Дочь севера. Исцеление дракона - Ирина Ардо

Вот только мать, услышав мои слова, вцепилась в сына мёртвой хваткой. И откуда только такая силища взялась?

— Беги! Он найдёт тебя… Он…

— Кто, мама? — было видно, как Ингвальду трудно оставаться спокойным, и всё же он старался создавать видимость того, что всё под контролем. — Мы в безопасности.

— Ормарр! Он сказал…

Дальше я уже не слушала.

Я могла предположить что угодно, ведь бесчинства нашего короля породили такую преступность… Сильнее была разве что в Аргоне, если верить записям о заключённых Драгонхолда. Но сам Ормарр I?

Гадать было не нужно. Госпожа эйн Оден говорила о нём с таким ужасом, что сомневаться не приходилось — ящерица в короне довела её до такого состояния. И делала это медленно, изощрённо, со вкусом.

Сколько лет это продолжалось?

Готова поспорить, что семь. Семь лет, именно столько Ингвальд провёл в стенах самой охраняемой тюрьмы трёх королевств.

Что же такого он натворил, раз направил на себя гнев правителя, так ещё и мать за собой утянул?

— Это он вас так? — непроизвольно закрыла рот рукой, всё ещё отказываясь верить в происходящее.

Потому что это невозможно понять!

Уничтожение повстанцев — можно. Нет, не оправдать и уж тем более простить, но хоть немного понять. Это же… Мучить несчастную женщину, и ради чего? Чтобы сломить её сына? Разве семи лет без движения недостаточно? Если бы я не вытащила его, то было бы ещё дольше.

Вот только мать Ингвальда не могла ничего ответить, лишь что-то нечленораздельно выкрикивала.

Если женщина не расскажет нам всё сейчас, то просто сойдёт с ума. Но и сделать это, как полагается, она не в состоянии.

Пришлось подмешать в успокаивающий отвар сонный порошок и силком влить содержимое чашки в рот больной.

— Простите, но так нужно, — да, в моём сердце голосе не было ни тени раскаяния. Но я была права!

Кая Оден затихла спустя несколько минут, и уже спокойно проговорила:

— Ормарр найдёт тебя, — пришлось наклониться, чтобы услышать. — Он велел привезти… написал коменданту…

Речь была путаной, но даже при этом было ясно, что Его Величество вознамерился вернуть себе заключённого. Судя по тому, как была напугана эта женщина, Ингвальда не ждало ничего хорошего.

Вот только что он умудрился сделать? Сначала я думала, что Ормарр просто не хотел видеть дракона вроде него, или же просто закрыл его как приверженца политики прежнего короля.

Получается, в этом было что-то личное?

Однако все размышления быстро улетучились, стоило мне вспомнить главную фразу: «Он написал коменданту».

Значит, король уже знает, что один из узников сбежал. Или узнает очень скоро.

Конечно, Фиенд может что-то придумать или же соврать, всё зависит от письма.

— Всё хорошо, мам, — Ингвальд поцеловал её руку и вымученно улыбнулся. — Всё будет хорошо. Ему нас не достать.

— Простите, госпожа, но вы не знаете, что именно было в письме? Это очень важно.

— Он убьёт тебя, — продолжила женщина, всё так же глядя на сына. — Убьёт!

Похоже, расспрашивать дальше бессмысленно.

Если король велел прислать Ингвальда в Искальдру, то наши дела плохи. Если же он отдал приказ убить его в Драгонхолде, то есть шанс, что этот змей решит прикрыть свою шкуру.

Но оставаться здесь было нельзя.

Я дождалась, пока госпожа эйн Оден уснёт, а затем вывела его из спальни, чтобы поговорить. Нужно было подобрать правильные слова на случай, если он заупрямится и твёрдо вознамерится остаться здесь до полного выздоровления матери.

И, волки всех разорви, оказалась права!

— Нужно подождать, — отчеканил Ингвальд, как только дверь за нами закрылась.

— Я ещё даже ничего не сказала.

— А тебе и не нужно. Я и так всё знаю.

Прочёл по лицу? Нет, не мог, поскольку сидел ко мне спиной. Да и не стал бы разглядывать.

Я всё чаще ловила себя на мысли, что он видит меня насквозь. Несколько раз дракон пытался вывести меня на разговор, но каждый раз меня не отпускало ощущение, будто он всё знает и без моих слов.

— Твоей матери уже ничего не угрожает. А тебе — да. И мне тоже. Если Фиенд сообщит королю…

— То он потратит ещё кучу времени, чтобы нас найти.

— Так говоришь, будто знаком с ним лично.

Ингвальд весь подобрался и сжал челюсти. Похоже, я попала точно в цель.

— Ингвальд, сам подумай, — продолжила увещевать его, — сейчас самый подходящий момент. Он растерян, зол или же уверен, что тебя уже скинули в море в холщовом мешке. В любом случае, это наш шанс.

Слишком долго я рассматривала разные варианты развития событий, чтобы не увидеть этого. Чем быстрее Ингвальд достанет посох, тем лучше. Мы разойдёмся как в море корабли, и меня, наконец перестанут терзать ощущения, заставляющие терять над собой контроль и думать о вещах, далёких от намеченной цели.

И сейчас, когда карты сами ложились нам в руки, Оден был готов упустить такой прекрасный шанс и позволить королю избавиться от проблемы окончательно.

— Она ещё слаба.

Вот же упрямый олень! Нет, даже не олень, его хотя бы едой можно приманить, а затем уговорить сделать то, что нужно. А этот… этот… Дракон, одним словом!

— Не настолько, — я снова начала терять самообладание. — Ей не дали умереть, а значит, позаботятся и об остальном!

— Далия права, сынок, — из темноты коридора вышел Агвид.

За спором мы даже не заметили, как он вошёл.

— У вас целителя нет, каким образом вы собираетесь поставить её на ноги?

— Не всё решается магией, уж ты-то должен это понимать, — старейшина многозначительно посмотрел на Ингвальда. — Девочка сделала всё для того, чтобы твоя мать могла принимать пищу. Многие из наших женщин ей помогали. Они не имеют никакого отношения к исцелению, однако быстро учиться и запоминать главное способны.

Мужчина не упомянул, что такая способность у них появилась не от хорошей жизни, да это было и не нужно.

— Они действительно всё умеют, — подтвердила его слова. — Я бы не подпустила их к больной и не позволила бы дежурить по ночам, пока не смогу лично убедиться в их способности оказать помощь в случае необходимости.

И это была чистая правда.

Сейчас я снова стала целителем. Не мучителем, не палачом. Это чувство было самым прекрасным на свете, ведь больше мне не приходилось насиловать свою природу. Теперь я делала, что должна, и не собиралась позволять кому-то всё испортить.

Ингвальд скривился, наше со старейшиной единодушие явно пришлось ему не по нутру, но и отрицать очевидное он не мог.

— Вылетаем, как проснёмся.

Дракон в несколько шагов преодолел расстояние до выхода и покинул