Великий Кузнец - 1 - Анри Олл

Это место было продумано так, чтобы спокойно защищаться как от порождений бездны, что могли прийти из-за периметра монолитов, так и от тех, кто придет через портал или изнутри осколка. Сие одновременно и впечатляло, и тревожило: ведь это значило, что угрозы вполне реальны.

Когда вы миновали ещё одни ворота с другой стороны форта, перед нами раскинулась однополосная, но широкая мощеная дорога. А была ещё лучше, чем в Глыбограде, пусть и сложена из того же камня: более ровная, полагая, из аккуратно уложенных каменных плиток, плотнее, ровнее, без широких щелей, с меньшим количеством сколов и трещин. По краям дороги также имелись небольшие водоотводные канавки, заросшие травой. Правда все равно было видно, что за ними следят и изредка чистят от всякого мусора, да и всю дорогу должно быть периодически чинят. Не удивительно, все-таки это один из королевский трактов, главных артерий всего государства.

А сам осколок напоминал мне мою родную Зорень. Разве что всё было масштабнее, аккуратнее, теплее и светлее. Вместо преимущественно хвойных лесов, тут были лиственные (дуды, ясени, клены, березы…) и смешанные. Луга и поля были размашистее и раскидистее. В лесах слышалось многообразное щебетание, стук и целый хор всего разнообразия птиц: щеглы, дрозды, воробьи, может даже соловьи. Между деревьями у дороги маячили различные кустарники вроде дикого шиповников, боярышника и других. Многочисленная листва шумела на ветру отбрасывая на дорогу причудливые тени.

И вот мы выехали к одному из полей. Я думал, что в Зорени они большие, но как же я был наивен, ведь сейчас перед нами раскинулось настоящее золотое море с редкими полосками речушек да деревьев. Где-то в этом море «плавали» фигурки крестьян с серпами в соломенных шляпах, видимо они начали жатву. Вдалеке же также виднелся небольшой островок из бревенчатых домиков, видимо первая настоящая деревня Аргониса, что нам встретилась. Домов там было немного, может с десяток или два. В общем, чуть меньше моего родного села.

Местность не была ровной, а слегка холмистой: караван то и дело подымался на высоту и опускался в ложбинки по пологим склонам. Тут в тени росли всякие ивы и игрались ручейки, через которые были протянуты небольшие каменные мосты. Воздух был гораздо чище и свежее, лучше полупустынного пыльного Глыбограда: он пах травой, землей, лесом и спелым зерном.

— Красиво тут, — сказал я тихо.

Коренасты рыжебородый приключенец, ехавший рядом, усмехнулся:

— Эх, это еще всего-навсего окраина осколка, вскоре будет гораздо красивее или страшнее, смотря как на это поглядеть: больше построек, больше народу, больше масштабу…

Игнат осекся, не договорив. Что-то промелькнула впереди нас рыжей молнией. Это был какой-то зверь размером с крупную собаку. Морда лисья с оранжевыми глазками, хвост и передние папы тоже вроде бы от лисы, но с перьями, растущими вдоль них. Хотя нет, передние лапки скорее соколиные или орлиные с соответствующими острыми когтями на них. Перья же на руках образовывали настоящие серо-белые крылья в полоску. Не настоящие, действующие, а скорее рудиментарные. Однако они явно помогали зверь парить. Только что я видел, как он, оттолкнувшись от ветки быстро спланировал на убегающего от него зайца и схватил его своими мощными когтями с зубами. Само тело было лисьем с характерной рыжей шерстью, разве что задние лапы были довольно мощные и напоминали скорее волчьи. Это был энфилд.

Бедны заяц даже не успел пискнуть. Зверь вонзился в него своими смертельными когтями, пригвоздив к мостовой, и тут же прокусил шею. Хруст. Жертва дернулась и затихла.

А в следующий миг, завидев нас, энфилд поднял морду и злобно зарычал на нас. И это был не лисий «тявк», а среднее между настоящим волчьим и лисьим рычанием. Глаза загорелись медным огнем, шерсть и перья распушились, визуально увеличивая его настоящие габариты. Зверь словно говорил нам: «Добыча моя! Не отдам! Отойдите! Убирайтесь!».

Вся наша процессия остановилась. Лошади нервно заржали и слегка попятились назад. С передней повозки тут же спрыгнул высокий мужчина, вытащив из-за спины длинные ножны с двуручным мечом. Он действовал плавно и медленно. Сделав пару шагов, мужчина остановился на расстоянии в десяток шагов о энфилда. Он не доставал меч, а просто держал его в руках и спокойно смотрел в глаза зверю.

Тишина. Оба смотрели друг на друга: бронзовые и карие глаза. Я полагал, что лиса эти гляделки лишь сильнее раззадорят и он воспримет это как вызов. Однако тот наоборот успокоился и перестал рычать, его шерсть опустилась. Они словно разговаривали, и зверь слушал. Энфилд почти по птичьи вопросительно повернул свою голову на бок, будто изучая человека перед ним.

Секунда, две…

Мужчина медленно отступил на пару шагов. Зверь подобрал зайца с дороги, подбежал к ближайшему деревцу, ловко запрыгнул на нижнюю ветку и в следующем шаге исчез далеко в густых кронах деревьев. Мечник же выдохнул и направился обратно к каравану. Через несколько мгновений мы продолжили свой путь.

Примерный внежний вид Энфилда

Ссылка на арт: https://www.bestiary.us/files/images/enfild-by-wos.jpg

Я всё еще озирался на то место, откуда недавно скрылся причудливый зверь с кроликом в зубах. Быть может, на моем лице было какое-то странное выражение, по которому можно было прочитать мои мысли, вроде:

«Неужели этот зверь настолько опасен, что даже железный ранг не рискует с ним вступать в бой просто так?»

Однако Катерина, подъехав ко мне и увидев мое выражение, тут же выпалила:

— Не то, чтобы мы всем скопом не смогли справится с этим энфилдом, пускай он и может быть довольно-таки опасным. — Закончила она с усмешкой, будто вспомнив какую-то историю и тут же продолжила. — Однако, в любом случае. Это того просто на просто не стоит. Видишь ли, это не просто там тебе какой-то лесной зверь.

Караван тронулся, а наемница держалась вблизи моей повозки и продолжала свой рассказ, а я внимательно слушал ей.

— Это магический зверь, что в отличии от Аргониса редко встречается в чужих лесах иных миров-осколков. Шкура, перья, когти, зубы, органы, мясо — все очень цениться среди алхимиков, магов, ремесленников и простых коллекционеров. Однако тут в Королевстве Серебряных Шпилей охота и отлов энфилдов строго запрещены. Для поимки дикого энфилда и тем более убийства требуется прямое разрешение короны, что дается лишь в исключительных