Архитектор душ XIII. Последнее дело Громова. Часть 2 - Александр Вольт

Я выбросил руку вперед, указывая на линию обороны леса.

— Прорываемся к ним, — жестко скомандовал я, перехватывая управление ситуацией, поскольку медлить больше было нельзя.

— Есть, — без лишних вопросов ответил капитан. Он повернул голову к отряду. — Выдвигаемся.

Мы покинули укрытие за поваленными стволами и начали сближение с линией обороны. Пробиваться сквозь хаос сражающихся тел без четкого распределения ролей было не самым разумным решением с точки зрения тактики. Я хоть и не полководец, но решил расставить приоритеты.

— Капитан, вы работаете по тем, кого берет свинец. Черных духов я беру на себя, — скомандовал я.

— Принято, — ответил он, не отрывая взгляда от набегающей волны мутантов, и слегка повернул голову к своим людям. — Парни, все слышали?

— Так точно.

— Ясно.

— Работаем.

Строй спецназа перестроился в жесткий клин, взяв меня, Шаю и Даграля в центр. Хотя последний то и дело продолжал бурчать, что ему помощь не нужна и вообще старый дварф не боится каких-то мутировавших зверей и его топор жаждет битвы.

Но кто его слушал? Правильно, никто. Поэтому Даграль продолжал хромать рядом с нами.

Свинец поражал зараженных медведей, мутировавших волков и изуродованных кабанов. Солдаты не тратили патроны зря, били точно в головы и суставы, выводя животных из строя так, чтоб они падали под ноги несущимся следом тварям.

Я сосредоточился на своей части задачи. Среди массы физических мутантов скользили нематериальные сущности в виде черных духов, с которыми мы впервые столкнулись на выходе из леса.

Заметив метнувшуюся к нашему правому флангу тень, я вскинул руку и послал энергетическую пулю наперерез. Импульс врезался прямо в центр сгустка. Черная структура мгновенно дестабилизировалась, тварь беззвучно разорвалась изнутри и осыпалась на землю.

Шаг. Выстрел психеей в очередного духа. Еще шаг. Снова пуля психеи.

Мы буквально прогрызали себе путь сквозь врагов, шаг за шагом приближаясь к защитникам леса. Метры давались тяжело. Воздух пропитался запахом пороховых газов, внутренностей и жженой гнили.

Наконец плотность нападающих начала снижаться. Мы вышли на оперативный простор, оказавшись в тылу у сражающихся дриад и эльфов, прямо перед переливающимся барьером.

Заметив наше приближение, от линии обороны отделилась одна из фигур и стремительным прыжком сократила дистанцию.

Дриада приземлилась в пяти шагах от группы, сгруппировавшись для атаки. Ее рельефные мышцы были напряжены до предела, зеленоватая кожа блестела от пота и крови, а в руках она сжимала два коротких, но широких клинка, покрытых биологическими жидкостями.

— Вы еще кто такие? Чего приперлись в наш лес? — она буквально прошипела эти слова, обнажив слегка заостренные клыки, повадками напоминая загнанную в угол дикую кошку.

Сундраил, шедший в центре вместе с нами, шагнул вперед. Радикал открыл рот и поднял руки, явно собираясь включить лесную дипломатию, напомнить о старых клятвах, кровном родстве и попытаться воззвать к их благоразумию.

Но у меня не было времени на выслушивание многочасовых эльфийских преданий и поиск компромиссов.

Я сделал резкий шаг вперед, перебивая Сундраила и задвигая его плечом за свою спину.

— Скрижаль, — жестко сказал я, глядя дриаде прямо в глаза и игнорируя ее угрожающую позу. — Нам нужна скрижаль, которую эльфы вам отдали много столетий назад. Остановить этот хаос раз и навсегда можно только одним методом, и для этого мне нужен этот сраный кусок камня с надписями, а иначе вы сейчас что-то сделаете со своим мыльным пузырем, как и дварфы, закроетесь, небось, в какой-то магической раковине и начнете ждать. Вот только учтите — легче не будет, и все повторится снова.

Дриада напряглась еще сильнее. Видимо, она не ожидала, что какой-то простой человек будет так нагло разговаривать со стоящей в раже дриадой. Она перехватила клинки, оценивая стоящих за моей спиной вооруженных бойцов.

— Я ничего не решаю, — прошипела она, не меняя враждебного тона. — Но если хотите попасть в нашу часть леса, то докажите, что вы достойны.

Я прикрыл глаза ладонью и тяжело вздохнул.

Тем докажите. Этим докажите. У дварфов спускайтесь к кипящей лаве, тут доказывайте свою пригодность. Для вас всех конец мира, что, шутка?

Планета задыхается от токсичной пыли, местная фауна превратилась в армию безмозглых убийц, остатки их союзников-эльфов истекают кровью в паре метров от нас, а они все еще цепляются за фольклорные протоколы безопасности и требуют прохождения квестов на пригодность спасителя мира.

И главное, что спорить бессмысленно — если упрется, придется пробиваться силой, а это трата ресурсов и потеря времени, которого и так не осталось. Я опустил руку, чувствуя, как в висках начинает пульсировать зарождающаяся мигрень.

Вот как бы плюнуть сейчас на все это дело, крикнуть «да пошло оно все в задницу!», после чего развернуться и уехать куда-нибудь.

Ан-нет. Совесть не позволит.

Времени на саркастичные комментарии попросту не осталось, поскольку лес впереди содрогнулся и из тьмы чащи ломанулась новая волна зараженных, еще больше предыдущей.

— Контакт! Широкий фронт! — рявкнул командир. — Работаем двойками! Одиночными, бить наверняка! Патроны беречь!

Отряд моментально перестроился. Бойцы, не тратя ни секунды, рассредоточились вдоль нашей стороны поляны, перекрывая сектора, переводя режим огня.

Изуродованные болезнью животные вперемешку с бесплотными черными духами хлынули на позиции эльфов, дриад и на наш отряд.

У меня больше не было спасительной турели вертолета. Не было возможности натянуть энергетическую мембрану на пулеметный ствол и наблюдать, как свинец делает всю грязную работу. Теперь приходилось работать вручную, стоя на земле.

Энергетический заряд сорвался с ладони, прошив насквозь ближайшую тень. Следом выскочил второй. Выстрел. Мимо. Тварь метнулась в сторону, избежав попадания. Я решил, что раз он такой умный, то следует ударить на упреждение и послал еще один импульс. Бам! Точно в яблочко!

Работать по бесплотным целям было утомительно, но терпимо. Основная проблема заключалась в физических мутантах, на которых бойцы стремительно тратили боекомплект.

Я сместил фокус восприятия на массивного зараженного медведя, который пер прямо на огневую позицию двух оперативников. Автоматные пули рвали его ороговевшую шкуру, но зверь не останавливался. В магическом спектре его тело предстало передо мной в виде анатомического атласа. Биологические процессы давно сгнили, но внутри, у самого основания деформированного черепа, пульсировал плотный узел пораженной энергии, заменяющий центральную нервную систему.

Я сформировал тонкую иглу из психеи и метнул ее точно в основание черепа медведя.

Энергетический шип вошел в узел. Связь между пораженным мозгом и мышцами мгновенно разорвалась, от чего