Первый секретарь - Григорий Ясинский

— Кто объяснил?

— Николай Викторович. Сказал, что со мной говорил и разногласий нет. Я с ним действительно говорил, Володя. О Хрущёве. Вообще не о том, какое кресло он мне подберёт, — видно, что переживает о чужом обещании от самого себя Шелепин.

— Николай поверил? — теперь главное.

— Почему ему было не поверить? Теперь знает, что поторопился. Я не стал предлагать ему голосовать за меня. Сказал, что вопрос открытый и закрывать его за нас не надо.

Я вспомнил, как Подгорный спросил, кто дал мне право отказывать. Он уже активно распределял то, за что мы ещё не начали бороться. За сутки Подгорный дважды успел сослаться на чужое согласие. С охраной его остановил Чекалов. С Николаем Егорычевым — только то, что я вчера попросил Шелепина не откладывать встречу.

В моей истории до открытой борьбы за первое место Шелепин не дошёл вовремя, остановился в шаге от ее начала. Поэтому и оставался в Политбюро еще одиннадцать лет, уже ничего не решая, потому что Брежнев показал свою благодарность. Сейчас я видел, как именно можно проиграть борьбу, все ещё считая себя одним из руководителей общего дела.

— Кому ещё Подгорный это сказал?

— Николай не знает. Считает, что не ему одному. Так что на охоту надо ехать. Леонид Ильич, видимо, хочет, чтобы мы там подтвердили договорённость, которой не было, — предупреждает меня Саша.

— Подтвердим, что её не было, — соглашаюсь я.

— При всех? Он тебя сегодня поддержал, а ты в субботу объявишь, что выступаешь против него? — теперь он немного проверяет меня на стойкость.

Шелепин ждал ответа. Я ещё вчера просил его вступить в борьбу, а теперь предлагал выступить против человека, который только что помог мне самому.

«Но стойкости мне теперь точно не занимать, если вопрос стоит о том, чтобы прежние девяностые не наступили».

— Я сам не стану объявлять, что против. Сначала попрошу Николая Викторовича рассказать, о чём он договорился с тобой. При тебе. А потом ты спросишь Леонида Ильича, какое место он оставил Косыгину.

Шелепин немного помолчал.

— Алексей Николаевич об этом знает?

— Сначала выясним, что ему обещали. Я сегодня Подгорному позвоню, как договорились. Пусть расскажет, кто готов выступать. Возможно, у него и для Алексея Николаевича уже всё определено.

— Он после сегодняшнего столкновения будет осторожнее.

— Будет. Поэтому я попрошу помочь мне встретиться с Косыгиным. Николай Викторович сам сказал — мне нужна определённость. Я хочу её получить от человека, которому предстоит отвечать за все хозяйство.

Шелепин впервые за весь разговор усмехнулся.

— А если он спросит, с чего ты решил, что за хозяйство отвечать Алексею Николаевичу?

— Тогда у нас будет о чём поговорить ещё до субботы, — уверен я.

После его ухода я дождался шести и попросил соединить с Подгорным. Николай Викторович подошёл почти сразу. Голос у него был ровный, даже приветливый.

— Да, Владимир Ефимович. Я помню, что обещал. Давай договариваться. Леонид Ильич сказал, ты в субботу приедешь к нему?

— Приеду. И хотел тебя попросить, пригласи Алексея Николаевича. Мне нужно с ним поговорить до общей встречи.

— О чём?

— О правительстве. Ты сказал, что хочешь от меня определённости. Я тоже хочу понимать, кого мы собираемся поддерживать.

Ответил он не сразу.

— А кто тебе сказал, что с правительством есть вопрос?

— Поэтому и прошу устроить разговор. Чтобы ты потом не удивлялся, откуда я что узнал.

В трубке стало слышно, как где-то рядом с ним закрыли дверь.

— Хорошо, приглашу, — все же согласился Подгорный.

* * *

К субботе дома я уже реже попадался на мелочах. Антонина перестала подсказывать, где лежат мои вещи, а дети снова перебивали за ужином и спорили, кому пришло время рассказывать первым. Иногда посреди такого спора я узнавал, о чём речь, ведь мы уже говорили об этом, я обещал помочь. Но стоило попытаться вспомнить свой ответ, как вместо него приходило что-нибудь совсем ненужное — вплоть до содержания справки, которую Семичастный читал весной.

Врач согласился с Антониной, что у меня общее переутомление. Посоветовал больше отдыхать и не пропускать обед. Я охотно поддержал разговор о режиме. Ведь, чем дольше мы его обсуждали, тем меньше оставалось времени на расспросы о воскресном приступе.

К концу недели я ждал новую записку Хрущёва. Восемнадцатое июля стояло под ней в сборнике документов о его отставке, снова предлагалось менять руководство сельским хозяйством. Текст я помнил достаточно хорошо, чтобы узнать с первой страницы. На этот раз прочесть его должен был Шелепин — до того, как остальные условятся, что именно следует осудить.

Пока Хрущёв оставался в Москве, каждый из нас мог с утра получить приглашение к нему. Скоро он уедет в Польшу, поэтому я рассчитывал использовать именно эти дни. Но до отъезда ещё нужно было договориться между собой.

Шелепин после разговора с Егорычевым почти перестал упоминать Подгорного. Теперь ему не нравилось, что я зову Косыгина.

— Ты же понимаешь, что он не за меня приедет, — сказал Александр Николаевич. — Ему мои проверки надоели не меньше, чем Леониду Ильичу. Только он об этом говорит прямо.

— Поэтому пусть скажет при тебе, — я уверен, что нужно обязательно договориться с очень важным для нас человеком.

— Я и без тебя с ним разговариваю, — спорит Шелепин.

— Нет, ты сейчас портишь ему жизнь, а должен пообещать, что перестанешь таким заниматься. Сейчас нужно пообещать, Саша. Я хочу, чтобы ты предложил ему конкретную работу. Материалы по решениям Никиты Сергеевича. У тебя проверки, у него хозяйство. Соберёте то, что готовы подтвердить. Николай скажет по Москве. Тогда им придётся разговаривать с тобой самим, а не слушать, что ты будто бы решил за Брежнева выступать.

— И я останусь единственным, кто собирал материалы против Никиты Сергеевича? — сомневается Александр.

— Предложишь при всех. И пусть каждый отвечает за своё. Я справок от Комитета туда тоже не даю, — предлагаю я поделить ответственность с другими членами заговора.

— Николай должен быть там. Я его приглашу, — решает Шелепин.

— Да, это будет правильно, он откровенный человек и авторитет у него в партии есть. И ещё, Саша. Если перед выходными пойдёт новая записка Никиты Сергеевича по