Код волхва. Книга 4 - Алексей Даньшин

— Можете обратно надевать. Нету среди них больше злодеев, против меня умышляющих.

Варяги опять переглянулись между собой, со значением покачав головами. То, что молодой древлянский князь «видящий», до них слухи тоже доходили. А вот теперь они и подтвердились.

Я обернулся к своей дружине, которая по-прежнему сжимала копья в руках.

— Вольно! — скомандовал я. — Этого убрать отсюда, — я опять ткнул носком сапога в труп. — Продолжаем церемонию. Кто там следующий?

А Алёша на всякий случай встал рядом и смотрел на каждого подходившего ко мне воина, внимательно фиксируя все его движения. Это тех сильно нервировало, но при мне и слова никто не сказал. Только косились на Алёшу с опаской. Особенно тот говорливый, которому пришлось немного пострадать от своей недоверчивости.

…

Подробности неудачного покушения на князя разлетелись по Вручию мгновенно. Теперь уже и мужики все побросали работу и рванули к пристани. Надо же было всем воочию убедиться, что с их любимым князем всё в порядке, и пришлые варяги его реально не убили.

А у нас там началось самое интересное. Ожидаемый многими из понимающих в варяжском образе жизни — наезд на наших местных со стороны главных заводил и драчунов из числа новопринятых на княжью службу — не состоялся.

Сигурд даже разочарованно плечами пожал. Он-то уже с Олафом успел об заклад побиться, чей воин круче окажется. Но, видимо, сегодня это выяснить — не судьба. Все новички посматривали на Алёшу с искренним опасением и уважением. Он ведь один их собой прикрыл от гнева княжьей дружины. Да и пятно теперь было на них, что после клятвы один из них пытался убить князя.

Пришлось мне даже повторную речь толкать перед строем после того, как амулеты мои им всем на шеи надел.

— Вот что, други мои! — начал я издалека. А потом перешёл к конкретике. — Врагов мы недавно побили многих, но осталось их ещё больше. Но не среди вас. Верю всем вам, как себе. Потому как теперь вы все мои люди по ряду. А, стало быть, несёте слово и дело моё, защищая честь и мир в княжестве Древлянском.

Во, как загнул! В конце ещё прибавил слегка вибраций в звуковые метки, чтобы до печёнок всех пробрало. Их старые амулетики теперь были мне нипочём, метки же работали на костях скелета с подпиткой от внутреннего ядра каждого человека.

Ну, и немного переборщил.

Варяги начали один за другим на колени падать.

А я взял и перекрестился. Чем окончательно их добил. На колени теперь упали все.

Поп Парамон, который тоже прибежал на пристань, как услышал о покушении на меня, тоже крестился с открытым ртом. Вот что крест животворящий делает! Хотя скорее всего эффект всё же был в другом. Выжить после такого взрыва без божьей помощи я, с их точки зрения, не мог. И только сейчас до них докатилось понимание, что они ведь только что были свидетелями истинного чуда, когда христианский Бог их князя от смерти спас.

Но усугублять я не стал. Процедуру быстренько свернули, и я пригласил всех в детинец выпить заздравную чашу. Хотя по факту чаш этих там было намного больше.

…

Никита сидел за столом в купленном ими доме в Новгороде и рассматривал принесённый сегодня утром Добрыней амулет. Тонкая работа. Очень похожая на их собственные амулеты духовного подчинения, которые в братстве им выдавали. Только этот не треугольной формы, а больше на пятиконечную звезду похож.

— Тебя точно никто не заметил? — спросил он у Добрыни, сидящего напротив. Но спросил больше так, для проформы. Сомневаться в способностях сына он давно перестал.

— Обижаешь, батя! — Добрыня хмыкнул и улыбнулся. — У Ивора там такая толчея в лавке была, что можно было хоть всех обнести, никто бы и не обернулся.

— Стало быть, Брячислав всё-таки решил зайти через Ивора.

Он задумчиво повертел амулет в руке.

— Амулетик-то хитрый. Вот только не вышло у него ничего. Или не того человека князь Полоцкий подослал, чтобы купца зачаровать. Хотя метка княжья на него не поставилась. Выходит, не простой человечек всё же был.

Левое ухо нещадно зачесалось. Ведьмак дотронулся до мочки и тут же услышал в голове голос князя Илии.

— Никита, караван наш уже к Новгороду подходит. Ивор его через три дня встречать будет. А вы с Добрыней рядом побудьте. Не нравится мне такое внимание к Северянину со стороны людей Брячислава и посадника Новгородского.

— Сделаем, княже.

— Там десятник мой Панкрат Глыба к тебе в распоряжение поступает с его двумя десятками парней. Место для них готово?

— Готово, княже. Всё, как и говорили. Дом большой купили у купца Багряты, который в Плесков переехал. Тут места всем хватит. Ивор помог. И холопов уже тоже взяли на обслугу и в кухню. Проверили всех и метки твои поставили.

— Про холопов я знаю. Завтра в Киев отбываю. Ты этот амулетик-то, который Добрыня умыкнул в толпе с человечка Брячислава, мне в Киев пришли. Посмотрю на него.

— Будет исполнено, княже.

В ухе опять зачесалось. Князь отключил связь.

То, что князь каким-то образом всегда был в курсе большинства происходящих с ними событий, Никиту с Добрыней уже давно не удивляло. Вопрос был в другом: кого в Киев послать? Придётся кого-то из новоприбывших парней Панкрата отправлять. Да не одного, а троих. На всякий случай.

…

Ярослав был в тихом бешенстве. Он ходил по покоям из угла в угол, сжимал и разжимал кулаки, сдерживая в себе желание на кого-нибудь наорать от души.

Мстислава, сидевшая на скамье за столом напротив него, медленно перебирала пальцами по граням баюн-камня и что-то тихонько напевала себе под нос.

— Мстиш, прекрати! И так всё бесит, а тут ты ещё с этими своими подвываниями!

— Я пою, а не вою! — надула губы сестра князя киевского и новгородского. — И тебе бы надо развеяться. Хочешь, погромче сделаю?

Князь махнул на неё рукой и покачал головой.

— Судислав и Станислав прислали гонцов. Оба на Туров метят. Одному, вишь, Пскова мало, а второму в Смоленске тесно вдруг стало. То сидели и не вмешивались ни во что, а как Святополка не стало, так сразу и