Пекло. Льды Арктики - Сергей Анатольевич Панченко
— Прям, как нас. — Со смехом заметил Физрук.
— Мужики, я думаю, ныть рано. Да, напугали, чтобы слабые свалили. Я узнавал, за три года погибли двое рыбаков и те от собственной жадности. Давайте учиться профессии серьезным образом. Эти все варианты про запас, а если мне не понравится, то я уйду, это же не для настоящих мужиков. Хоть немного приложите сил, упорства, чего сразу возбуждаться от одной страшной истории. Туда-сюда не набегаешься. По мне, так очень познавательная профессия. Тут у нас есть чистейшая вода, кладезь витаминов в водорослях, белка и жира в рыбе. И мы последние, кто можем пострадать от нападения залетных разбойников. Работай и работай, посматривай в сторону горизонта на всякий случай и от островов далеко не отходи. — Роберт решил, что его слово будет иметь значение для большей части коллектива.
Его совет немного уязвил мужика, собравшегося податься назад в Архангельск.
— Каждый должен думать своей головой. — Выпалил он.
— Да, каждый должен думать своей головой, но решения лучше принимать исходя из коллективной пользы. Мы тут не общество ярких индивидуальностей, уникальных художников, каждый из которых видит по-своему, а рыбаки, у которых задача накормить как можно большее количество людей. Одна общая задача на всех, понятная и простая. — Спокойным тоном высказался Роберт.
— Посмотрим. — Мужчина не смог окончательно отступиться от своей точки зрения и оставил себе лазейку.
— Остались еще в тебе ораторские умения. — Заметил Физрук. — Я сперва был за того мужика, а потом сразу за тебя стал. Ты оказался убедительнее.
— Раньше мои ораторские умения были нужны, чтобы заткнуть паузу, а сейчас от них реальная польза. — Роберт помог сыну повесить мокрую сеть на деревянную раскосину. — Ну, пацаны, а вы что думаете про рыбалку?
— Нормально. — Ответил Даниэль.
— Пока ничего, весело. — Емельян пожал плечами — Когда рыба будет ловиться, станет еще веселее.
— Вот именно, настоящая рыбалка, это азартное мероприятие. Уж точно веселее, чем копать картошку или убирать пшеницу.
— Да, наверное. — Неуверенно согласился Емельян.
Вечером, после обучения по восстановлению сетей и плетению, Захар оставил Роберта, чтобы переговорить с глазу на глаз.
— Мне сказали, как ты с тем баламутом расправился. — Доложил он, показав свою прекрасную осведомленность. — Нам такие кадры, честно говоря, не нужны. Мы с ним распрощаемся, какое бы решение он сам не принял. Пусть думает своей головой, что хочет, но в другом месте.
— Вам виднее. — Роберт пожал плечами.
— Да, я тут много раз ошибался с людьми, давая им второй шанс и всегда получалось, что зря. Из дерьма пуля никогда не получится, но чтобы понять, кто есть кто, нужно ждать, пока они не проявятся. Жизнь нас всех закалила, отличить крепкого человека от мягкого получается не сразу. Все кажутся суровыми с первого взгляда.
— Вы меня попросили остаться из-за этого? — Роберт понял, что причина не только в том мужике.
— Я вижу, что опыт работы с коллективом у тебя большой, наверное, больше моего. А язык-то точно лучше подвешен. Я человек рабочий, мне лучше на лодке в море ходить, чем тут вертеться волчком от одной проблемы к другой. Давай, я тебя немного поднатаскаю по всем аспектам, и мы разделим наши обязанности. Ты будешь в поселке рулить, а я рыбаками. Думаю, Первый не осудит нас за такую самостоятельность. — Захар с надеждой посмотрел на Роберта.
— Ну, я не думал об этом. А какие обязанности на берегу? — В душе Роберт был даже рад, что ему предлагают более привычную работу.
— Подготовка улова к транспортировке. Лед, соль, телеги, емкости и все такое. Сам будешь созваниваться с заводом, когда им присылать транспорт, отправлять и принимать претензии, если что не так. Брак продукции, опять же, если будет, можно не выбросить, а себе взять.
— Так потом люди и привыкают сидеть на руководящей должности. — Усмехнулся Роберт.
— Поверь, это такая руководящая должность, что доедать брак не такая уж и привилегия. Работы много, а стимулов, кроме совести, никаких. Поэтому, говорю, как есть. Никто на нее не стремится попасть, потому что не дураки, и честно говоря, хороших руководителей, раз-два и обчелся. Это на кухнях они все из ума сшиты, а как настоящего дела коснется, язык в одно место и молчат, или блеют в лучшем случае. Сейчас можешь не отвечать, Роберт, даю тебе сутки на раздумье. Если думаешь связать свою жизнь с этим местом надолго, то лучше вложиться в него с самого начала, чтобы скорее стала видна отдача. Идёт? — Захар протянул мозолистую руку.
— Я завтра отвечу. — Пообещал Роберт. — Я тут человек новый и немного не в теме. Так сразу на ответственный пост.
— Быстрее разберешься. Я помогу во всем, пока в море не вышли. — Пообещал Захар. — Я заметил, что сын тоже в тебя, толковый, обучаемый. Не пропадете, точно.
— Спасибо. Ну, до завтра?
— До завтра.
Дорогу до своего дома Роберт обдумывал предложение. Он знал, что справится на этой работе. Управление коллективом и оптимизация работы всегда приносили ему моральное удовлетворение. Он чувствовал, что идет по призванию и получается красиво и легко. Однако, понимал, как много придется на себя взвалить. Труд обыкновенного рыбака тоже был нелегок, но в плане ответственности и разнообразия выполняемых задач абсолютно не сравним с руководящей должностью.
Мария ждала его у входа, сидя на коротком пне и греясь в лучах заходящего солнца. Рядом сидел то ли Ганс, то ли Мурка и щурился на солнце.
— Даниэль сказал, тебя бригадир задержал? — Мария приготовилась слушать.
— Представляешь, Захар хочет уйти на всю путину в море, а меня оставить руководить хозяйством. Устал, говорит, совмещать. — Роберт взял кошку на руки. — Дал сутки на раздумье.
— Это же хорошо, Роберт. Мне будет намного спокойнее, если ты не станешь плавать на этих смешных лодчонках, которые могут перевернуться от самой маленькой волны. Еще бы и Даниэля пристроить на суше и было бы просто здорово. — У Марии были собственные причины желать того же, что и муж. — А в чем заключается работа?
— Вот с этого и надо начинать. В основном заботиться о том, чтобы улов своевременно и в надлежащем