Системный фермер. Том 4 - Алексей Аржанов

Голос мой растворился в пещере и вернулся гулким эхом. Радован что-то ответил, но слов я уже не разобрал.

Уходить с пустыми руками не хотелось. Раз уж я нашёл этот сосуд, надо было взять с собой хоть немного росы: показать матери Руфи, свериться с системой на поверхности, да и просто иметь под рукой образец.

Я снял с пояса флягу, вылил содержимое на землю и присел над ближайшей каменной чашей. Черпать пришлось осторожно. Роса была густой и тягучей. Концентрат из живки стекал с краёв фляги медленно, будто загустевший мёд. Я набрал с половину фляги, заткнул горловину и убрал в холщовую сумку.

Стоило мне тронуть содержимое чаши, как система вновь выдала уведомление:

/Изъятие: Живичная роса, малый объём./

/Примечание: естественное восполнение чаши — крайне медленное. Не рекомендуется опустошать резервуар до срабатывания техники «Отведение русла»./

Значит, брать помногу нельзя. Резервуар этот копился веками, а восполняется он еле-еле, по капле. Пока русло не заведено сюда, каждая капля росы, что я унесу, — это капля, на восполнение которой может уйти не один десяток лет. Ну, полфляги для личных нужд погоды не сделают. А как направлю сюда поток от дуба, роса начнёт восполняться сама в ускоренном темпе.

Я в последний раз обвёл лучиной светящиеся стены. Что-то в этой пещере не давало мне покоя — не грибница, не роса, а само устройство места. Слишком уж ладно всё складывалось. Дуб-узел неподалёку, под самым моим домом.

Считай, готовый накопитель живки. А техника отведения, что легла мне в голову из памяти стража ровно к тому дню, когда узел стал умирать. Будто кто-то заранее разложил передо мной все части одной головоломки и ждал, пока я их соберу.

Мой участок и правда был не простым куском земли. Региональный узел живки по соседству, а теперь ещё и это подземное хранилище. Гулос неспроста давал за мой земельный участок тысячу зиллингов. Он-то, может, и не знал всего масштаба происходящего, но явно интуитивно понимал, что место особое.

Ладно. Загадки подождут. Наверху меня ждали, а вторая лучина уже почти догорела. Её я жёг с тех пор, как спустился в эту пещеру, и запасных в суме оставалось всего ничего.

Обратный путь через щель дался тяжелее прежнего. Одно дело — ползти вниз да вперёд, тянет азарт к неизвестному, а совсем другое — обратно, когда ты уже вымотан, ободрал себе всё тело об торчащие со всех сторон острые камни и знаешь наперёд, где через свод опасно пролезать, где придётся протискиваться боком.

В том узком месте, где я застрял по пути сюда, я застрял снова. Место было такое, что застрял бы всякий. Я выдохнул, чтобы грудная клетка сжалась, и стал ползти обратно, к выходу из пещеры.

Многоножки на обратном пути уже не так меня донимали. В самый первый раз я, видимо, их всех распугал. Ну, или они просто не попались в этот раз на моём пути.

Наконец лаз вывел меня обратно в ту тесную комнату, где я оставил верёвки. Концы висели там, где я их привязал. Хорошо, что Иржи с ребятами не стали спускаться, поверили, что со мной всё в порядке.

Я нащупал в темноте узел на выступе, распутал его и снова обвязался: основную верёвку закрепил под мышками, страховочную на поясе.

— Вы тут? Поднимайте! — задрав голову к далёкому пятну света, крикнул я вверх и дёрнул верёвку два раза.

Наверху отозвались сразу. Верёвка натянулась, врезалась под мышки, и я оторвался от дна.

Подъём вымотал меня куда сильнее спуска. Ребята тянули рывками, мне приходилось упираться ногами в стену, чтобы не отбить себе всё тело при подъёме. Силы уходили быстро, и последние аршины я висел уже почти безвольно, только следил, чтоб сильно не приложиться головой о выступы.

Чьи-то руки ухватили меня за плечи, за ворот, потащили через пролом. Я перевалился через край, проехался животом по камням просевшей кладки и рухнул на пол погреба, хватая ртом воздух.

— Живой! — Радован тряс меня за плечи. Лицо у него было бледное. — Ты нас не на шутку перепугал, Войцех. Отвязался и ничего не отвечал долгое время, а мы тут сидим, гадаем — то ли тянуть, то ли за тобой лезть! Я уж думал, всё, конец тебе!

— Да живой я, живой, — я отпихнул его беззлобно и сел, привалившись спиной к стене. — Я же вам сказал, что со мной всё в порядке. Если возникла бы какая-то проблема, то сообщил бы вам.

На самом деле в словах Радована была доля правды. Если бы я застрял в той расщелине, которая вела из тесной «комнаты» в основную часть пещеры со светящимися грибами, то меня вряд ли бы кто-то услышал.

Януш с Яцеком таращились на меня во все глаза, перемазанные землёй и пылью. Расширяя пролом, они, видать, тоже вымотались.

— Ну? — Иржи сел рядом со мной, костыль положил поперёк колен. — Что там? Дом-то не рухнет?

— Не должен, — отдышавшись, ответил я. — Там большая пещера. Всю не исследовал, но моей вылазке хватило, чтобы все опасения свести на нет. Наш погреб, видимо, просел оттого, что стоял над её краем, над тонкой перемычкой. Но сама пещера крепкая, свод надёжно зафиксирован каменистой породой. Дому ничего не угрожает. — Я перевёл дух. — В общем, с заделкой этого пролома торопиться не будем. Пригодится.

— Пригодится? — С озадаченным видом Радован уставился на меня. — Дыра в погребе тебе пригодится? Войцех, ты головой там, часом, не приложился? А вдруг кто-нибудь оступится и упадёт туда? Всякое ведь в жизни бывает…

— Не приложился, — я усмехнулся, нащупал флягу с росой в холщовой сумке, проверил, цела ли. Целая. — Вопрос с безопасностью решим. Но мне этот вход в пещеру ещё нужен… Помогите-ка встать.

Меня подняли под руки, вывели из погреба на свет. После тьмы в пещере дневной солнечный свет ударил по глазам так, что я зажмурился и постоял некоторое время, прежде чем привыкнуть.

Я вытащил из сумки флягу с росой, вынул пробку, наклонил флягу над ладонью и капнул одну-единственную каплю. Она легла на кожу тяжёлой светящейся бусиной. Я ещё раз посмотрел на неё с помощью навыка «Взор Фермера».

/Живичная роса. Концентрат./

/Насыщенность: 240%. Чистота: высшая./

/Применение (расчётное): точечное насыщение культуры без истощения грунта; усиление удобрения; стабилизация ослабленного узла./

Стабилизация ослабленного узла.

Я