Рассказы - Тим Каррэн

Шест вернулся наверх, удлинился и соединил два уступа.

Он стоял там некоторое время. В конце концов, он сказал:

— Я не буду его использовать. Нет никакого смысла продолжать это.

Коробка, казалось, согласилась. Он открыл другую дверь и шагнул в нее.

* * *

Он не знал, сколько времени прошло с тех пор, как он нашел Панга, точно так же, как было решено, что он найдет его. Для этого была причина. Он знал это очень хорошо.

— Мы должны быть осторожны во всем, что делаем, — сказал он ему. — Мы должны тщательно обдумывать свои действия.

Панг сказал:

— Еда была отравлена. Я сказал ему, что так и будет. Он захотел ее, они дали ему, и он сожрал ее, как крыса. Он набил себя ею.

— А почему бы и нет? Обжорство было в его натуре, и машина это понимала. Он был легко предсказуем. Мышеловка для Млики. Крысиная приманка для Риглера. Кислотная ванна в бассейне для Нури. Каждому предлагалось то, от чего они не могли отказаться. Они не думали, они действовали.

У Слэйда возникло ощущение, что Пангу это тоже не понравилось. Он был низведен до состояния животного страха. Его мыслительные процессы были нарушены. Он больше не был разумным.

Они прошли по проходу некоторое расстояние. В конце концов, конечно, он открылся в комнату. Там они обнаружили дверь, ведущую наружу. Она была очень похожа на ту, что вела внутрь — круглое отверстие. Свобода была в нескольких футах от них.

— Нам это удастся? — спросил Панг.

— Конечно, нет, — ответил Слэйд. — Это приманка.

— Но она прямо здесь, — Панг приблизился к нему на расстояние фута. — Я мог бы нырнуть прямо через нее за долю секунды, — он уставился в пустынный мир, облизывая губы, как голодный человек. — Я буду быстрым.

— И мертвым.

— Откуда ты знаешь?

— Я не знаю. Но, судя по всему, сбежать будет не так просто.

В этот момент Слэйд понял, что Панг находится в очень опасном месте. Его разум понимал всю глупость того, что он задумал, но его животное влечение видело лишь свободу от кошмара.

— Уходи оттуда, — сказал Слэйд. — Пожалуйста, Панг. Не будь дураком.

И казалось, что он собирается отступить, но потом бравада взяла над ним верх, и он бросился в проем. Он успел пройти примерно половину пути, когда молниеносное лезвие гильотины пронзило его насквозь, разрезав на две части. Его верхняя половина жила несколько мгновений, корчась на песке, как умирающий червь. Затем дверной проем закрылся.

Слэйд отвернулся от крови и резни.

— Покажи мне другой дверной проем, — сказал он. — Покажи мне то, что ты хочешь, чтобы я увидел.

Треугольная дверь открылась, и он шагнул в нее, еще глубже в коробку. Он изо всех сил старался не испугаться, но это было нелегко.

Он был последним. Весь экипаж шаттла был мертв. Может быть, он и не был близок ни с кем из них — да что там, он знал, что в хороший день они находили его раздражающим, — но он действительно и искренне заботился об их интересах. Он чувствовал их потерю, и это причиняло ему боль. По обычным причинам и из-за того, что их смерти можно было избежать.

Его интеллект помог ему прожить так долго, но будет ли этого достаточно?

Как скоро он превратится в бессловесное животное? Сколько времени пройдет, прежде чем он тоже впадет в отчаяние?

Проход вел все дальше и дальше. Он осознал, как сильно хочет пить, как голоден и, что еще важнее, как истощен физически и умственно.

И как раз в это время он нашел комнату. Она была длинной и прямоугольной. К стенам были прилеплены тела, сморщенные серые твари, мумии с отвисшими челюстями и цепкими руками. Это был экипаж "Нового Горизонта-2". Они все были там, прикрепленные к стенам.

— Мухоловка, — сказал он. — Конечно.

Один из них прилип к стене, затем другой и третий. Другие пытались помочь им, но тоже застревали, пока весь экипаж не оказался в ловушке. Коробка безупречно предсказала поведение людей — они будут продолжать пытаться освободить друг друга, пока все не окажутся в одинаковом положении.

На полу валялся чей-то ботинок. Он был прижат к стене.

Как бы сильно он ни тянул, он не мог освободить его. Его мысли вернулись к уроку истории в колледже, где они изучали поп-культуру 20-го века. Там был продукт, который они все в то время находили довольно забавным. Он назывался "Мотель для тараканов", и его фраза звучала так: "Тараканы заселяются, но не выселяются". Простая клеевая ловушка. И коробка была по сути тем же.

— Нас не ждут в этой части галактики, — сказал Слэйд вслух.

В этом и заключалось назначение коробки: сдерживать паразитов. Аллегория была очевидна. Спасало то, что был выход, если вы были достаточно умны, чтобы найти его.

— Уравнение решено.

Дверной проем открылся, и он вышел в пронизывающую жару 18-Скорпиона D. Коробка снова закрылась. Люди здесь были не нужны. Они были паразитами для того, кто или что бы ни покинуло коробку, заражая галактику планета за планетой. Но они продолжали прибывать и умирать.

Слэйд знал, что это единственная константа в уравнении.

— Кто-то построил самую лучшую мышеловку, — сказал он, направляясь к шаттлу.

Перевод: Грициан Андреев

Как и все плохое, это назревало уже давно. Но первый признак появился в тот полдень, когда они были на подстанции № 6, и Айсли жаловался на жару.

— Если станет еще жарче, мой член расплавится, — сказал он Холлиману, почесывая клочковатую бороду, которую он носил и которая странно напоминала гнездо спаривающихся черных червей на его подбородке. — Он распарится и сразу расплавится.

Холлиман проверял показания давления на главном соединителе.

— Ну, лужа будет не очень большая.

Айсли проигнорировал это, продолжая бегать по Зета Сигни-5, рассказывая, как он чувствует, что его яйца шипят в трусах, как фрикадельки на сковороде. Как в один прекрасный день эти чертовы придурки из Компании явятся сюда, и он спустит штаны, даст им хорошенько рассмотреть обгоревшее дымящееся звено и два угольных брикета — все, что останется от его мужского достоинства.

Но он был прав.

Жара на Сигни-5 была невыносимой. Представьте себе обжигающе-желтый мир с бесконечными травами, которые поднимаются до груди, а иногда и прямо над головой, и вы поймете, что это