Гимн шута 25 - Антон Сергеевич Федотов

Мужчина кивнул:

— Принимаю объяснение. Хотя… — Внутренне он удивился тому, как вжился в роль антикризисного управленца на не самой простой земле его сын.

Как бы то ни было, охрана штаб-квартиры сработала оперативно. Ещё до приземления глайдера пара внедорожников рванули по разным углам площадки, высаживая бойцов. С удивлением Анатолий Георгиевич увидел на плече одного из них установку мобильного ПВО «Стрела М44».

Кажется, словосочетание «иные вольности» сын трактовал очень широко.

— Интересно живёшь.

— У нас не всегда спокойно, — нейтрально ответил Павел.

Он не стал уточнять, что отец не видит и десятой части системы безопасности, приведённой в повышенную готовность. Всё-таки лидер Великого клана прибыл. Если убьют в его зоне ответственности, нехорошо получиться может. Это, даже если забыть о родстве.

— Всякое тут у нас случается, — бросил Павел.

Под задумчивым взглядом отца он достал из внутреннего кармана гаджет и глянул на экран.

— Всё чисто, — сообщил молодой человек. — Можем выходить.

С последним словом дверь распахнулась. Первой из салона вышла Катерина, тут же замершая у откинувшейся панели.

— Добро пожаловать в мою обитель, — улыбнулся Павел и предложил отцу первому спуститься на асфальт парковки.

Анатолий Георгиевич кивнул и спорить не стал. Хозяин здесь Павел. А потому он встал и сделал несколько шагов по откинувшимся ступенькам на асфальт.

— А как же салют и оркестр? — поинтересовался Анатолий Георгиевич.

На самом деле, он и без того был впечатлен. Охрана у сына работала без всякой помпы, но эффективно и слаженно. При том что его визит вообще не был запланирован.

А насчёт протокола подколоть можно. Прилет персоны такого уровня всегда сопровождался атрибутикой. Вплоть до встречающей у красной дорожки девицы в национальном костюме с хлебом и солью в руках.

— А ты, отец, с официальным визитом здесь? — поинтересовался покинувший следом глайдер Павел.

Анатолий Георгиевич только головой качнул. Краем глаза он наблюдал движение слева. Молодой человек в тёмном костюме быстрым шагом приближался к ним от одного из внедорожников.

— Как и обещал, — негромко констатировал Павел, продемонстрировав отчего-то легкую предвкушающую улыбку.

Отец обернулся к Волконскому-младшему и вопросительно приподнял бровь.

— А ты присмотрись, — улыбнулся тот еще чуть шире.

Мужчина совету последовал.

«Ого!» — захотелось выдохнуть ему вслух. Но он сдержался. Хотя подивиться было чему. Громко, четко и несколько раз. Но, помня об образе, он ограничился мысленным восклицанием. Навстречу ему шагал Сергей. Уже почти год, с момента его поступления в академию, они не виделись лично. Лишь пара довольно коротких разговоров по видеосвязи.

— Как впечатление? — ехидно спросил Павел.

— Соответствующее, — спокойно отреагировал Анатолий Георгиевич.

От Сергея осталась половина, во всяком случае в области живота. Куда-то подевалась сутулость и привычка к вальяжному перемещению в пространстве. Стоявший перед ним короткостриженый мужчина отличался от изнеженного мальчика примерно как танк от шоссейного спорткара на бездорожье.

Этот не будет третировать прислугу своими капризами и жаловаться на брата. Скорее сам решит вопрос. Судя по настороженному взгляду, каким сын окидывал пространство вокруг, вполне возможно, что и радикально.

— Отец, -коротко поклонился Сергей, остановившись в метре от Анатолия Георгиевича.

— Ну, здравствуй, сын, — довольно протянул мужчина.

Вот теперь Сергей позволил себе выпрямиться и шагнуть к отцу, коротко его обнять.

— Удивлён, — констатировал Анатолий Георгиевич, возложив руки на плечи так быстро возмужавшего отрока.

Он словно хотел рассмотреть сына со всех сторон, чтобы осознать все те изменения, что произошли с ним за последний год.

Коммуникатор предательски завибрировал в кармане Павла, не дав ему насладиться развернувшейся сценой в полной мере. Глянув на экран, молодой человек ограничился быстрым взглядом на брата. Тот понимающе кивнул. Этот короткий обмен жестами очень порадовал почти полностью провалившегося в воспитание детей отца. Во всяком случае, в этом моменте, не чувствовалось вражды. Это значило, что оба сына вполне способны конструктивно работать друг с другом.

Более того, столь плотная коммуникация явно показывает, что они УЖЕ нашли общий язык. Хотя бы и на профессиональные темы.

А еще краем глаза Анатолий Георгиевич отметил запомнившуюся ему черновласку, замеревшую возле одной из машин с компактным стрелковым комплексом в руках.

«А ничего.» — отметил мужчина, окончательно решив позволить Павлу действовать на свое усмотрение. Во всяком случае, с подбором «фактуры» тот справился идеально.

Тем временем воевода попробовал осознать размеры того блудняка, в который пытался втравить его нынешний собеседник.

— Господин Волконский, нам нужно встретиться, — произнес знакомый голос в динамике.

Воевода вздохнул и сделал ещё несколько шагов в сторону.

— Господин Петров, — негромко ответил он. — Сейчас не самое лучшее время для встречи. Предлагаю провести её через пять дней.

«А что? Быть русским означает не только готовность к концу света, но и определенные планы после!» — оценил иронию момента клановец.

— Павел Анатольевич, я вынужден настаивать, — пришёл неожиданный ответ.

— Настаивать? — переспросил молодой человек. — А вы не охр… Кхм!

Неимоверным усилием Волконский сдержался от резкого ответа.

— Господин Петров, о чём же вы так хотите поговорить? — нашелся с формулировкой он.

Хотя мысленно клановец уже «сдался». Судя по всему, встречу провести придётся в любом случае. Насчет этого человека у него было несколько личных распоряжений от цесаревича.

— О сестре Анне.

— Вот так новости, — оценил Павел.

Отчего-то предчувствие сразу же подсказало ему, что дальнейшая беседа принесёт сплошные расстройства. Однако этот вопрос нужно было закрыть. И как можно скорее. Впрочем, «машинка» уже запущена. Жить ей оставалось по расчётам воеводы не более суток.

Таких врагов за спиной не оставляют.

— Господин Петров, — негромко сообщил Павел, — вопрос с сестрой Анной будет решён в течение сорока восьми часов без моего участия (время ликвидации молодой человек исказил, повинуясь выученному с детства правилу: «Умеешь считать до десяти — остановись на семи!»). Группа сформирована, местонахождение цели определено, доразведка уже подтвердила первоначальные выводы.

— Именно об этом я и хотел поговорить, Павел Анатольевич, — обозначил свой интерес Калас. — Отзовите людей.

Волконский промолчал две секунды. Это время понадобилось ему, чтобы сдержать очень резкий ответ.

— Почему вы считаете, что я должен поступить именно так? — наконец нашёлся он.

— Это моя личная просьба.

Молодой воевода сжал зубы. Ещё четыре секунды ему понадобилось, чтобы выровнять голос.

— Господин Петров, я не совсем понимаю, почему именно вы решили… Нет, не так… В какой именно момент времени вы решили, что ваши личные предпочтения играют для меня хоть какую-то роль?

Его люди уже вычислили цель. Группы вышли по маршрутам на исходные. Сейчас Анна уже в ловушке. Просто пока не знает об этом. Её устранение — лишь вопрос времени, а не вероятности. Если же сейчас отозвать группы, то когда и при каких обстоятельствах представится следующий