Ассенизатор - Александр Евгеньевич Сухов

— Готово, Иван Спиридоныч, можно запускать систему, — доложился бригадиру и, передав ему каменюку, якобы закупоривавшую трубу, тут же полез в фонтан смывать с тела грязь и краску. Жаль мыла не догадался прихватить. Пришлось оттираться скопившимися на дне водоема песком и илом.

Пока я чупахался в бассейне, бугор помчался докладывать нанимателю о выполненной работе, крикнув мне напоследок:

— Когда вылезешь, сразу запускай фонтан, чтоб, значица, его степенство лично убедился!

Приведя себя в более-менее приличный вид, вылез из воды. Зря я сразу не включил фонтан, хотел это проделать с помпой на глазах довольного хозяина. Но поскольку бугор приказал, пришлось мне снова спускаться в коллектор для осуществления подачи воды в систему. По характерному звуку заработавших насосов и текущей по трубам воды несложно было догадаться, что все работает в штатном режиме.

Выбравшись из коллектора, какое-то время любовался искрящимися в солнечных лучах радужными струями.

Но вскоре опомнился. Негоже красоваться перед окнами уважаемого человека в одних трусселях. Мухой натянул одежду прям на мокрое тело. Погодка сегодня теплая, даже жаркая, так что простуда мне не грозит.

Тут я, приметил в одном из окон второго этажа довольного Отрепьева, рядом с ним мужчину не менее солидной комплекции. Определенно, Тарас Варфоломеевич Кулебяко. Бригадир что-то объяснял заказчику, демонстрируя прихваченный мной на обочине речной окатыш. Суть их диалога мне была понятна.

Тут мое внимание привлекла группа примчавшихся на шум работающего фонтана молодых девчат числом около дюжины и одного юноши. Кажется, это и есть наш счастливый жених. Вот только радости на его физиономии что-то незаметно. Дочь Кулебяко я сразу же выделил из общей девчачьей массы по манере поведения, богатому платью и немыслимому количеству дорогущих ювелирных украшений на шее, запястьях, пальцах и в ушах. Для полного комплекта не хватает лишь золотого кольца в нос. На мой же искушенный взгляд, невеста не просто девка нескладная, она банально страшненькая. Толстая, плосколицая, волосенки жидкие, глазоньки тусклые. Лично я б на такую не полез даже после трех стаканов водяры, даже за все сокровища мира. Хотя, насчет сокровищ, это я, пожалуй, погорячился. Можно рискнуть, крепко зажмурившись, но не более одного раза. Однако сама купецкая дочь своей убогости не осознает, держит себя среди подруг, будто прынцесса и писаная красавица. Определенно, ей с самого раннего детства многочисленные мамки и няньки, пудрили мозги, внушая мысль, что краше её никого на свете нет. Что, собственно, и немудрено с деньгами её любящего папеньки. Вот и уверовала. А еще женишка ей подобрали смазливого. Присмотрелся, етить-колотить, копия Бальзаминов в исполнении Георгия Вицина! Вообще-то, этот чуток помоложе будет. Но сходство явное и не только внешнее, но и жеманные манеры киношного героя-любовника. М-да, повезло девке, жадных до денег лицемеров на белом свете не пересчитать. А может быть, и не повезло. Тут уж, каким боком судьба повернется.

Пока я занимался разглядыванием жениха и невесты, на парадное крыльцо вышел сам хозяин поместья в сопровождении Борова. У обоих морды красные, уж точно успели пропустить по стопарику за успешное окончание работ, может и не по одному. Отрепьев довольный. Подмигнул мне, мол, дело в шляпе и погладил себя по карману.

Ну, коль в шляпе, пора отсюда сваливать.

На меня никто не обратил внимания. Даже обидно. Ладно, ничуть и не обидно, душу греет увесистый кошель на дне моей сумки, которую я повесил на плечо, планируя в самом скором времени отправиться по своим делам. Но уходить одному как-то неприлично. Так что стою, жду, когда дадут отмашку.

— А вот и наш специалист, который под моим непосредственным руководством и занимался извлечением засора из трубы, — представил меня купцу Отрепьев. Прям товарищ Бывалов из фильма «Волга-Волга»: «Под моим непосредственным руководством». Тьфу!

— Не молод? — скептически посмотрел на меня Кулебяко.

— Ну что вы, ваше степенство, — Боров отечески посмотрел на меня, — у нас в бригаде все отличные специалисты, а этот особливо. Самородок. Вчера из пулемета тварь пустоши завалил. Ловок и глаз, что тот алмаз.

Ладно, хоть хвалит.

— Говорили вчера в купеческом собрании про этот казус. Так это вы там начудили? А ну-ка малец, обскажи с чувством, толком и расстановкой, как там все было? А то народ всякое болтает.

Тут уж мне было не отвертеться:

— Значица, так, ваше степенство, возвращаемся мы с Иваном Спиридонычем на тарантасе из имения барона Клюге, где мы занимались устранением засора в канализационном коллекторе. Неподалеку от Изборска вылезает из леса огроменная туша, медведь — не медведь, крокодил — не крокодил, весь в колючках, как у ежа, только вот такенных, — я раздвинул руки, уподобляясь чересчур увлекшемуся рыболову. — Иван Спиридоныч мигом сориентировался, наподдал лошадке, чтобы, та побыстрее шевелила мослами. Да где там, разве от твари пустоши на одной пердячей тяге, да еще с телегой убежать. Я же попробовал ухайдокать монстра с пулемета. Поначалу не получалось, пули отскакивали от брони или просто не долетали до зверя. Магия, ваше степенство. Думал, каюк нам там и пришел. Еще бы пару десятков метров… однако Господь всемилостивый и всемогущий не остался глух к мольбам нашим. Нарвалась тварюга на сухой куст и пропорола свой живот. В результате то ли контроль над магией потеряла, то ли еще что с ней случилось. В общем, с десяток моих пуль угодили аккурат в ёйное брюхо, и монстр скопытился. Ну а потом Иван Спиридоныч по-бырому сгонял в Изборск и оповестил гильдию охотников, чтобы прислали оценщика. Четыре с лишним тонны, весила. Это вам не хухры-мухры.

Мой рассказ, изложенный незамысловатым языком малообразованного селянина, привлек внимание всех прочих присутствовавших у фонтана лиц, включая жениха и невесту. Меня обступили и слушали внимательно, охая в наиболее драматические моменты повествования.

Когда я закончил, голос подал женишок:

— Ха! Ничего такого особенного завалить тварь из пулемета. Любой дурак смог бы, как нечего делать.

На что меня так и подмывало сказать «Даже такой кретин, как ты». Но я промолчал, не стал усугублять ситуацию. Скорее всего, этот напомаженный хлыщ при виде огромной скачущей туши попросту обосрался бы и потерял сознание от испуга.

А вот, во взгляде купца читалось откровенное уважение ко мне и небрежение к словам расфуфыренного попугая, сумевшего очаровать его дочурку своим куртуазным обхождением и романтическими бреднями. Уж кто-кто, а этот повидавший в жизни всякого мужик прекрасно отдавал себе отчет об истинной подоплеке предстоящего брака его дочери с отпрыском какого-то обедневшего аристократического рода. Интересно, сколько он