Попаданец в поисках смысла - 6 - Тампио
Вот только мне так никто и не сказал, что было найдено и где именно. Я, конечно, спросил у Когнота, но он то ли не расслышал вопрос, то ли притворился очень занятым — хотя последнее наиболее вероятно. Он лишь махнул рукой в сторону голограммы-схемы станции 33/8, буркнул что‑то про «приоритетные задачи» и тут же погрузился в себя, будто мой вопрос растворился в общем шуме.
Впрочем, обижаться на него было бы глупо — начальство всегда право, и излишнее любопытство чаще воспринимает как назойливость. А что делают с назойливой мухой, не желающей спокойно ползать в тёмном углу? Вот я и занялся своими делами, в том числе и поиском в Сети оборудования для диагностики взятых со станции дроидов и повреждённых медкапсул.
После того как Когнот позволил мне забрать всё, что посчитаю нужным, я перестал рассматривать дроидов как добычу. Всё-таки злоупотреблять разрешением не хотелось, да и совесть слегка царапала при мысли, что я набиваю бот чужим добром. Но Инна убедила, что старший инженер даже смотреть не станет, что я перетащу в трюм: он с головой уйдёт в вытащенную из сейфа документацию и обнаруженное «пиратское сокровище». Так оно в итоге и оказалось — Когнот занялся инвентаризацией и, кажется, вообще не замечал, что творилось вокруг.
Проблема обозначилась лишь после спуска на Столичную‑1. Я стоял перед кучей «лута» посреди погрузочной площадки космопорта и размышлял не о том, куда её везти — домой или в мастерскую, — а на чём и как. Груда оборудования казалась неожиданно тяжёлой даже на вид, и я вдруг остро почувствовал, как не хватает здесь пары десятка лишних рук — или хотя бы двух грузовых дроидов.
— Чё, парень, приобрёл на станционном аукционе барахло, и только сейчас осознал, что не дотащить? — проходящий мимо работник космопорта явно был в хорошем настроении. Он приближался, слегка покачиваясь в такт шагам в замасленной спецовке с нашивками портовой службы, и улыбался так, будто вся окружающая суета доставляла ему искреннее удовольствие.
— Нет, это списанное оборудование, — ответил я, не желая создавать впечатление, что могу спустить коины на груду никому не нужного покорёженного металла. — А что за станционный аукцион?
— А, значит, ты не из богатеньких бездельников, кто тратит коины на всё подряд, чтобы подороже перепродать в Аселеу? Понятно.
— Так что за аукционы‑то? — пришлось повторить вопрос, поскольку над площадкой как раз пронёсся тяжёлый транспортный бот, и его гул почти заглушил мои слова.
— Знамо чё… На гражданской станции постоянно накапливается бесхозный груз, который распродают, чтобы терминалы не захламлялись. Понятно, что у военных порядку больше, но и они не прочь задорого продать списанное или устаревшее. Ведь лишний груз — это дополнительные расходы, а раз есть дурачки, что покупают его да ещё и оплачивают доставку на планету, то почему бы ими не попользоваться!
— Почему дурачки?
— Да потому что только в телешоу бездельники и мажоры находят в контейнерах дорогие вещи, могущие обогатить нового собственника. В реальности же только каждая пятая покупка хоть что‑то да стоит. Остальное — металлолом, устаревшие платы, модули с истёкшим ресурсом… В лучшем случае на разборку пойдут.
— Откуда вы знаете?
— Так я частенько общаюсь с охотниками за списанным сокровищем. Они вначале радуются богатству, строят планы на безбедную жизнь, а на следующий раз горько скулят, что купили барахло. Вот. один недавно клялся, что возвратится с редким квантовым модулем, на деле оказавшимся старым терморегулятором из убитой фильтрационной системы. Жаловался, будто жизнь его обманула. А я ему: «Жизнь тут ни при чём, это аукцион!». У него на щеках слёзы, а я смеюсь — дурачок не понимает, что никто не станет продавать себе в убыток, и даже опломбированные контейнеры пять раз дотошно просканируют перед тем, как пустить на аукцион.
— Значит, надеяться там на что-то стоящее — гиблое дело?
— В основном да, — перестал смеяться мужчина. — Если у тебя нет знакомого, занимающегося одним из тех аукционов, то лучше туда и не соваться.
— Понятно, — кивнул я. — Раз вы так много знаете, то не подскажете, как вот всё это, — я указал рукой на своё барахло, — перевезти в Аселеу?
— А куда именно?
— В один из восточных районов.
— В гетто? — сморщился мужчина.
— Нет, ближе… В район малоэтажных построек.
— И что там?
— Мастерская.
— Так ты техник, значит, и начальство дало тебе указание эти железяки доставить? Понятно. Да, могу помочь. Обычно для перевозки используется контейнер, иначе замучаешься грузить и разгружать. В твоём случае лучше всего взять стандартный с боковой загрузкой. Так выйдет проще и быстрее, поскольку доступ будет сразу почти ко всему содержимому, а не к тому, что окажется у дверей. Как я понимаю, нужен ещё и грузовой дроид, а то и два?
— Скорее всего, — неуверенно ответил я.
— Да не скорее всего, а наверняка! Как вот эту ванну один дроид поднимет? Точно завалится! Вот и считай: два погрузочных дроида с операторами и час времени…
— Да это за полчаса можно погрузить! — попытался возмутиться я.
— Можно, — не стал спорить мужчина. — Но, чтобы добраться сюда, а потом вернуться, тоже потребуется время. В космопорте всё измеряется целыми часами, поскольку минуты считать никто не станет. В мастерской есть кому сразу разгрузить или понадобится время?
— Понадобится.
— Значит, два дня аренды контейнера: сегодня и завтра. Общая сумма составит примерно от трёх до четырёх тысяч коинов. Ведь ты же точный адрес не сказал, да и неизвестно ещё, будет ли там достаточно места для манёвров с опусканием контейнера. Ну и залог за контейнер, конечно же, — вдруг его ночью украдут. Всё-таки гетто рядом.
— И как скоро прибудут операторы с дроидами?
— Да хоть сейчас! В космопорте