Безымянная страна - Кейт Эллиот

Он тихо фыркнул:

— Никогда не думал, что увижу тебя такой.

— Какой? — подозрительно спросила она.

Он кивнул в сторону призрака, который, поев вместе с остальными, вернулся к месту своей рыбалки, чтобы посмотреть, не удастся ли ему наловить немного рыбы на следующий ужин.

Ее щеки вспыхнули румянцем, и она улыбнулась в нелепом порыве радости. К счастью, ночь скрыла все.

Кем продолжал, но в его тоне слышалась улыбка.

— Я имел в виду это место. Я чувствую, что, увидев его, лучше понимаю тебя и маму.

— Пока мы еще не заперты здесь.

— Теперь так много вещей обретают смысл. Я буду докапываться до них годами. Этот ребенок в стенах... — Он крепко сжал ее руку. — Какое ужасное место.

— Прости, Кем.

— Прости, что ты скрывала от меня правду? — Он вздохнул. — Я не могу сердиться после того, как увидел этого ребенка. Я бы тоже не хотел говорить об этом. И мама, конечно, не хотела... — Он обхватил ее другой рукой, словно утешая, тот маленький Кем, которого она так долго утешала. — Я никогда не понимал, как тяжело ей было. Иногда, наверное, я просто думал, что она слабая и с ней трудно.

— Она не была слабой, Кем, никогда так не думай. Но с ней было трудно.

— Есть так много слов, которых я хотел бы никогда не говорить ей.

— Но ты не знал. Это наша вина.

— Нет, это не ваша вина! — твердо сказал он. — Если ты заставляешь кого-то, кто слабее тебя, броситься в пасть волку, значит, ты сам стал волком. Вы сделали все, что могли. В любом случае, как бы я вообще смог это понять, если бы вы попытались объяснить? Я не очень хорошо слушал маму, так?

Она пожала плечами.

— Вот мой ответ, — сказал он, всхлипывая.

— Не вини себя. В этом суровом мире мы все делаем то, что в наших силах. Взгляд назад это хорошо, но это всего лишь взгляд назад. Никто не знает, как он поступит, пока не настанет момент действовать. Никто не может точно знать, как лучше поступить, когда каждая тропинка кажется заросшей и усеянной колючками. Узнай, что ты можешь извлечь из случившегося, а затем продолжай идти. Кстати, о ходьбе, как твои ноги? Ботинки еще не порвались?

Он усмехнулся.

— Думаю, не порвались. Во всяком случае, волдырей больше нет.

— В конце концов, это требует времени и терпения.

Он положил голову ей на плечо, как в старые добрые времена. Но он вырос. Он уже не был мальчиком. Теперь он был молодым человеком.

— Я горжусь тобой. Тем, как ты себя вел. Я не ожидала, что стражи подойдут тебе, но, думаю, ты нашел хорошую компанию.

— Мне нравится работать со стражами. Но я не хочу тебя покидать.

Она вздохнула. Было одновременно горько и сладко видеть, как он становится самим собой.

Он настойчиво добавил:

— С тобой все будет в порядке?

— Я все еще помощница-курьер в Привале Орледдер. Но выслушай и не реагируй —скорее всего, принц будет держать меня при себе, теперь, когда он знает о гадюке.

Он вскочил, собираясь громко протестовать, но она предостерегающе потянула его за руку.

— Тише! Пока ничего не говори. Мы не можем знать, что ждет нас в будущем. Я гораздо меньше беспокоюсь о своем собственном положении, чем о том, что ты окажешься замешанным в измене принца.

Он кивнул.

— Ксилси немного поболтала со мной и Ипис. Сказала, что постарается оградить нас от любых связей с дворцовыми интригами принца. Но если кто и может выпутаться из этого затруднительного положения, то это, я бы сказал, принц.

— Неужели? Почему?

— Что бы мы ни думали о его качествах, он умен, решителен и безжалостен. Но, спрашивая, все ли с тобой в порядке, я имел в виду... — Он указал на призрака, находившегося среди деревьев.

— Я выплакала все слезы. Я смирилась.

— Ты жалеешь, что вообще с ним познакомилась?

— О нет. Я рада, что познакомилась с ним, пусть даже на такое короткое время.

Он сжал ее руку, но другого ответа не последовало.

Река продолжала журчать. Симо и принц о чем-то тихо совещались. Джирви остался на страже, а Ксилси и Ипис прокрались в темноту, чтобы заняться своими делами, охраняя друг друга. Призрак висел над водой, опустив в воду руку, такой неподвижный, что мог бы сойти за ветку ивы, слегка покачивающуюся на ночном ветру.

— Он все еще рыбачит? — прошептал Кем.

— Рыбачит или слушает. Я не знаю.

Симо свистнул, как птица: готовьтесь идти. Они направились к лодкам и закинули в них свои рюкзаки.

— На этом этапе путешествия я намерен сопровождать помощницу-курьера, — сказал призрак.

— Мне не нравится это позволять, — сказал принц.

— Тем не менее, вы все сбежали из ямы, в которой вас держали, только потому, что я вас спас. Я скоро уйду. Я говорю это из вежливости. Из всех присутствующих здесь вы, должно быть, лучше всех понимаете, что, если я решу действовать, вы не сможете меня остановить.

Остальные наблюдали, как принц кипел от злости, пытаясь найти ответ.

Наконец, Ксилси спросила:

— Что происходит? Все это очень странно. Я ничего не понимаю.

— Это пустяковое требование, в котором было бы глупо отказывать, — добавил призрак, мягко моргнув своими завораживающими глазами.

Принц фыркнул.

— Очень хорошо. Новичок Кем будет сидеть со мной, Симо и Джирви. Ксилси, Ипис, помощница-курьер на другой лодке, с вами.

У Ипис было такое выражение лица, словно она хотела спросить, но передумала. Она взялась за весла с легкостью человека, выросшего на воде. Ксилси сидела на носу, рядом с ней стоял незажженный фонарь. Призрак устроился на корме, и Элен села рядом с ним. Он переплел свои пальцы с ее, но ночь скрыла этот жест. Но Ксилси подозрительно уставилась на них с другого конца лодки, в то время как Ипис взмахнула веслами и потащила их по течению.

— Вы ведете себя не как передатчица, — сказала Ксилси. — Возможно, вы ее близнец? У меня есть пара двоюродных братьев, которые похожи, как две капли воды. У вас, айвуров, может быть, есть что-то похожее.

— Я это я, — сказал призрак. —