Розовое поле - Филип Пулман
Он отшвырнул её, издав гневный вопль. Лиру накрыла тошнотворная вонь гангрены (если это была она), но её пальцы крепко держали иглу, вырванную ещё до того, как мужчина перевернулся на живот и с трудом встал на ноги. Увидев, что клетка пуста, он вскрикнул, пнул Лиру в рёбра, от чего сам пошатнулся и чуть не упал—но потом заметил золотой алетиометр, мерцавший в последнем лунном луче, схватил его и побежал вверх по ступеням так резво, что Лире было за ним не угнаться. Задыхаясь от удара в рёбра, она лежала в полуобмороке с туманной от боли и усталости головой—но её пальцы продолжали сжимать иглу.
Выпуклое стекло, вынутое Лирой из алетиометра, отбрасывало на неё крошечное изображение луны. Она подхватила рюкзак, стекло и стала карабкаться по ступенькам: с затуманенной головой, дрожа всеми частями тела, скользя ногами по нанесённому сверху песку, стараясь не зареветь от боли и страха—пока не выбралась на залитый лунным светом безмолвный форум.
Деймона Нур Худы уже и след простыл. Но тот человек—скиф, хорезмиец или кто он там—был ещё здесь; прижав алетиометр к груди, он ковылял прочь…
И тут, в полной тишине, безо всякого предупреждения, по форуму пронеслась огромная тень, погрузившая мужчину во тьму. Лира прижалась к стене, не веря своим глазам, а существо, отбрасывавшее тень, набросилось на него, схватило гигантскими когтями и, взметая огромными крыльями клубы пыли, унесло в небо. Всё это заняло не больше пары секунд.
Это был наполовину орёл, наполовину лев, громадный и свирепый; и пока его силуэт проплывал на фоне полной Луны, Лира видела, как человек бьётся в его когтях, издавая отдаляющиеся вопли. Алетиометр остался у него.
Но у Лиры были игла и стекло, хотя её пальцы едва их удерживали. С величайшей осторожностью она спрятала иглу в нагрудный карман, а стекло—в рюкзак.
* * *
Нур Худа сидела с Джамалом на руках, что-то скороговоркой ему шептала, подносила к губам, щекам, ушам, прижимала к груди, гладила и целовала.
Едва заметив Лиру, она вскочила с места. Её лицо сияло счастьем.
–Это Джамал! С ним всё в порядке!—объявила она.
Лире захотелось её обнять и впитать часть этой радости; и тогда Нур Худа, не выпуская деймона, сама обняла свободной рукой Лиру за шею и поцеловала, прижав при этом Лирину больную кисть к себе. Лира невольно вздрогнула, и Нур-Худа отпрянула в тревоге.
–Ты ранена? Что случилось?
–Я… я не знаю. Не могу вспомнить. Как ты теперь найдёшь дорогу домой?
–Джамал найдёт дорогу. Не беспокойся об этом! С Джамалом я всегда в безопасности. Мой дом там, где моя семья. Мы пойдём их искать, и так найдём дом. И вы с Паном тоже!
–Да…
–Когда ты его встретишь, вы пойдёте домой?
–Не знаю. Похоже, у меня нет дома. Может, начнём искать.
–Да! Отличная мысль! Ищите дом! Но главное—когда вы встретитесь, ты должна его целовать, целовать и целовать!
–Встречу ли я его?
–Непременно!
–А он… он найдёт то, что пошёл искать?
–Конечно. Он отлично умеет всё искать. Он найдёт это, и всё будет в порядке. А потом ты найдёшь дом и удачно выйдешь замуж! Спасибо тебе, Лира! Спасибо!
И Нур Худа, повернувшись, пустилась в долгий путь домой, а её маленький деймон, высоко подпрыгивая, скакал рядом. Даже после того, как они скрылись за залитой лунным светом колоннадой, Лира некоторое время слышала, как они болтают и смеются.
* * *
Когда Лира вернулась в их лагерь на окраине города, Абдель Ионидес, её проводник по этой пустыне, спал. Но, как ни тихо она ступала, он услышал её и поднялся.
–Мисс Сильвер! Вашего деймона там нет?
–Он был, но уже ушёл. Там звучали голоса—они говорили про что-то, что называется алкагест. Вы знаете что-нибудь про алкагест?
–Нет. Но всё же, кто про него говорил?
–Я их не видела. Просто голоса.
Он пожал плечами и, оглядев её внимательнее, спросил:
–Вам больно? Что случилось?
–Я видела гигантскую птицу, похожую на льва.
–Птицу, похожую на льва? О чём вы? Думаю, вы слишком устали, чтобы рассказать вразумительно. Давайте, ложитесь, поспите до утра. Скоро станет совсем холодно.
Он развернул овчинное одеяло и положил его на подстилку из нескольких других.
Пришлось послушаться. Других вариантов не было. Лира ощутила, как бережно он поправляет одеяло, и уснула.
* * *
Ей приснилось, что к ней вернулся Пан. Не сказав ни слова, в самый тёмный час ночи, он скользнул под овчину и нашёл своё прежнее место у неё на шее.
«Там окно, Пан!»—пробормотала она. «Как те, сквозь которые мы проходили с Уиллом! В красном здании—окно в другой мир: мир, откуда берутся розы! Вот оно что!»
Она услышала шепот воображаемого Пана, но что он ответил, осталось тайной—не просыпаясь, она во сне уснула ещё раз.
2. Лазарет
Незадолго до прибытия Лиры в Лунный город к директору «Оукли-стрит» пришёл посетитель. Организация была официально расформирована, а Гленис Годвин—отправлена в отставку с приказом передать всю документацию, имущество, офисы и прочее Министерству внутренних дел.
Приказа она не выполнила. Верная принципам, которые поклялась отстаивать сорок лет назад, когда ещё молодой женщиной вступала в организацию, она решила продолжить борьбу, выйдя, насколько возможно, из-под влияния контролировавших правительство политических сил.
Поскольку офис был конфискован, она вместе с руководящей командой временно переместилась в большую мрачную квартиру недалёко от Баттерси-парка. Никто, как она думала, не знал, где их искать; так что, когда однажды поздним утром вдруг прозвенел дверной звонок и секретарь доложил, что её хочет видеть какой-то пожилой мужчина, она испытала лёгкий шок. Он представился как Мейкпис.
–Он сказал ещё что-нибудь?
–Нет, мэм. Только то, что хочет встретиться именно с вами.
–Упомянув имя? Не просто с директором или начальником?
–Он назвал ваше полное имя.
–Как он выглядит, Дэвид?
–Под семьдесят. Ещё полон энергии, на мой взгляд. Пыльный чёрный костюм, весьма поношенный. Но похож скорее на бывшего ремесленника, чем на бродягу. Его деймон—кошка.
–Что ж, мне любопытно. Проводи его сюда, но постой за дверью, ладно?
Когда посетитель вошёл, она осталась за столом. Секретарь в своём описании был точен, но не упомянул ни проницательный взгляд и властное лицо, выдававшие незаурядный ум этого мужчины, ни исходивший от него слабый запах древесного дыма.