Knigi-for.me

Допуск - Гизум Герко

Тут можно читать бесплатно Допуск - Гизум Герко. Жанр: Космическая фантастика издательство , год . Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и SMS на сайте knigi-for.me (knigi for me) или прочесть краткое содержание, предисловие (аннотацию), описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.
человеку считается неприличным, потому что у человека для него не те пальцы, и выходит, будто человек хвастает чужими руками. Я спросил, кто так считает. Костыль сказал: грунды. И побежал дальше.

Узел я с тех пор вяжу. На тяжёлых местах, где ребро, и только там, и стараюсь вязать его, когда никто не смотрит, по приличию, которому меня научили за одну погрузку, не сказав ни слова. Бригадир на следующих погрузках смотрел на мои места так же, как на первой, долго и без оценки, и один раз, у ребра, где стоял грундский, кивнул. Второй раз грунды не знакомятся. Этот, по-моему, и не знакомился. Он проверял.

На первом плече полетел насос подкачки топливной магистрали, штатно, по возрасту. Замена по регламенту заняла бы восемь часов со сливом контура, и восемь часов у нас в графике не было. Я не сливал контур: отсёк участок перепускными краниками второй биографии, которые сам же и описал в тетради во время археологии, поменял насос по месту за два сорок и вернул контур в работу до конца вахты. Экономия пять часов с копейками. На втором плече посыпался подшипник вентилятора наддува, и вот тут пригодилось то, что я слышу: посыпался он для приборов ещё через неделю, а для меня в среду. Я поменял его на стоянке погрузки, в законное окно, не потратив ни минуты хода. По старой жизни я бы гордился. По нынешней записал в тетрадь цифрой: минус ноль часов простоя, и подчеркнул.

Дальше пошло мельче, но гуще: капризный клапан наддува гидравлики аппарели, который я вылечил регулировкой вместо замены, потому что слышал, что он не умер, а обижен; стык шинопровода, гревшийся под нагрузкой, найденный ладонью на обходе раньше, чем его нашла бы термопара; и венец программы, разъём управления маршевой парой, который начал бы чудить на манёвре торможения третьего плеча, а вместо этого был перебран за сутки до, потому что мне не понравился его голос на прозвонке. Голос разъёма, я понимаю, как это звучит. Мне всё равно, как это звучит. Это звучит как минус двое суток возможного простоя, и вот эту арифметику здесь понимали без перевода.

Ритм этих недель был новый. Обычная ходка «Ласки» дышала вольно: перегон, стоянка, люфт, в люфте жизнь. Пакет дышал как компрессор на номинале, без пауз между тактами. Ночная погрузка на втором узле переходила в предстартовую проверку, проверка в вахту, вахта в разгрузку на третьем, и между ними не было ничего, кроме еды по расписанию и сна по остаточному принципу. Я похудел, судя по ремню, на одну дырку и разговаривал в основном с машиной, потому что люди на такой сцепке экономят слова наравне с топливом. Керро на четвёртом плече провёл в кресле шестнадцать часов подряд и вышел из рубки походкой человека, которому кресло стало родственником. Дага спал, по-моему, с ведомостью. Костыль, единственный, выглядел свежим: у него был талант отдыхать внутри работы, науке пока неизвестный.

Мири на пакете работала со мной в паре, штатно, как в лучшие времена: диагностика по ночам, когда борт спал и фон был чистый, утренняя сводка по узлам на границе ресурса, приоритеты на день. Один раз она сняла с термограммы разгонного контура аномалию в четверть градуса, которую я бы сам ловил неделю, и когда я вскрыл кожух, там обнаружился хомут, ослабший ровно настолько, чтобы через месяц стать историей с эвакуацией. Мы починили его за двадцать минут против будущих суток. Она сказала в наушник:

— Соотношение двадцать минут к суткам считаю лучшей рекламой профессии. Рекламу никому не показываю.

Пакет мы закрыли досрочно. На двое суток.

Сдача последнего плеча прошла ночью, буднично, приёмщик, как всегда, не смотрел в лицо, зато Дага, подписывая ведомость, произвёл губами движение, которое я сначала не распознал, потом понял: он считал вслух. Что-то приятное. По борту в тот вечер разлилось настроение, которого я на «Ласке» ещё не видел: не праздник, праздники здесь назначались сверху, а именно настроение, самодельное. Костыль насвистывал и ни к чему не приценивался. Керро в кают-компании разложил карты, игральные, не рабочие, и никто не сел с ним играть, но сам жест был человеческий. Гадюшник в лучшей своей версии, отметил я в тетради, почти дом, если не спрашивать, что в трюме.

Наутро Лоран позвал меня к себе. Не вызвал. Позвал. Разница между этими глаголами на «Ласке» была тарифицирована: вызывают на разбор, зовут в гости, и Костыль, мимо которого я проходил по коридору, оценил глагол мгновенно, поднял бровь и сделал лицом движение, означавшее не то поздравляю, не то соболезную. Позже я выяснил, что у Костыля эти два выражения вообще не различались, и был в этом свой реализм.

В капитанской каюте я до того не был ни разу, дела решались в рубке, на палубе, через переборку. Я шёл и, признаюсь, ждал чего-то в жанре борта: полумрак, сейф, стол с двойным дном. Ошибся по всем позициям.

Каюта Лорана была гостиной умного человека. Светло, просторно ровно настолько, насколько бывает просторно на курьере, и ни одной лишней вещи, причём было видно, что нелишние отобраны не бедностью, а решением. Полки: каталоги, лоции, справочники тарифов за десять лет, подшитые переплётчиком, регламенты двух гильдий, включая ту, что его, по легенде, съела. Ни сувениров, ни оружия на ковре, ни фотографий. Единственной роскошью в каюте был чай: настоящий, листовой, из сектора, где я не бывал, Костыль, видевший банку, называл его столичным, и запах его стоял в воздухе, как отдельный предмет мебели. Каюта человека, который знает цену объёму, записал я потом. И цену всему остальному тоже.

Чай он заваривал сам, при мне, не спеша, и это тоже была часть разговора, хотя не было сказано ни слова. Человек, который на борту с графиком впритык тратит семь минут на заварку, сообщает собеседнику две вещи: что время у него есть и что собеседник этого времени стоит. Я сидел, смотрел на его руки, руки были хорошие, я это отмечал ещё в первый день, на кожухе второго контура, и думал, что из всех инструментов на этом борту самый точный он держит в голосе, а руки так, вспомогательная оснастка.

Он налил две кружки, сел не через стол, а наискось, вполоборота, грамотная посадка, без фронтальной геометрии допроса, и минуты три говорил о пакете. Говорил точно. Не общими словами, не «молодец, выручил», а по узлам: подкачка без слива контура, подшипник до приборов, разъём за сутки до манёвра. Он знал все пять эпизодов, в правильной технической формулировке, с цифрами сэкономленных часов. Кто-то ему доложил, и


Гизум Герко читать все книги автора по порядку

Гизум Герко - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки kniga-for.me.