Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 12 - Семён Афанасьев

— Угу. — Решетников повторно перебил, было видно, что тема ему неприятна.

Борёкудан немного порассуждала вслух:

— А ты уверен, что каток государственной машины, пусть даже разгоняющийся некорректно, можно остановить банальной зуботычиной?

— Остановить конечно нет, — пожал плечами Такидзиро. — Но вот повлиять на траекторию — запросто. «Люди поддаются влиянию эмоций гораздо чаще, чем признают это вслух». Даже если эти люди — наши доблестные армейские разведчики, устраивающие стрельбу в Токио (!) из калибров, далёких от деликатности.

— Думаешь, могут начать ошибаться? Под влиянием одного твоего выпада?

— Да. Но не от одного моего выпада, а от страха дополнительной угрозы со стороны человека, который их знает досконально и в данный момент на стороне противника. Они сейчас по факту солидаризировались с Mitsubishi; дзайбацу — это конечно ресурс, без деталей. Но и Эдогава-кай — тоже не груша для битья.

— По некоторым оценкам — фаворит будущих выборов, — отстранённо согласилась Моэко. — Не столько потому, что люди любят отца, сколько в знак протеста против нынешних бюрократов. Как говорится, народ не так за Миёси Мая, как против нынешних.

— Конъюнктура, — кивнул товарищ. — Времена непростые, текущие персоналии в большой политике рядовому избирателю за пару десятилетий банально надоели.

— А за твоей спиной — теоретически, противовесы. МИД со своими интересами, топ-менеджмент Йокогамы, которые хотя и не Mitsubishi, но в той же лиге…

— Тс-с, — Решетников вскинулся и перебил.

Тут же раздался стук, дверь открылась внутрь:

— Полиция Токио.

— Уже догадались, — мрачно кивнул Такидзиро.

Предчувствие нехорошо заныло: по адвокатскому опыту Моэко, омивари-сан подобным образом заявляются лишь по двум процессуальным поводам, причём второй в данный момент исключался.

— Полиция Токио. Старший следователь Накано. — Сказано было спокойно, без нажима. — Миёси Моэко, у нас имеется судебный ордер на ваш арест. Прошу ознакомиться.

— Я — зарегистрированный помощник Миёси-сан, моя фамилия Решетников, — стремительно поднялся из кресла и сделал шаг навстречу. — Официальную регистрацию можете посмотреть в электронном кабинете адвокатской палаты.

Правоохранители задумчиво сфокусировались на метисе, в электронные реестры через служебные планшеты никто из них не полез.

— В данный момент я буду официально представлять интересы Миёси-сан — мы вас не ждали, а наедине с вами её никто не оставит, — товарищ между делом напустил туману. — Накано-сан, будьте добры, удостоверение в читабельном виде. — Решетников левой рукой принял ордер на нескольких страницах, правой — документы следователя.

— Миёси-сан, вы задержаны по подозрению в причинении тяжкого вреда здоровью. — Пока товарищ внимательно читал, полицейский начал стандартный речитатив. — Просим вас проследовать с нами добровольно.

Драка с Управлением Двора аукнулась, точнее, каблук в голову нападавшего. Последняя фраза — чистейшей воды формальность. По сути вариантов процессуальная ситуация не предусматривает, но звучит как выбор.

— Господа… — начал было Такидзиро, перевернув третий лист и не отрываясь от текста.

— Я понимаю вашу позицию. Однако мы действуем на основании ордера. — Следователь его перебил. — Просим не осложнять процедуру.

Пока говорили, один из вошедших уже расположился у двери, второй — сбоку, перекрывая движение к окну.

Они что, думают, я в окно выброшусь? Моэко про себя развеселилась. Интересно, конкретно эти полицейские — условно люди бывшего министра и потенциально лояльны ко мне лично? Или второй вариант?

— Вы имеете право на защиту, — следователь обращался к ней, однако косился на Решетникова. — Подробные разъяснения будут даны в отделении. Прошу извинить за повторение, но в случае вашего отказа проследовать с нами мы будем вынуждены применить предусмотренные законом меры.

