Из искры возгорится пламя - Александр Александрович Бестужев-Марлинский

С тяжелым вздохом следователь вошел в интернет и приступил к поиску коллекционеров старинного оружия. Пыхтя от злости, изучал переписку немногочисленных чудаков в форумах, но понемногу вник, увлекся и не заметил, как пролетели два часа. Внутренняя команда «стоп» прозвучала при виде знакомой фамилии – Роберт Милованов: Сан Саныч звонил часа полтора назад, что активно разрабатывает подозреваемого Петра Милованова.

Неужели и вправду напали на след? Вадим почувствовал, как закипает азарт охотника. Кто же этот таинственный Роберт? Один из форумчан упоминал передававшуюся из уст в уста байку, что кто-то когда-то рассказывал про укрепленный не хуже дзота подвал на даче Милованова: там коллекция, которой позавидует и Оружейная палата. Вот только свое увлечение Роберт ни с кем не обсуждал и к сокровищнице никого не допускал. А «кто-то когда-то» сам там не был, лишь передавал рассказ первого мужа Дарьи Миловановой, однажды допущенного к закромам шурина. Интересный узел получался! А не пересекались ли где прежде Езовитов и Миловановы? Может, не случайно модный критик так яростно набросился на хиты певицы прошлого?

Задавая поиск в разных комбинациях, Вадим разочарованно вздохнул: увы, Всемирная сеть не сохранила никаких следов былых словесных баталий певицы и ее родни с Езовитовым. Значит, проверить версию можно только оперативным путем. Для порядка к заключительной поисковой комбинации Вадим добавил слово «пистолет» и замер: правда, Миловановых поисковик отсек, но пистолет и Яков Езовитов обнаружились неподалеку в одной ветке форума на литературном сайте «Классики и современники».

В комментариях к стихотворению Пушкина «Я вас любил» Езовитов написал, что это жалкая версификация, непонятно как пленившая публику. И вообще, Пушкин – дутая величина. Настоящий русский поэт только Семен Надсон. Вот строки, над которыми и вправду хочется плакать:

Несколько человек в форуме возмущенно пристыдили Езовитова. Какой-то чудак под ником Арап сотворил изящную стилизацию с использованием твердого знака, ятя и старой i: рассыпаясь в любезностях, обратился к Якову как к милостивому государю, а в конце назвал собеседника недоученным ослом. Критик не замедлил с ядовитым ответом, и под стихотворением выросла длиннющая «борода» из комментариев. Публика весело подбадривала явно симпатичного ей оппонента Езовитова. А тот однажды продолжил спор весьма сурово:

На следующий день посетовал, что написал столь корявые строки, будучи несколько подшофе, затем и уснул сразу. Зато Езовитов не дремал и высокомерно отвечал, что таких арапов может пачками отстреливать, как тот северянин из анекдота про ноусеров. Пусть Арап вместо стихов читает протоколы межвузовских соревнований по стрелковому спорту – Езовитов там не раз побеждал. Перебранка продолжалась долго. А развеселая публика подбадривала оппонентов восклицаниями: «Шайбу! Шайбу!», «Пульку! Пульку!», «Хоп-хоп, пулю в лоб!».

Новая версия мгновенно созрела в голове следователя. Нелюдимый чудак Роберт Милованов – коллекционер старинного оружия и поклонник старых поэтов. Такой и вправду мог сам изготовить пистолет, чтобы лишний раз не касаться своих раритетов. Выходит, он и есть Арап? Нужно срочно проверить! Вадим позвонил Рыкову:

– Сан Саныч, возвращайтесь в управление, возьмем УЭКА и поедем в поселок Ельниково. Нужно проверить дачу Роберта Милованова.

– А я уже на месте, Вадик! – весело откликнулся капитан. – С племянником Роберта Милованова. Мы тебя ждем. С агрегатом. И аптечку не забудь, а то Петя лыка не вяжет.

* * *

Через час Рыков, дымя сигаретой, бодро рассказывал Шарову, как вышел на Петра Милованова, теперь безмятежно храпевшего в полицейской машине:

– Приезжаю с Максимом Ильичом на дачку – спит, голубчик, дрова дровами. Спрашиваю, где пистолет – мычит. Кое-как парня раскрутил: дядя, говорит, дал – ему и вернул. Сразу сюда, а у дяди все заперто. Телефон племянник не знает, а у меня к базе доступа нет.

– Я уже созвонился с Робертом Титовичем, – сообщил Вадим. – Он вот-вот подъедет.

В этот момент у дачи остановилась «Победа» бог весть какого года выпуска, но выглядевшая так, словно только что сошла с конвейера ГАЗа. Из нее выбрался бодрый сухопарый старик лет семидесяти, очень похожий на покойную певицу.

– Так и знал, что добром Петькина авантюра не кончится, – вздохнул Милованов-старший, ознакомившись с удостоверениями Шарова и Рыкова. – Пройдемте в дом, я все объясню.

Петра оперативнику и следователю пришлось нести на руках и укладывать на диванчик в гостиной, исполненной в стиле девятнадцатого века. Неодобрительно глядя на племянника, Роберт Титович рассказал, что тот недавно приходил к нему и просил старинный пистолет – попугать критика Езовитова.

– Такой был настырный, что я согласился, – смущенно сообщил Милованов. – В конце концов, за честь сестры вступался – так уж и быть, думаю. Антиквариат, конечно, я ему не дал. Предложил модель – сам изготовил. Дал несколько пистонов, чтобы только хлопнуть. Через несколько дней Петька пришел пьяный и побитый, пистолет и пистоны вернул. Сказал, сдержался, не воспользовался. Ну, и ладно, думаю. Выходит, соврал, стервец?

Спустились в подвал, и старик показал свою таинственную коллекцию старинного огнестрельного оружия. Шаров и Рыков с восторгом смотрели на застекленные витрины с тысячами пистолетов, винтовок, ружей и дуэльных наборов в ящиках, содержавшихся в идеальном порядке. Модель, которую брал Петр, проверили с УЭКА (принесли агрегат в подвал). Отсканировали ствол изнутри и убедились, что пуля, убившая критика, была выпущена из другого пистолета. Проверили все остальные модели (их насчитывалось с десяток) – тот же результат.

– Странно… – смущенно произнес Вадим.

– А что вы хотели найти? – усмехнулся старик. – Проверяйте, пожалуйста, все подряд!

Однако Рыков поступил проще: провел экспресс-анализ замочных скважин витрин и по возрасту микроцарапин установил, что лишь две единицы хранения вскрывались относительно недавно. В одной хранились ружья, в другой пистолеты. Ни один из них не соответствовал по калибру обнаруженной в теле пуле.

К изумлению полицейского и следователя, в доме не оказалось компьютера. Милованов пояснил, что так и не научился толком с ним обращаться, а про какого-то Арапа в интернете не имел ни малейшего понятия. Даже молодому недоверчивому следователю стало ясно, что хозяин говорит искренне. Оставалось только извиниться и уйти,