Истории старого корабля - С. Г. Малиновски
«Передай дар своему ребёнку… и когда он станет богом, ты покинешь этот мир…»
Мичман Коркин проснулся в своей холостяцкой каюте и сел на койке. Вообще-то ему никогда не снились вещие сны, этим страдал его друг…, наверное, единственный друг, который полностью его понимал, которого теперь рядом нет. Ну почему же нет… есть… Он здесь внутри корпуса Солара, поглощённый когда-то на Венере этим самым корпусом.
Коркин прижался лбом к стеке каюты и отчётливо ощутил связь с другом, которого нынче звали Солар…
Шёл десятый год «плавания»…
[1] Именами прилагательными обычно называют эсминцы и фрегаты, например: «Гремящий», «Решительный», «Резвый» и т. д.
[2] Solar (ит.) — солнечный.
Глава 20. Интермедия 4
Солар совершенно не ощущал себя человеком. Он даже представить себе не мог, что такое ЧЕЛОВЕК, но получалось так, что тот странный человек по имени Людвиг был его второй натурой, которая в настоящий момент позволила ему стать не просто машиной, а машиной наделённой человеческим сознанием и чувствами. Да, действительно, сейчас он думал, как человек, он был способен на эмоции, но если бы не архивы он так и не понял бы, кто наделил его этими свойствами неприсущими машинам…
И всё-таки интересно узнать, кто такой Коркин, и как смог помочь ему Людвиг. А ещё интересно — кто такой наследник того самого Коркина?
Глава 21. Архив 2а Тайна двух капитанов (продолжение) (Часть 1)
Вернувшийся на Землю после серии опытных полётов Владимир Август был зачислен, как и приказал генерал Пройслер в Высшее училище космонавтики имени Баумана (кто это такой, он не знал, а если бы в начале учебного года куратор не провёл экскурсию в музей училища, так бы и не узнал, всё, что не касалось непосредственно космоса, Влада мало интересовало). Учиться ему неожиданно понравилось. Не все дисциплины, конечно, но всё-таки.
При этом, Земля по мнению Владимира Августа, была странной планетой. Третья от своей звезды под названием Солнце, она оказалась крайне нестабильной (в отличии от Геи, чья ось не имела наклона, и, соответственно климат был гораздо более мягким). Как оказалось, за год (Владимир с интересом узнал, что «стандартный год», это именно год земной), температура на большей части поверхности менялась от крайне холодной, когда вода замерзала, до крайне жаркой. Жить в таких условиях было совершенно не комфортно. Летом ещё туда-сюда, но зима угнетала Влада неимоверно. Радовало только одно, в домах было тепло, одежда оказалась более чем комфортной и удобной, да и в учебные корпуса от общежитий вели крытые галереи. Это немного примиряло его даже с сумасшедшими ветрами, перепадами атмосферного давления, и водой, которая течёт с неба, иногда даже в виде льда… Просто кошмар, а не планета.
Тем не менее, местные были просто уверенны, что Земля лучшее, что имеется в освоенном ими космосе, и что именно Земля — колыбель человечества… (брехня, по мнению Влада). Люди здесь вообще были странные. Какие-то доверчивые, расслабленные. За всё время учёбы Владу ни разу не пришлось пускать в ход кулаки, защищаясь от однокурсников, хотя ругань и выяснения отношений присутствовали. Правда с соседними курсами были стычки, ну и Сеня всегда находил место и время подраться, но не по злобе, а чтобы размяться. Как ему это удавалось Влад не понимал. А ещё Влада смущало, что никто не пытался подсидеть его, принизить заслуги или выставить в неприятном виде. К ангелам он что-ли попал? Хотя, судя по фильмам, которые показывали в школе на Гее и которые были на «Звезде» и «Волке» — ангелы ещё те оторвы. И головы откручивают только так, правда по приказу вышестоящего начальства. В общем, так себе ребята. Чего про них в сказках сиропом льют, он так и не понял. Да и не хотел понимать. А здесь… Нет, что-то здесь не так. Но мысль, что земляне выставляют себя перед ним в выгодном свете, пришлось быстро отбросить. Не та он фигура, чтобы так стараться. Так и не придя ни к какому выводу, Влад махнул рукой на нравы землян и начал просто жить, постепенно врастая в общество.
Теперь он многое знал, ещё больше понял, но всё равно оставался отстранённым от земной жизни наблюдателем. Из всего, что окружало его он по-прежнему видел смысл только в полётах. Даже намёк Сени, что у Златы, с которой он встречался на Япете родились близнецы, прошло мимо его сознания. Уточнив хочет ли она чего-то именно него, Влад успокоился и просто выкинул эту новость из головы. Сеня только разводил руками удивляясь моральной кастрации чувств друга. И это при том, что вне службы у Владимира прорезалась полная беспомощность и неожиданная неуверенность в себе. Как могли в одном человеке совмещаться такие взаимоисключающие себя вещи, Сеня не понимал. Но мнение своё он держал при себе, так что, никакие тревоги Владимира не задевали. Земля так и оставалась для него чем-то странным и не совсем понятным, и в тоже время необыкновенно притягательным. Больше всего ему нравилось, что здесь ему не требовалось прилагать усилий к решению любых бытовых вопросов. Всё было поставлено и отлажено тысячелетним опытом землян до полного автоматизма.
В шкафах всегда была чистая одежда и бельё нужного размера. Уборку и смену постельного белья проводили роботы. Климат-контроль работал идеально. Транспорт появлялся тогда, когда в нём возникала необходимость. В общем, место было интересное и немножечко скучное. Радовало только одно — армия, хоть и оказалась сверхдисциплинированной, но не чуралась обычных для здоровых взрослых людей развлечений. Хотя, и здесь был маленькой печальный момент. Выпить больше, чем положено по раскладке на отдыхе — не получалось. Количество алкоголя строго учитывалось и обмануть программу не получалось. Хорошо, что у него был такой друг как Сеня. Кузукаев откуда-то доставал бутылку-другую вина, которое они с Владом, ну и иногда с товарищами по курсу, распивали в укромных уголках. Вот тогда и начинался настоящий отдых. Что поделать, если без приличного количества спиртного Владимир не мог ощутить окружающую его жизнь. Если бы он знал, что Вино выдавалось Семёну после консультации медиков, которые пришли к выводу, что для курсанта Августа такое лекарство необходимо не менее одного раза в месяц. Так что, данное развлечение проходило по рекомендации врачей и под их строгим контролем. Владимир даже не соотнёс, что после каждого такого загула