300 дней взаймы - Алексей Хренов

— Да… Похоже, ты и правда Лили Кольтман. И как ты сюда добралась? Как нашла меня?

Лили перестала шмыгать носом и посмотрела на него исподлобья. Взгляд стал подозрительно живым. Лёхе даже показалось, что сейчас она покажет ему язык.

Рыжая чуть прищурилась и шмыгнула носом уже совершенно деловым образом.

— Секрет фирмы!

Лёха заинтересованно смотрел на неё.

— Да, Кольтман… Я начинаю подозревать, что слово «фирма» в твоём исполнении означает преступную организацию.

Через несколько минут Лили уже сидела на кровати, забыв про слёзы и недавнюю мировую трагедию. Она с воодушевлением рассказывала про своё путешествие, про леди Маргарет, про огромные летающие лодки, размахивая руками так энергично, будто самолёты летали исключительно благодаря её жестам.

Но больше всего её захватила часть про стрельбу. Оказывается, винтовки отжили своё и надо переходить на пулемёты.

— Хана вам, ушастые, — Кокс с тоской подумал про австралийских кроликов.

Тут глаза у Лили начали сиять особенно ярко, руки немедленно принялись изображать детали процесса. Эта часть приключений нравилась ей больше всего.

— Вообще стоило, конечно, вспомнить рецепт мамы Кольтман и как следует надрать тебе задницу.

— Па-а-ажалста… — Лили немедленно развернулась спиной и принялась изображать жертву мирового произвола, медленно задирая платье. Из-под платья показались мятые панталончики.

Лёха с интересом наблюдал за этим претендующим на эротику представлением.

Потом не выдержал и снова засмеялся.

Лили мгновенно развернулась обратно и скорчила оскорблённую физиономию.

— Нет, надо тебя отправить в Австралию… Но боюсь, экипаж взбунтуется и пойдёт освобождать Францию в одиночку.

— Почему же только Францию? Нам ещё Берлин брать, — в тон ему ответила Лили.

— Ладно, есть хочешь?

Лили подумала и несмело кивнула.

— Только я готовлю плохо, у меня всё пригорает…

Лёха посмотрел на, по сути, ещё девчонку.

— Пошли в кафе, тут за углом. Там делают прекрасные булочки.

Лили старательно изображала человека, который просто культурно завтракает. Правда, достоинство быстро проиграло яичнице, окончательно сдалось на сосисках и капитулировало где-то между второй и третьей булочкой. Лёха молча наблюдал за происходящим и подозревал, что ходячее стихийное бедствие последние сутки жило исключительно на упрямстве.

— И что дальше? — спросил он, отпивая чай. — Какие планы на жизнь у международной преступной организации?

Лили подняла голову. На губе остались следы молока.

— Стану героической лётчицей-истребителем!

Это было сказано с такой уверенностью, будто вопрос уже давно решён и остались исключительно мелкие формальности.

Лёха с улыбкой покачал головой.

— И кого будешь истреблять? Подожди… Ты умеешь летать? Откуда?

Лили немедленно перестала жевать, отчего одна щека смешно раздулась, как у крайне оскорблённого хомяка. Она даже слегка выпрямилась, оторвавшись от тарелки.

— Конечно умею. Научилась на том же аэродроме в Австралии, что и ты!

Лёха нахмурился.

— В авиашколе? С инструктором?

Лили пожала плечами.

— Иногда с ним. Когда он успевал запрыгнуть.

Лёха задумчиво почесал щетину.

— А в Королевские ВВС женщин не берут. Во всяком случае в истребители.

— Правда? — в глазах девушки расплескалось вселенское горе.

Чувствуя нездоровую направленность вопроса и сберегая нервные клетки окружающих, Лёха поспешил сказать:

— Есть Women’s Auxiliary Air Force. Женские вспомогательные военно-воздушные силы. Планшетистки, радистки, телефонистки, секретарши, водители…

Лили очень нехорошо прищурилась.

— Ещё скажи уборщицей.

Лёха посмотрел на неё поверх кружки.

— Кокс! Тебе повезло. Я передумала выходить за тебя замуж! Ты скучный!

Лёха внимательно посмотрел на неё с видом человека, которому только что сообщили о внезапной отмене расстрела, выдохнул:

— Господи, спасибо. Обещаю пить меньше, ругаться реже, прекращу гонять на мотоцикле и вообще стать почти приличным человеком. По пятницам и немного утром по субботам.

Лили пропустила мимо ушей почти всё.

— У тебя есть мотоцикл⁈ — она немедленно захлопала в ладоши. — Я буду только временно пользоваться!

— Кольтман, ты пересекла полмира по чужому паспорту, устроила среди ночи цирк с пистолетом и уже присматриваешься к моему мотоциклу.

Она немного подумала.

— Ну… если так всё сразу перечислять, то звучит как-то не очень. Кокс! Ты мне должен помочь! Я честно буду молчать, как ты меня совратил и теперь отказываешься жениться!

Да, к такому варианту Лёха был не очень готов.

Вжиик. Лёха молча посмотрел на пустое место, где секунду назад находилась рыжая голова.

— Молчу, молчу. И про свадьбу никому ни слова.

Щё-ёлк!. Кокс оказался быстрее и щелбан звонко нашёл лоб в веснушках.

— Коксик! Миленький! Ну пожалуйста! Не бросай меня в терновый куст.

Лёха задумчиво покрутил чашку в руках и рассказал, что в принципе есть ещё АТА, но туда берут людей с документами и приличным налётом.

— А как выглядит свидетельство пилота?

Вопрос прозвучал подозрительно быстро. Судя по выражению лица, Лили уже искренне сожалела, что весь её арсенал для исправления оценок и подписей остался в Австралии. Он какое-то время изучал её физиономию.

В ответ Лили немедленно выдала одну из самых невинных улыбок из своего богатого запаса, отчего Лёхе стало только тревожнее.

Он сопротивлялся. Даже скривил лицо. Но потом обречённо махнул рукой и сообщил, что завтра воскресенье, они с утра пойдут в учебку и посмотрят, как она летает. Если всё будет нормально, он попробует устроить себе выходной, и они съездят на аэродром в Шорэм, где раньше была авиашкола.

«Заодно и в Брайтоне прогуляемся», — подумал он, вспомнив про давно откладываемую встречу.

Реакция последовала мгновенно. Рыжая замерла с открытым ртом, а потом глаза у неё начали стремительно увеличиваться в размерах.

— Правда⁈

Лили мгновенно повисла у него на шее.

И в этот момент Лёха совершенно отчётливо понял, что только что совершил очень серьёзную ошибку.

Учебная эскадрилья морской авиации, аэродром Ли-он-Солент, Англия.

На следующее утро Лёха, буквально разгоняя пинками ухмыляющийся народ, уже начинал подозревать, что война с Германией временно отступила на второе место по популярности.

— Кузина она мне! Кузина! — проревел он в окружающее пространство.

— Конечно кузина, Кокс, кто бы сомневался! — Роже расплылся в улыбке. — Боюсь, теперь тебе ни одна официантка во всём Портсмуте не даст.

Последнюю часть он предусмотрительно закончил уже по-французски.

Лёха раздал указания и пошёл через аэродром к учебной части морской авиации. Вокруг носилась Лили в его старом лётном комбинезоне. Рукава пришлось подворачивать, штанины тоже, и выглядело это так, будто кто-то попытался аккуратно упаковать рыжую катастрофу в мешок из-под картошки.

После недолгих поисков он нашёл знакомого инструктора.

— Привет, свиристелкам, — улыбнулся