Безымянная страна - Кейт Эллиот
Молодой торговец, державший язык за зубами и толкавший тележку, груженную корзинами с тщательно отполированными старыми ложками и отреставрированными часовыми механизмами, был менее склонен делиться своей историей, хотя и поспешил предъявить имперскую лицензию, которая давала ему разрешение курсировать по провинции Лесострана под милостивым покровительством мира императрицы. Элен решила, что это подделка, но она просто пристально посмотрела на него, после чего он стал более откровенным.
Всего четыре дня назад, перед заходом солнца, он устраивался на ферме, когда отряд вооруженных людей двинулся на юг, распевая невоспитанные солдатские частушки. Он даже назвал несколько наиболее кричащих песен, которые заставили Элен задуматься, не был ли он сам в юности ополченцем, хотя и с таким акцентом, а не из провинции Лесострана. В его речи было несколько намеков на центральные земли, которые он не сумел скрыть.
И все же его история была интригующей: он и фермеры с опаской наблюдали за происходящим, надеясь, что ополчение не остановится, поскольку никогда не знаешь, какие требования они выдвинут, верно? Среди них были наездники на лосях, хотя в северо-западных провинциях это не было такой уж редкостью. Конечно, императрица не одобряла, когда большие отряды вооруженных людей разгуливали вокруг, как им заблагорассудится, без имперского надзора! Возможно, добрые стражи могли бы обратиться с докладом в Орден Часовых или к местному интенданту.
Конечно, они это сделают, заверила его Элен, гадая, не является ли он теневым стражем, посланным наблюдать за провинциями. Если так, то он не подал виду, что узнал принца Гевулина. К этому времени одежда принца была такой потрепанной и грязной, его волосы- мухобойки были жирными из-за отсутствия мытья, а многодневная щетина придавала ему такой неприглядный вид, что он мог сойти за обычного стража. Ему просто нужно было держать рот на замке и ничего не говорить, потому что дворцовый акцент выдал бы его с головой.
Ближе к полудню они остановились в Привале Норвест. Принц, возможно, и потребовал бы одолжений или одобрения, но, опять же, он оставался в тени. Ксилси закупила припасы и заплатила установленную империей цену. Стражи и их принц-инкогнито поели в зале стражей и поспали часок. Пока седлали свежих лошадей, Элен дружелюбно болтала в конюшне с местными конюхами. Да, сюда прибыла группа всадников на лосях. Они очень шумели, пнули одного из парней и ни разу не извинились! Местный интендант был наказан лордом Манора Дуэнн, вот и все! Его светлость невоспитан, как лось! Он раскритиковал отсутствие роскоши в скромном имперском крыле интендантства.
— С чего бы лорду жаловаться на это? — спросила Элен у разговорчивых конюхов. — У уроженцев Маноров нет права использовать имперские апартаменты, во всяком случае я о таком не слышала. Кто-нибудь из его сопровождающих останавливался там? Он путешествовал с имперским чиновником?
Ей сказали, что это был всадник на сарпе. Худощавый молодой человек в дворцовой одежде и необычном ожерелье из цветка олеандра с пятью лепестками. Он улетел на своей сарпе на рассвете, до того, как ополчение выступило.
— На север? — спросила она, хотя по описанию этот молодой человек не походил на всадника, погибшего на Дальнем Пограничном Бдении.
Нет. Он полетел на юг и взял сумку с провизией, как будто собирался в долгое путешествие. Это было четыре дня назад. Они не видели вторую сарпу.
Ближе к вечеру стражи достигли края длинной долины с юго-восточным уклоном, в которой лежал Манор Северный Пелис с его полями и фруктовыми садами. Расположение возвышенностей и впадин долины скрывало сам Манор, хотя в большом кольце святодерева был виден уголок его загона для сарп. На сторожевой башне развевался полосатый флаг «все в порядке». Ей показалось, что отсюда, с высоты, она видит за сторожевой башней тонкую струйку белого тумана, стелющуюся по низинам долины. Был ли это залив Пелены, о котором упоминал геодезист Берри, тот самый, который она сама видела с вершины башни, или это просто угол падения дневного света на побелевшую от осени траву?
Дорога плавно спускалась в долину. Над отдаленными фермами мирно поднимался дымок. Все выглядело тихо. На дороге больше никого не было.
— Ваше Высочество, если можно, — сказала Элен.
— И когда это вас останавливало? — пробормотал он себе под нос.
Ипис удивленно взглянула на принца. Джирви отвернулся, прикрыв рот рукой. Кем ухмыльнулся.
— О, просто продолжай, Эл! — сказала Ксилси.
— У вас есть мое разрешение, — заметил Гевулин сардоническим тоном, в котором сквозило имперское раздражение.
— Благодарю, Ваше Высочество. — Она могла бы играть в эту игру вечно, но пока им нужно было выжить. Больше всего на свете она должна была убедиться, что Кем никогда больше не попадет в руки лорда Дуэнна. — Мне кажется, нам следует действовать осторожно. Если всадников сарп было двое, как мы подозреваем, то другой может все еще вести разведку в этом районе. Ополченцы Дуэнна могли повернуть на юг, домой, но они также могут быть гостями в Маноре Пелис.
— Тетя Джения не потерпела бы грубого присутствия Дуэнна или его опрометчивой и оскорбительной попытки женить своего сына на Ворвуа. Она бы отправила его восвояси.
— А как насчет всадника сарпы?
Гевулин провел пальцем по своей клочковатой бороде. Небритый вид придавал неприветливый вид его идеально вылепленному подбородку, делая его более доступным, пока он не обратил свой властный взгляд на своих подчиненных.
— Она сказала, что всадников сарп было двое. Это не имеет смысла. Девушка, должно быть, ошиблась. Всадники сарп путешествуют в одиночку.
Кем прикрыл глаза от солнца, чтобы рассмотреть смятые складки долины.
— Ваше Высочество, не могло ли это Восхитительное Высочество быть вторым всадником сарпы? Из отчета помощницы-курьера о разговоре, который она подслушала на Дальнем Пограничном Бдении, следует, что человек, к которому обращались «Восхитительное Высочество», знал, что гарнизон был убит сарпой. Мог ли он вообще быть тем, кто... это сделал?
Принц раздраженно фыркнул.
— Вы не знаете дворца. Вы не должны предполагать, что знаете.
— Прошу прощения, Ваше Высочество. — Кем опустил подбородок.
Ксилси поспешно сказала:
— Кем, принцы, рожденные при Дворе Цветов, не вступают в Корпуса Сарп или Грифонов. Они слишком ценны для такой опасной работы.
Гевулин