Архитектор душ XIII. Последнее дело Громова. Часть 2 - Александр Вольт

— Нормальная благодарность. Мы им фронт удержали, боезапас спалили, а они заперлись и привет.

— Отставить разговоры, — сухо отрезал капитан, не поднимая головы и продолжая набивать «рассыпуху» в магазин. — Заряжай давай все, что осталось. Клим, сколько?

— Да хер его, где-то на два рожка осталось.

— Ясно. Гриш?

— Россыпи на один магаз, больше нету.

Командир не терпел разложения дисциплины, строго пресекая любые жалобы даже на фоне очевидной несправедливости, и именно поэтому сразу переключил внимание бойцов в деловое русло.

Потерев ноющие виски, пришлось снова оглядеться по сторонам, всматриваясь в серый подлесок. Внутри теплилась надежда на логику происходящего, ведь группа оказала услугу. Группа предотвратила прорыв периметра. Базовые принципы выживания диктуют необходимость переговоров после совместного боя, тем более, когда один из наших бойцов спас дриаду, которую едва не разодрали. Не просто же так отряд тратил ресурсы, отбивая их дом или укрытие. Ведь не просто же так?

— Всех раненых, стариков и детей отвели. Теперь можем идти.

Голос раздался настолько близко и неожиданно, что тело рефлекторно дернулось, а рука легла на рукоять пистолета.

Рядом возникла дриада. Она образовалась словно из воздуха, не издав ни малейшего шороха. При габаритах воительницы, плотной мышечной массе и усеянной сухими ветками земле, подобная бесшумность была поразительной. Передвигаться с такой грацией, не потревожив ни единого сухого листа — искусство, недоступное человеческим спецподразделениям даже в полной экипировке.

Группа молча поднялась с земли. Солдаты проверили предохранители, Даграль выдернул секиру из грунта, и отряд последовал за провожатой к мерцающему куполу.

Идя следом за дриадой, я чисто автоматически начал фиксировать анатомические особенности представительницы неизвестного вида. Обычная молодая женщина гуманоидного типа, только обладающая экстремальным мышечным рельефом. Широчайшие мышцы спины четко проступали под кожей зеленоватого оттенка. Развитый плечевой пояс и трапеции говорили о колоссальной физической силе, необходимой для ближнего боя и натяжения боевых луков. Процент подкожного жира стремился к абсолютному минимуму, обнажая сепарацию каждого пучка мышечных волокон.

Однако сугубо клинический анализ анатомии продлился недолго. Взгляд закономерно опустился ниже.

Бедра и ягодицы дриады покрывал лишь короткий лоскут грубо выделанной шкуры дикого животного. Ткань при каждом шаге смещалась, открывая обзор на упругие, тренированные мышцы. Зеленая кожа в сочетании с идеальными пропорциями создавала крайне специфический, но притягивающий внимание контраст. На фоне пережитого стресса, трупов и общего ощущения надвигающегося конца света, этот вид оказался совершенно неуместным, но оттого еще более притягательным фактором. Базовые мужские инстинкты на секунду перекрыли рассудок.

Изучение особенностей местной моды прервалось ощутимым шлепком открытой ладонью прямо по ребрам.

Хлоп.

Повернув голову влево, взгляд встретился с Шаей. Эльфийка шла сбоку, сохраняя абсолютно невозмутимое выражение лица, но в коротком, направленном прямиком в зрачки взгляде без малейших усилий читался предельно четкий вопрос: «Куда уставился?».

Оправдываться или делать вид, что оценивалась толщина шкуры и способы ее выделки, не имело практического смысла. Шмыгнув носом, пришлось перевести взгляд строго вперед, на переливающуюся поверхность магического барьера, и ускорить шаг.

Отряд подошел вплотную к границе купола.

Свет преломлялся на изгибах энергетического поля, создавая радужные маслянистые разводы, медленно перетекающие сверху вниз.

