Бабник. Назад в СССР 4 - Роман Фабров

Посмотрев на его багровеющую от натуги шею, я захлопал в ладоши:

— Стоп, Ремизов, хорош орать. Ты же не на митинге, а песню поёшь. Давай передохни минут десять, пусть связки немного отойдут.

Димка с облегчением опустил микрофон и шмыгнул носом. Пацаны тоже притихли, ожидая, что я скажу дальше.

Тут дверь актового зала тихонько приоткрылась, и внутрь проскользнули Танька и Зоя. На секунду задержались у порога, оглядели зал, а потом с лукавыми улыбками направились к задним рядам, стараясь не мешать репетиции.

Пока ансамбль отдыхал, кто-то из пацанов тут же убежал на улицу покурить. Да-да, именно так. В этом времени никакой масштабной борьбы с курением ещё и в помине не было, поэтому многие старшеклассники уже вовсю дымили. Кто-то, конечно, шифровался от родителей и потихоньку тырил сигареты у отцов, а кто-то, особенно десятиклассники, курил совершенно открыто, никого не стесняясь. Такие вот нравы начала семидесятых.

Я, воспитанный в своём будущем на идеологии ЗОЖ и борьбе с табачным дымом, к этой привычке относился без всякого интереса. Вернее, мне однажды в детстве довелось попробовать подымить с пацанами, но тогда мне это настолько не понравилось, что повторять эксперимент больше желания не возникало.

Так что вредная привычка благополучно прошла мимо меня и в двадцать первом веке, и здесь. И начинать курить в этом времени я тоже не собирался. Вот уж нет! Добровольно травиться этой гадостью, да ещё и за свои кровные? Фиг им. Обойдутся.

Но это я отвлёкся. Пока музыканты на десять минут разбежались кто куда, девчонки перебрались с задних рядов ко мне. Зоя устроилась слева, положив на колени тетрадку, а справа пристроилась моя принцесса Таня, как всегда пахнущая весенней свежестью.

«Помирились наконец-то», — промелькнуло у меня в голове, но тут же эту мысль прервал вопрос.

— Лёш, ну когда вы наконец закончите мучить эту несчастную песню? — почти хором принялись допытываться девчонки. — Сколько можно гонять по кругу одни и те же аккорды?

И тут у меня в голове неожиданно родилась отличная идея. А ведь ребятам действительно не хватало всего лишь соревновательного азарта.

— Девчат, а давайте как-нибудь мотивируем наших горе-музыкантов? — я хитро прищурился, переводя взгляд с Зои на Таню. — В общем, девушки, план такой: сейчас на репетицию приглашаем ещё человек десять девчонок. Сажаем их в первый ряд и предлагаем им беспристрастно оценивать пацанов.

Сыграли хорошо — все дружно хлопают. Средне — сидят с каменными лицами. Ну а если Димка Ремизов опять начнёт безбожно пускать петухов и лажать, пусть все хором громко говорят: «У-у-у-у!»

Я довольно усмехнулся.

— Как вам идея? Поверьте, перед девчонками облажаться для любого пацана хуже смертной казни. У них такой стимул появится, что они за день эту вещь до идеала отполируют!

Девчонки хихикнули и тут же выскользнули из актового зала.

Спустя минут пять после перекура в актовый зал начали возвращаться парни. Пахло от них, понятное дело, как от старой пепельницы. Один за другим они забирались на сцену, подхватывали свои инструменты, проверяли провода и снова занимали привычные места.

По их лицам было видно, что особого желания продолжать у них уже не осталось. Оно и понятно: гонять одну и ту же песню изо дня в день — занятие не самое увлекательное.

Хотя, если разобраться, у каждого из них наверняка была своя маленькая мечта. Нет, не стать знаменитым артистом, собирать полные залы и получать огромные гонорары за концерты. До этого им было ещё очень далеко, да и думали они наверняка совсем о другом. Любому пацану хотелось нравиться девчонкам. А что может быть лучше парня с гитарой? Вот на этом я и решил сыграть!

По мне, так это стремление абсолютно интернационально и вне времени, но в эту эпоху оно обретало особый смысл.

В любом советском дворе находился парень, умевший играть три «блатных» аккорда, и тем самым автоматически становившийся объектом обожания всего слабого пола в радиусе километра. А тут — целый школьный ансамбль с электрогитарами, пускай и похожими на творение папы Карло!

Я едва сдержал улыбку, когда представил, какие сейчас будут физиономии у наших музыкантов.

Ремизов взял микрофон. Серёга поправил ремень гитары, Яшка сел за пианино, остальные приготовились играть. Несколько секунд они ещё переглядывались, а потом зазвучала музыка.

И именно в этот момент дверь актового зала снова открылась.

Внутрь одна за другой начали заходить десятиклассницы. Несколько самых смелых девчонок переглядывались и тихонько хихикали. Они гордо прошли к первому ряду и расселись там, как ни в чём не бывало.

Я краем глаза посмотрел на сцену.

У Димки Ремизова глаза стали размером с пятирублёвые монеты, Серёга едва не промахнулся по струнам, а Яшка так резко выпрямился за пианино, будто ему только что сообщили, что сейчас будет выступление перед министром культуры.

Музыка на секунду едва не развалилась, но пацаны быстро собрались. Ну ещё бы. Теперь у них точно появилась самая серьёзная причина сыграть эту песню как можно лучше.

— Так, парни, стоп! — я хлопнул в ладоши, обрывая песню. — А сейчас выдохните и соберитесь. Перед вами же не комиссия из райкома, а ваши одноклассницы. Давайте ещё раз, с самого начала. Димка, вся надежда на тебя. Удиви нас. Поехали!

Пацаны на сцене засмущались. Серёга вытер вспотевшие ладони о штаны, перехватил гриф поудобнее и взял первый аккорд. На этот раз всё выглядело гораздо приятнее. Страх облажаться перед девчонками выбил из них всю дурь.

Ремизов зажмурился, сделал вдох и запел. Первые строчки прозвучали немного неуверенно и робко, но вполне чисто, без привычных «петухов». На втором куплете пацаны словно поймали азарт. Яшка на пианино перестал тянуть одеяло на себя и выдал отличную мягкую подкладку, а к барабанщику и басисту вообще вопросов не возникло.

Девчонки, сидевшие на первом ряду, притихли. Сначала на их лицах читался откровенный скепсис: ну чего эти мальчишки могут такого сыграть? Но чем дальше лилась песня, тем сильнее менялась атмосфера в зале. Девушки начали переглядываться. Одна из них, Ирка Пахомова из Танькиного класса, показала большой палец своей соседке.

Когда Димка закончил финальный куплет, а Серёга добавил красивый затихающий проигрыш на гитаре, который мы репетировали всю прошлую неделю, в зале повисла тишина. Никто из девушек не знал, как реагировать. Но было видно, что песня им понравилась.

И действительно, сейчас пацаны сыграли и спели намного лучше, чем в