— Не так быстро! Давайте соблюдать правила. Будьте добры, представьтесь все по очереди. — Голос Такидзиро вырвал из размышлений.

Интересно, что он задумал? Либо — что он такого в этом ордере обнаружил? Химэ Эдогава-кай тоже читала через его плечо и пока с профессиональной точки зрения не видела, к чему придраться.

Представляться по собственной инициативе полицейские в данном случае, к слову, не обязаны. Однако если их прямо просят — обычно делают. Тем более что последний, пятый, вёл съёмку на цифровую камеру и по виду был очень похож на прокурора.

Хм. Если он и правда прокурор, это сигнал — дело на особом контроле.

После фразы метиса подвисла пауза. Старший едва заметно кивнул остальным, как бы давая разрешение, затем с расстановкой продублировал, явно с учётом работающей камеры:

— Старший следователь Накано, токийский департамент полиции.

— Сайто, детектив.

— Такахаси, детектив.

— Кобаяси, сотрудник группы.

Ещё одна пауза, пятый медленно приподнял подбородок:

— Морита. Прокуратура. — Он не назвал ни должности, ни специального звания в юстиции.

Решетников тут же поднял на него глаза, отрываясь от ордера:

— Ваша должность?

В принципе, эдакая обоюдка. Фехтование невысказанными смыслами. Сотрудник прокуратуры между строк намекнул свысока на толстые обстоятельства — «помощник адвоката» ответил отсутствием в обращении к нему его фамилии, уважительного суффикса, любой формы вежливости.

Как к дешёвой проститутке-иностранке.

Морита не выбрал сходу, что бы такое ответить, поэтому он задумчиво молчал и сверлил взглядом переносицу оппонента.

Такидзиро же демонстративно повернулся к следователю:

— Эта видеофиксация официальна? — кивок на камеру.

— Да. Часть видео-протокола.

— Отлично. В этом случае, господа, официально прошу вас представиться в полной форме. Как вы заметили выше, Миёси Моэко-сан имеет право на защиту и в данный момент это право реализуется моими устами, сорри за каламбур.

— Я вас не понимаю, — невозмутимость старшего группы дала трещину.

— Вам и не нужно, — мягко поклонился метис. — Пожалуйста, давайте все вместе просто соблюдать закон и всё будет хорошо.

— Г-хм.

— К-хм.

— Шц-ц-цааа.

— Не сочтите за мелочные придирки, — Решетников и не подумал смущаться либо отступать. — Я официально, под вашу же видеофиксацию, предупреждаю вас о неизбежной уголовной ответственности ЛЮБОГО сотрудника правоохранительных органов за преднамеренное превышение своих служебных полномочий. Как и вы, я тоже прошу меня извинить за то, что повторяюсь, однако представьтесь по полной форме. ВСЕ. Пожалуйста.

Занятно. Обычно о неизбежной уголовной ответственности предупреждают в обратном направлении, со стороны полиции в наш адрес, а не мы в сторону полиции, хмыкнула про себя Моэко. Что Такидзиро задумал? Точнее, что он видит в ордере такого, чего не вижу я, профессиональный адвокат?

Старший группы едва уловимо поморщился, однако не стал спорить:

— Накано Кэнъити, — в третий раз. — Звание — инспектор полиции. Должность — следователь первого следственного отдела, полицейское управление Токио.

Первый отдел — убойный, тяжкие преступления, кивнула себе якудза. Где-то ожидаемо: они всё же решили попытаться повесить на меня превышение самообороны — тот каблук в голову чиновнику Дворца, когда двое в кимоно напали на меня на парковке Mitsubishi.

— Сайто Хироси, сержант полиции. Должность — детектив, там же.

— Такахаси Рёта, сержант, детектив.

— Кобаяси Юки, патрульный, сотрудник следственной группы

«Помощник адвоката» требовательно смотрел на