он переоделся, захватил рюкзак с термосом, торопливо почистил скимитар и направился на улицу, захватив оба спальника из комнаты Снежиной — пригодятся её потом отогревать.

Возле «Индрика» уже приплясывал Вигго в куртке со скимитаром в руках. Или это его так шатало? Игнат загнал возмущённого Вигго на заднее сиденье автомобиля. Переднее пассажирское он перестроил под гномьи параметры. Подошедший Эрки Орьевич недовольно потыкал в высокое кресло и привычно проворчал:

— Ты детскую подушку под сиденье сунул, что ли?

Вигго хмыкнул, но промолчал. Гном деловито хекнул, забираясь на высокое сиденье, и пристроил секиру себе на колени.

— Ладно, мы гномы негордые. Главное удобство! — Он явно утешал самого себя, ерзая в кресле.

— Вообще-то, я такое кресло для удобства Шенка покупал, — бросил Игнат, заставляя Эрки Орьевича скрежетать зубами. — Ремень!

Гном молча пристегнулся.

Игнат тут же рванул на «Индрике» на юго-запад — Вигго подсказал, что Снежина находится где-то за патрульным пунктом «Черный шаман». Что драуку там надо? Его лёжка тут, в заброшенной штольне. Какого его понесло на юг? По всем прикидкам он должен был лететь на северо-запад, к Уралу. Что-то Игнат явно упускает. Ладно, разберутся по ходу дела. Сейчас главное — не столкнуться с Ядвигой Феллимовной. Та не позволит уничтожить своего соплеменника.

Уже бросая «Индрик» в лесу, Игнат напоследок предложил, дружелюбно протягивая термос:

— Кому кофе на дорожку?

Эрки Орьевич отказался:

— Потом отметим. Когда драука прикончим.

Вигго же понятливо хмыкнул, давясь смешком:

— Тот самый, да? Спасибо, но я пас. И не коситесь так. Я же Эрки Орьевича могу сблатовать и мы вдвоем вас кофейком напоим.

Эрки, прилаживая секиру на плечо, поинтересовался:

— Что не так с кофе?

— Бойся данайцев, дары приносящих, Эрки Орьевич.

— Вот балабол! Отрежет кто-нибудь тебе твою балаболку — будешь знать!

Думать, что случилось, было дурно. Понять, где она, невозможно.

Голова трещала. Боль обрушилась сразу, стоило Арине осознать себя. Она обручем сдавила голову и не отпускала. Во рту было кисло. Воняло так, что противно было дышать. Дикая смесь пота, немытого тела, какой-то гнили. Куда она попала⁈ Она помнила этот запах по подземельям. Там с ними не считались. Они были никто, расходный материал, которые требует еды и зачем-то воды.

Снова было темно. То ли слепота, которой так боялась Славка, безумно крича, что ей выкололи глаза, и заставляя Арину снова и снова уверять её, что темно всем, то ли повязка на лице. Или еще не закончилась ночь. Или просто надо собраться с силами и открыть веки.

Странные звуки вокруг. Непонятный, какой-то механический скрип и однообразный, очень быстрый стук — словно кто-то кидает камешки или сыплется бесконечное зерно.

Кажется, её мотало из стороны в сторону. Может, её кто-то несет? Арина вздрогнула, вспоминая: Зоя, термос, кофе, влюбленность в Релонлея, социальная активность, дававшая той кредит доверия. Тогда Арину вот-вот ждет бесславный конец — восемь лезвий в живот. Выжить в подземельях и сдохнуть тут от «паука». Безумная ирония жизни.

Дар не отзывался — убить бы Релонлея за неумение выбирать женщин! Только сперва надо вырваться… Она попыталась пошевелиться, но из тела существовала лишь голова — все остальное не ощущалось, словно отсутствовало. Её же не готовят в драука? Женщин не используют для их создания. Сердце заколотилось как бешеное: Славке с двумя драуками не справиться. Арина больше месяца гармонизировала Альбу, чтобы он хоть что-то начал соображать. Её никто гармонизировать не будет — Релонлей, как типичный дроу, убьет её не задумываясь. Ему даже в голову не придет, что что-то можно сделать…

Арину мотнуло в сторону. То, что