Код волхва. Книга 4 - Алексей Даньшин

Но во дворе было тихо.

Когда я вышел из кареты и предстал перед удивлёнными очами князя со шведом, у меня почему-то перед глазами промелькнул сюжет старого фильма, где шведский посол просил у Ивана Грозного Кемску волость. Ника при этом у меня в голове захихикала, явно подсматривая мои мысли.

Потом я понял, что меня на эти воспоминания натолкнуло. На груди у шведа тоже висел большой медальон. Не княжеский и не волхвовской, но тоже не простой. Прочитать его диаграмму матрицы сознания и эмоций я так и не смог.

Мы с воеводой прошли через ряды почётного караула от дверей кареты до крыльца и поклонились князю.

— Ну, удивил, племянник! Вот уж не ожидал я тебя в эдакой повозке встретить. Дашь покататься?

Кто про что, а князю покататься! Отжать ведь попытается, небось!

— Конечно, дядюшка! Хоть прям сейчас!

— Попозже, — князь покосился на шведского посла, — сперва поговорить надо.

— Позволь представлю тебе, дядюшка, моего воеводу Драговира Влковича. Из белых хорват. Служил воеводой моему деду Бранимиру в Перемышле.

— Ну, а ярла Юргена Амундсона ты уже знаешь, — князь кивнул на шведа, с которым мы действительно раньше несколько раз уже встречались в тереме у князя.

— Князь Илия, — поклонился швед.

И мы с Драговиром тоже ему поклонились.

Когда ритуал приветствия был соблюдён и мы прошли в горницу, глаза у князя загорелись любопытством.

— Ну, рассказывай давай уже, как тебе удалось Болеслава одолеть?

Я с удивлением посмотрел на пустой стол и после этого перевёл взгляд на дядю.

Тот махнул рукой:

— В покоях у меня сейчас стол накрывают. Там кабанчик поспевает в печи. Время есть ещё, потом поснедаем. Ты не отвлекайся, рассказывай.

Мы уселись на скамьи, и я мельком бросил взгляд на шведа. Но по виду князя уже понял, что рассказывать надо только то, что можно, а не всё подряд.

— Да там и рассказывать особо нечего, — пожал я плечами. — Под утро уже лагерь Болеслава окружили мои вои. Ну и вдарили, что было сил. Вот, Драговир в бой и вёл.

Воевода с невозмутимым лицом важно кивнул, подтверждая, что всё так и было. Мы ведь с ним даже план двух битв по дороге детально обсудили, чтобы в мелочах не проколоться.

— И всё? — князь понятливо кивнул.

— Всё, — кивнул я в ответ.

— Видал? — Ярослав пихнул шведа в бок. — А ты говоришь, молод он ещё? Вон сколько ворогов положил. А сколько их там, кстати, было-то? — обернулся он ко мне.

— Кого? — переспросил я на всякий случай.

— Воев у Болеслава, — князь нахмурился моей непонятливости.

— Так, это, тыщи три, не больше, — пожал я плечами.

Посмотрел на Драговира. Тот опять кивнул.

— Ну, вот, — подвёл я итог увлекательному рассказу про эпическую битву. — И второе войско такое же почти было, — итог рассказа про вторую битву тоже был подведён быстро. — Ну так что? — я потёр ладонями. — Может, угостишь всё-таки чем-нибудь, княже? А то, чего на сухую-то горло драть?

Ярослав хмуро вздохнул и покачал головой.

— Эх, не умеешь ты, Илия, вкусно про битвы рассказывать. Скромный ты очень! Ладно уж, пошли в покои.

Пропустив вперёд себя Юргена и Драговира, князь ткнул меня пальцем в бок и коротко кивнул. Типа: «Молодец, Илюха! Не колись! Для шведов других подробностей и не надо, для короткой презентации в качестве жениха их принцессы вполне достаточно!»

Остальное, наверняка, попытается уже наедине из меня вытянуть. Вот только обрыбится княже. Про дискотеку все мои молчать будут. А Ника присмотрит ещё за этим.

Ужин у князя был сытным и вкусным. Кабанчик удался, да и соленья были объеденье. Юрген периодически пытался перейти уже к главной теме встречи, но Ярослав его постоянно останавливал, переводя разговор на другое. Ждал, пока я не приду в кондицию по количеству выпитого мёда.

— А что, князь Илия? — не выдержал всё-таки швед, когда мы пропустили уже по десятой чарке.

По-русски он говорил с сильным акцентом, но вполне понятно. Хотя язык у него уже заплетался не от акцента, а от выпитого. Передержал князь слегка. Ну так и я виду не подавал, что уже созрел, вот они и держались до последнего.

— Как ты смотришь на то, чтобы взять в жёны дочь моего короля Олафа? Ингигерда… молода, хороша собой и очень достойная пара для такого воина, как ты. Ик…

Ну вот, началось самое интересное!

…

…

Ярослав изобразил на лице почти натуральное удивление и развёл руками. Надо же! Как неожиданно!

— А ведь и правда! Отличная пара для тебя будет, племянник! А, Илия?

Я смотрел на эту пантомиму и прям восхищался их искусством лицедейства. Поверил бы, честное слово!

— Ингигерда, как её описывают те, кто имел… счастье… видеть её лично, безусловно… весьма достойная пара, — я усиленно изображал крайнюю степень опьянения, но старался говорить чётко, хотя и делал театральные паузы между словами для убедительности. — Но зачем королю Олафу… выдавать её за меня…? За мелкого русского князя, когда в Европе много… достойных кандидатов на роль… его зятя? Это же будет этот, как его, мезальянс, во! Ик…

Ника мне уже рассказывала, что в основной исторической линии изначально Ингигерду планировали выдать замуж за короля Норвегии Олафа Второго Харальдсона (Олафа Святого) в рамках мирного соглашения между Швецией и Норвегией. Однако папа-король в последний момент изменил решение и отдал дочь замуж за Ярослава. Олаф Второй в итоге женился на младшей сестре Ингигерды — Астрид. Так что через одно рукопожатие Ярослав тогда породнился сразу с двумя королевскими домами.

Из подслушанных Никой разговоров дядьки со шведским послом здесь, в этой реальности, дело обстояло абсолютно так же. Только тут решение о выборе жениха шведский король принимал не на основании победы Ярослава над Святополком и вокняжения его в Киеве. Папаша моей будущей невесты был первым христианским королём Швеции. И появление в Киеве чудотворной иконы, которую я передал в дар городу, было не менее веским аргументом. А победа над поляками и непонятная гибель войска и самого Святополка уже шли довеском к моему статусу божьего избранника.

Но признаваться в этом напрямую послу было не с руки. Поэтому он начал юлить и метать бисер. Пока это не наскучило уже пьяному князю Ярославу, и он не спросил меня напрямую:

— Туров дам в качестве свадебного дара твоей жене. Женишься?

— Так то жене! — я пьяненько посмотрел на него. — А мне с того какой прибыток? Одни проблемы,