Пекло. Льды Арктики - Сергей Анатольевич Панченко

— Не, а что голяком-то идти. Надо как-то загладить плохие новости. — Иван тоже поднялся и осмотрелся. — Блин, из-за снега совсем ориентиры сбились. Марсель, вроде там было это озеро.

Марсель тоже изобразил активную умственную деятельность, рассматривая окрестности.

— Нет, мне кажется, в той стороне. — Предположил он.

— Ладно, найдем. Такие места надо точнее запоминать. Хоть карту с ориентирами рисуй, как у пиратов. — Пошутил Иван.

— Еще бы уметь их рисовать. — Посетовал главный. — Ладно, рады были встрече. Если что, приходите к нам в Уренгой, вдруг мы нашли хорошее местечко, где всем будут рады.

— Непременно. — Ивану стало неудобно перед ними. — А что слышно насчет того, что южнее пекло грело сильнее?

— Да ничего не слышно. К нам вообще никто не приходил. Поэтому мы и решили, что-либо людей там не осталось, либо им так хорошо, что никуда идти не хочется.

— Ясно. — Иван вздохнул. — Без связи одни догадки.

— Это да. Приходится жить своим умом, а он не подает признаков жизни. — Главный рассмеялся. — Всё, давайте, до встречи.

— До встречи.

Мужчины пожали по очереди друг другу руки и разошлись. Напоследок Виктор незаметно кивнул Ивану, словно принял его предложение. Шестерка ушла в южном направлении. Если они собирались его придерживаться, то развалины Тихого должны были остаться сильно в стороне от их маршрута.

— О чем ты с ним говорил? — Поинтересовался Марсель.

— Я знаю этого Виктора. Он взял соседскую девчонку в семью, у которой погибли родители. Я обменял мешок риса у него на эту тачку. Мне совести не хватило не предложить ему прийти к нам.

— Не проболтается? — Засомневался Марсель.

— Я сказал ему, если приведет других, то будет война. Надеюсь, он сообразительный.

— Странно будет выглядеть, если они исчезнут из поселка молчком. Дураку хватит ума связать вместе ваш разговор и их исчезновение.

— Очень надеюсь, что их разведчики придут с юга с добрыми вестями, и они забудут о нас. Тогда и исчезновение могут не заметить на радостях. — Иван развел руками. — Ну, не мог я поступить иначе. Представить себе не могу, что я жирую, а дети умирают с голода по моей вине.

— Ты прав, оскотиниться ради собственного комфорта легко. — Марсель взял в руки тачку. — А ты реально знаешь, куда нам идти?

— Да, вон туда. — Иван указал рукой в нужном направлении.

— Не пойму, как это тебе удается? — Удивился Марсель. — По мне так обыкновенная снежная равнина во все стороны.

— Да нет же, там холм приметный, а там деревья, мимо которых мы уже ходили.

— Приметные без особых примет. — Хмыкнул Марсель. — Ладно, Сусанин, веди.

— Ну, пошли.

Незаметно юго-восточный ветер принес положительную температуру и снег начал таять и оседать. Тачка больше не елозила на брюхе, а катилась, немного проваливаясь по уплотнившемуся снегу. След за ними оставался чёткий.

— Хорошо, что он растает до завтра. — Решил Иван. — Эти следопыты уже не смогут нас найти по нему, если мы поторопимся.

Пятно нефтяного озера темнело на фоне белого снега. Подойдя ближе, Марсель имел неосторожность провалиться в черную жижу. Снег у берега скрыл реальное начало нефтяной лужи.

— Черт, еще один вид ловушки. — Он поднял ногу из снега со стекающей густой жидкостью.

Скинул сапог и вылил то, что успело залиться внутрь. Снял штаны, стянул носок и отжал. Иван раскидал снег в стороны и окунул двухведерную алюминиевую кастрюлю в образовавшуюся полынью. Марсель прискакал босой, чтобы помочь. Одному Ивану не с руки было поднять и поставить такую тяжесть в тачку.

— Давай, разожжем небольшой костерок, я хоть просушу вещи. Не смогу идти с ощущением жирной грязи на себе. — Предложил Марсель. — Всего на полчаса.

— Сушить вещи, пропитанные нефтью? — Иван усомнился, что это хорошая затея. — Ну, давай попробуем.

Участок земли очистили от снега, выдолбили в нем лунку и налили в нее литра три черного золота. Вначале разожгли факел из мха, пропитанного горючей жидкостью. Он сильно плевался и трещал из-за большого содержания воды, а лужа никак не хотела разгораться. Потом все же разгорелась и тоже стреляла во все стороны горячими брызгами.

— Не знаю, высохнет так что-нибудь или наоборот, еще сильнее испачкается. — Предположил Иван.

Марсель был полон решимости довести дело до конца и стал сушить носок. Не доглядел и тот сгорел у него за несколько секунд, обильно коптя черным дымом. Штанину он сушил с более безопасного расстояния и ее удалось высушить. Жирное пятно осталось, но не было ощущения сырости.

— М-да, в сыром носке было бы приятнее, чем совсем без него. — Марсель сделал пробные шаги в сапогах. — На портянки надо переходить. У нас там целая стопка казенных вафельных полотенец.

— Бабы не дадут. — Предположил Иван.

— У баб судьба не давать, когда плохо просят. Нет портянок, не будет ничего, ни рыбы, ни топлива. — Смело погрозил прекрасной половине общины Марсель.

Пока они собирались и были отвлечены, случился инцидент, которому нет прощения. Оттаявшие края ямки осели, и горящая нефть устремилась под свод снега, образовавшийся от тепла огня. До нефтяного озера от костра было всего несколько метров. Вспыхнувший на берегу огонь, вначале удивил мужчин. Они замерли в ступоре, не видя связь между чадящим догорающим огнем в маленькой луже и разгорающейся поверхностью озера. Только когда обвалился снежный свод, образовавший дорожку между ними, до них дошла эта связь. Иван бросился тушить огонь снегом, но это было бесполезно. Он распространялся все дальше, не реагируя на его усилия.

Пламя жарко разгоралось. В небо поднялся черный столб густого дыма, видимый на десятки километров вокруг.

— Сходили за топливом. — Марсель в сердцах сплюнул.

— Надо искать новое озеро. — Иван про себя выругался на напарника, понимая, что зимой за нефтью не находишься.

— И дался мне этот носок. — Марсель вздохнул. — Пошли домой.

— Пошли.

Мария, хоть и знала о специфике жилья рыбаков, все равно оказалась в шоке. Она уже привыкла жить в почти нормальной квартире с кроватями. Хотя в ней не было окон, но они не спали на полу. А в чуме, выделенном семье Мартенсов, вместо кроватей возвышались топчаны на уровне десяти сантиметров от земляного пола. По низу гуляли самые настоящие сквозняки и никакие ухищрения по затыканию дыр не помогали. В крыше дома имелась дыра для выхода дыма, а сквозняки являлись частью системы вентиляции и хорошей тяги. Без них можно было и угореть. Роберт с Даниэлем принесли с побережья крупные камни, которые держали тепло еще час после того, как погаснет огонь. Этого хватало, чтобы уснуть в