Хозяйка запретной колыбели. Ненужные дети драконов - Лилия Тимолаева

Лора посмотрела на коробку.

— Вы хранили?

— Да.

— Все это время?

— Да.

Девочка медленно придвинула коробку. Открыла. Я не видела содержимого с места, где сидела. И не стала вставать. Через некоторое время Лора достала небольшую тканевую куклу. Очень простую. Одно платье. Темные нитяные волосы. Лора долго ее рассматривала.

— Моя?

— Да.

— Я не помню.

— Ничего.

— Мама сделала?

— Нет. Ты.

Лора подняла голову.

— Я?

— Почти. Ты держала ткань, пока мама шила.

— Это не считается.

— Ты тогда считала.

Лора улыбнулась и повернула куклу к Асе, показывая неровный шов на платье.

Ася придвинулась ближе.

— Красивая.

— Кривая.

— Все равно.

Рина тоже подошла посмотреть.

— Нормальная.

От Рины это было почти высшей похвалой. Я вышла из кухни. Мне требовалось несколько минут без чужих глаз. Во дворе Бастиан догнал меня.

— Все хорошо?

— Пока да.

— Почему ушли?

— Потому что если останусь, начну задавать Марет двадцать вопросов подряд и испорчу Лоре день.

Бастиан кивнул. У окна кладовой мы заметили Миро, который пытался разглядеть, что внутри.

Мы дошли до скамьи у стены.

— Вы знали про письмо матери? — спросила я.

— Нет.

— Это проблема?

— Не обязательно.

— Очень обнадеживающее начало.

— Письмо с двумя свидетелями подтверждает желание матери, но если оно не оформлено по правилам рода, юридически могло не иметь силы.

— А по-человечески?

Он посмотрел на меня.

— По-человечески я сейчас понимаю, почему Марет трижды спорила с родом.

Я села.

— Почему никто не указал в деле причину ее отказов?

— Там есть записи о споре.

— «Имущественный спор» ничего не говорит.

— Для комиссии этого было достаточно.

— А для ребенка?

— Нет.

С кухни донесся смех Лоры. Бастиан посмотрел туда и улыбнулся прежде, чем заметил мой взгляд.

— Если утром она скажет, что хочет остаться, — произнес Бастиан, — вы подпишете.

Это был не вопрос.

— Если вечером ничего не изменится.

— Вы ищете причину сомневаться?

— Я ищу причину не ошибиться второй раз.

Он понял. Кай.

— Дом Берн научил вас осторожности.

— Кай научил.

Бастиан сел на другой край скамьи.

— А если все действительно хорошо?

Я посмотрела на окна. За одним мелькнула Лора с куклой в руках.

— Тогда придется уехать без нее.

— Вы ведь этого хотели.

— Я хотела, чтобы дети попали туда, где им хорошо.

— Значит, получите то, чего хотели.

— Вы так говорите, будто это всегда приятно.

— Нет.

Он тоже посмотрел на окно.

— Я давно знаю, что нет.

Я хотела расспросить его, но он поднялся проверить экипажи, и момент был упущен.

К вечеру дом изменился. Или, скорее, изменились дети внутри него. Оли нашел курятник и был изгнан оттуда самой крупной курицей. Миро обнаружил старую кладовую и попытался выяснить, хранят ли там интересные камни. Тивен помог работнику во дворе поправить перекошенную калитку. Кай нашел деревянный ящик с обрезками и занялся своими фигурками.

Рина по-прежнему ко всему относилась с подозрением, но уже перестала спрашивать каждые пятнадцать минут, во сколько мы уедем. Ася почти не отходила от Лоры.

Девочки еще ни разу не заговорили о предстоящем расставании.

Перед ужином я нашла Лору одну в комнате, которую приготовила для нее Марет. Комната была небольшой. У окна стоял стол. На полке несколько книг. На кровати лежала та самая кукла. Лора сидела рядом.

— Можно?

Она кивнула. Я вошла.

— Как день?

— Хорошо.

— Только хорошо?

— Очень хорошо.

— Уже точнее.

Она провела пальцем по платью куклы.

— Я помню эту комнату.

— Раньше здесь бывала?

— Наверное.

— Наверное или помнишь?

— Помню окно. За ним раньше было дерево.

Я посмотрела. Дерево действительно росло чуть дальше, но возле самого окна остался широкий пень.

— Может быть, оно.

— Наверное.

Я села рядом с Лорой и напомнила, что решение можно отложить до утра. Она выслушала, а когда я в третий раз заговорила о возможности передумать, осторожно прервала:

— Женя, вы нервничаете больше меня. Я хочу остаться.

Пришлось признать, что она права. Мне хотелось оградить ее от ошибки, и я едва не превратила ожидание утра в еще одно испытание.

— Хорошо. Просто побудь здесь. Завтра поговорим.

Она вдруг спросила:

— А если утром я скажу то же самое, вы расстроитесь?

— Буду скучать, — призналась я.

Лора опустила глаза.

— Тогда я могу…

— Не надо оставаться с нами ради меня. Мы с Асей будем скучать, но сможем писать и приезжать. Давай только договоримся об этом с Марет заранее.

— А если Ася все равно расстроится?

— Я побуду с ней. Вам обеим сейчас трудно.

Она обдумала.

— Можно любить два дома?

— Думаю, можно и больше.

— А вы сколько любите?

Вопрос застал меня врасплох.

— Один.

— На Земле?

— Да.

Она посмотрела на меня очень внимательно.

— А Колыбель?

Я замялась. Лора заметила и улыбнулась, не дожидаясь ответа.

За дверью раздался голос Аси:

— Лора?

— Здесь!

Ася вошла. Посмотрела на меня. Потом на Лору.

— Ты остаешься?

Лора не отвела глаза.

— Наверное.

Ася кивнула. Просто кивнула.

— Хорошо.

Лора растерялась.

— Ты не сердишься?

— Нет.

— А почему такая?