Дриада остановилась у самой кромки и повернулась к нам.

— Задержите дыхание и закройте глаза, — скомандовала она.

В ситуации стоя перед неизвестной магической структурой инородного происхождения, инструкции местных проводников лучше выполнять дословно, чтобы не лишиться конечности или рассудка. Поэтому никто возражать не стал.

Сделав глубокий вдох, набирая в легкие максимальный объем воздуха, веки плотно сомкнулись.

— Делайте шаг.

Собравшись с духом, нога выставилась вперед, перенося вес тела за невидимую границу.

По ощущением преодоление преграды напоминало прохождение сквозь что-то густое. Словно двигаться в огромном резервуаре с грязью или киселем. Следом возникло странное физическое давление на барабанные перепонки, схожее с быстрым погружением на большую глубину в водоеме. Температура среды резко упала, обдав кожу пронизывающим холодом. Движения замедлились. Вязкая среда сопротивлялась вторжению, пытаясь вытолкнуть инородный объект наружу.

Сопротивление исчезло так же резко, как и появилось.

Нога твердо опустилась на ровный грунт. Давление на уши спало.

Первым, что меня удивило — был звук. Я слышал щебет птиц. Нормальных птиц.

А затем я сделал вдох.

И клянусь всем, что у меня было, чище воздуха я не вдыхал никогда в жизни.

— Можете открывать, — раздался резкий женский голос.

Я разомкнул веки.

— А зачем их закрывать-то было? — тут же озадачился один из шедших рядом бойцов спецназа, сдвигая маску респиратора на подбородок и часто моргая.

Дриада, проводившая нас сквозь переливающийся барьер, развернулась на пятках. Она скрестила руки под развитой грудью, и без того едва прикрытой куском грубой шкуры, и с откровенным вызовом уставилась на оперативника.

— А ты хотел, чтобы твои глазные яблоки лопнули от перепада давления среды? — язвительно ответила зеленокожая воительница.

Я слушал эту короткую перепалку вполуха. Дыхание перехватило совершенно не от перепада давления, а от того, что открылось взгляду.

Воздух здесь был абсолютно другим. Чистым. Лишенным серной гари дварфийских подземелий и запаха жженой древесины сгоревшего эльфийского поселения. Пространство вокруг было наполнено благоухающими ароматами влажной земли, хвои и свежей травы с цветами.

Оглядевшись, я едва не открыл рот.

По эту сторону магического купола располагался лес, совершенно не затронутый катаклизмом. Сквозь густые кроны высоких деревьев пробивались ровные, золотистые лучи солнца, освещая сочную зеленую подстилку из папоротников и мха. Где-то в вышине заливались пением птицы, выдавая сложные трели, а буквально в полусотне метров от нас, между массивными стволами, неспешно бродила пара пятнистых косуль, совершенно не обращая внимания на присутствие толпы вооруженных разумных существ.

Абсолютно идеальная, нетронутая лесная идиллия. Картинка из детской сказки.

Если бы не одно весомое «но», которое резко возвращало в жестокую реальность.

Прямо на изумрудной траве, под корнями раскидистых деревьев, десятками лежали раненые. Эльфы и дриады, которых успели эвакуировать с линии фронта. Идиллия природы дико контрастировала с тяжелыми физическими увечьями защитников. Целители метались между пострадавшими, пытаясь остановить массивные кровотечения.

Слева от меня на земле хрипел эльф, обеими руками удерживая выпадающие петли кишечника из распоротой брюшной полости. Чуть дальше сидела дриада с открытым переломом голени; острый край большеберцовой кости неестественно торчал сквозь разорванные зеленоватые мышцы и кожу, обильно заливая мох кровью. Запах свежей крови, смешанный с антисептическими травами, стойко висел в воздухе, перебивая лесные ароматы.

Я отвел взгляд от работы полевого госпиталя и посмотрел на нашу проводницу.

Дриада и боец СБРИ продолжали стоять друг напротив друга.