Алый Зиккурат - Энтони Райан
На возвышении стояло сооружение, напоминающее глаз, но вместо зрачка в нем была красная завеса, источающая мерцающее сияние и пульсирующая, как вода. Поверхность предмета, похожего на глаз, была шероховатой, словно высеченной из неровного камня неумелыми руками. Но когда Гайм поднялся и стал пробираться к нему сквозь нагромождение тел, он увидел, что тот сделан не из камня, а из кости.
Черепа с пустыми глазами ухмылялись ему из чащи безжизненных рук и ног, ребра торчали, как шипы. Как и все остальное в зиккурате, кости казались нестареющими, чистыми и не почерневшими, поблескивая в свете вертикального бассейна, который они обрамляли. Когда он подошел ближе, по нему пробежала спокойная рябь, но стоило ему ступить на помост, как он оживился. Рябь превратилась в бурлящие волны, а цвет бассейна сменился с красного на глубокий, гневный малиновый.
"Подходи ближе на свой страх и риск, брат Король Гайм", - посоветовал мягкий голос из тени, скрывающей костяной глаз. "Я сомневаюсь, что тебе понравится то, что находится за пределами этого портала".
Он развернулся на голос, подняв меч, но то, что появилось из мрака, не проявляло стремления к насилию. Фигура выплыла на свет в виде переплетения извивающихся пыльных усиков. Они собрались вместе, сложившись в нечто, напоминающее человеческую фигуру, женщину, ее лицо на мгновение проявилось, а затем снова превратилось в пыль. Тем не менее, этого краткого взгляда было достаточно, чтобы Гайм понял, кто и что перед ним.
"Сестра королева, - ответил он, его поклон был несколько натянутым из-за полученных травм. "Прошу прощения за это вторжение".
Пыльная путаница закружилась в вихре, и лицо вновь появилось среди кружащейся неразберихи. "Уважение?" - удивленно спросил призрак давно умершей королевы. "Не то, что можно ожидать от вора. Неужели ты так низко пал, брат мой? Когда-то ты был могущественным, и тебя боялись. Тебя называли Разрушителем. Теперь же ты крадешься и подхалимничаешь, как крыса".
"Я пал еще ниже", - ответил Гайм с грубоватой честностью. "Но не настолько низко, чтобы потерять всякое представление о приличиях. Могу я спросить, сестра, откуда ты узнала мое имя?"
Фигура растворилась в тонком, едва ощутимом тумане, затем подлетела ближе, дыхание Гайма превратилось в пар, когда воздух остыл от ее присутствия. Он встречался с призраками, рейфами и другими разновидностями привидений - неживыми душами, наделенными различными способностями, но ледяное прикосновение смерти было присуще им всем.
Туманная дымка сместилась, местами сгущаясь, пока лицо королевы не появилось снова, зависнув в нескольких дюймах от него - царственная маска, на которую, должно быть, приятно было смотреть при жизни.
"Твои сны были интересными, - сказала она ему. "Из них я взяла твое имя и твой язык. Я так давно не говорила и не слышала человеческого голоса. Твоя история печальна. Мелкий лорд, вынужденный участвовать в крестовом походе против церкви, убившей его жену. Крестовый поход, который возвел его на трон, но при этом отяготил проклятым демоном клинком. Нелегко нести эту ношу, я знаю. И вот, - лицо немного отодвинулось, туман сформировал руки, которые указали на пол, - ты пришел сюда, рискуя почти неминуемой смертью или еще чем похуже, за обещание освобождения".
Опустив взгляд, Гайм увидел, что стоит на большой плитке, поверхность которой покрыта рельефной резьбой. Сначала она показалась ему не более чем абстрактным переплетением изогнутых линий, но, сделав шаг назад, он узнал перевернутую версию символа, который Тиграксис выгравировал на песке.
"Имя демона, - пробормотал он, чувствуя, как в груди нарастает волнение. Он нашел его, ключ к своему освобождению, после стольких лет страданий в обществе этого существа. Один удар, подумал он, крепче сжимая меч. И дело сделано.
Новый звук заставил его приостановиться, когда он поднимал меч над головой: сухой шелест воздуха, в котором слышались нотки веселья. Подняв глаза, он увидел, что маска королевы-призрака скривилась от смеха.
"Имя твоего демона?" - спросила она. "Так вот что ты думал здесь найти?"
"Если не это, то что?" - спросил он, чувствуя, как в нем нарастает гнев, когда он пытался ухватиться за единственный проблеск надежды, который почувствовал за очень долгое время.
"Почему бы тебе не спросить об этом?" - ответила она, устремив призрачную руку к мечу. "Или твоя гордыня такова, что ты скорее добьешься своей гибели, чем поговоришь со своим товарищем по плену? Ибо как ты проклят им, так и он проклят тобой".
Гайм опустил меч, пристально глядя на сверкающее лезвие, дрожащее в его руке. Он сглотнул, сделав долгий прерывистый вдох, прежде чем выдавить слова сквозь стиснутые зубы. "Это твое имя, демон?"
О нет, мой повелитель, - последовал ответ, в котором слышалось легкое удивление. Я все гадал, когда же ты соберешься спросить.
"Почему же ты не сказал мне раньше?"
Мне было любопытно, что же на самом деле может скрываться под этой грудой старых камней. И я подумал, что это забавно.
"Если это не твое имя, то что же это тогда?"
Я не имею ни малейшего представления. Но полагаю, что наша царственная хозяйка знает, и именно поэтому этот дешевый, самоуверенный выскочка-колдун послал тебя сюда, чтобы ты это уничтожил.
Гайм оторвал взгляд от меча и снова посмотрел на королеву-призрака. С маски из пыли исчезло всякое веселье. Вместо этого он увидел выражение, которое не раз носил сам: суровый, но в то же время скорбный взгляд монарха, которому предстоит совершить неприятное, но необходимое действие.
"Если я разобью эту штуку, - произнес он, - что произойдет?"
Королева подняла свои едва заметные руки, её призрачная форма отлетела назад, поднимаясь все выше. За ее спиной замерцал свет: голубые линии, покрывающие стены этой комнаты, вспыхнули, а затем свернулись в клубок, пропуская энергию через груду тел стражей. Снова заскрежетали доспехи, конечности соединились с обрубками, головы прикрепились к туловищам, и все это беспорядочное месиво начало выстраиваться в небольшую армию. За считанные мгновения они снова стали единым целым, встав в аккуратные, четкие ряды с оружием в руках, такие же неподвижные и молчаливые, как всегда.
"Моя гвардия, - сказала королева, - элита всех моих армий. Каждый из них сам по себе воин и чародей, избранный