Восхождение Морна. Том 14 - Сергей Леонидович Орлов
И едва я успел прийти к этому выводу, как золотистое пламя внезапно изменилось.
Прежде хаотично метавшиеся языки огня начали закручиваться вокруг Себастьяна, постепенно образуя несколько сияющих колец. Они вращались с разной скоростью, временами пересекаясь друг с другом, а в местах их соприкосновения вспыхивали крошечные золотые искры, которые тут же втягивались обратно в огненный кокон.
Внутри этого невероятного сооружения постепенно проступили очертания кошачьего тела, и я с удивлением обнаружил, что силуэт Себастьяна начал меняться прямо у меня на глазах.
Сначала он заметно вытянулся, словно невидимая сила осторожно растягивала его позвоночник, одновременно укрепляя мышцы и перестраивая пропорции тела. Плечи стали шире, лапы мощнее, а хвост удлинился и приобрёл куда более выразительный изгиб. При этом изменения происходили настолько плавно, что я не заметил ни единого резкого движения, словно кот не превращался в другое существо, а постепенно раскрывал облик, который всегда был скрыт где-то внутри него.
Особенно поразило меня то, что вместе с физическим телом менялась и его магическая сущность. Благодаря Оценке я различал внутри огненного кокона плотный сгусток энергии, который прежде казался относительно небольшим, но теперь стремительно увеличивался, насыщаясь золотистыми потоками, поступавшими из ошейника.
Его структура становилась всё сложнее, а привычная огненная магия Себастьяна словно обретала новые грани, о существовании которых я прежде даже не подозревал.
«Господин Морн…» — неожиданно раздался у меня в голове голос кота, на этот раз звучавший непривычно глубоко и отчётливо. — «Кажется, я начинаю понимать, для чего предназначен этот ошейник!»
«И для чего же?» — немедленно поинтересовался я, не отрывая взгляда от происходящего.
«Он не просто даёт силу. Он словно показывает, каким я могу стать, и помогает достичь этого состояния. Я чувствую собственную магию совершенно иначе, будто раньше пользовался лишь крошечной её частью!»
Я хотел расспросить его подробнее, однако в этот момент огненные кольца неожиданно ускорили вращение, а сияние внутри кокона стало настолько ярким, что мне пришлось прикрыть глаза ладонью.
Одновременно с этим я почувствовал, как невидимая связь между мной и Себастьяном окончательно закрепилась, превратившись из едва уловимой магической нити в нечто гораздо более прочное и глубокое. Причём изменения оказались настолько необычными, что на какое-то мгновение мне даже почудилось, будто я способен воспринимать окружающий мир не только собственными глазами, но и глазами своего фамильяра.
Однако прежде, чем я успел разобраться в происходящем и попытаться воспользоваться этой новой способностью, незримая связь словно отступила куда-то на задний план, оставив после себя лишь смутное понимание, что теперь мы с Себастьяном связаны куда сильнее, чем прежде.
Впрочем, долго размышлять об этом мне не позволило продолжавшееся преображение кота, поскольку золотистое пламя вокруг его тела постепенно становилось прозрачнее, открывая моему взгляду всё новые подробности происходящего. И если изменения в размерах и пропорциях Себастьяна я успел заметить ещё раньше, то теперь моё внимание привлекла его шерсть, с которой творилось нечто совершенно невероятное.
Сохранив прежний угольно-чёрный цвет, она начала постепенно покрываться тонкими огненно-рыжими линиями, которые проступали одна за другой, словно невидимый художник выводил на теле кота сложный магический узор.
Сначала одна такая линия протянулась вдоль позвоночника, затем несколько других появились на боках, плечах и лапах, постепенно складываясь в причудливый рисунок, напоминающий раскалённые трещины на поверхности застывшей вулканической породы. При этом рыжие полосы совершенно не вытесняли прежний окрас, а, напротив, подчёркивали его глубокую черноту, временами вспыхивая мягким золотистым сиянием, словно под густой шерстью Себастьяна теперь действительно скрывалось живое пламя.
Чем дольше я наблюдал за этим превращением, тем сильнее поражался тому, насколько гармонично сочетались в новом облике кота привычные черты и совершенно незнакомые магические особенности. Себастьян по-прежнему оставался самим собой, но теперь в его внешности появилось нечто величественное и даже немного пугающее, заставившее меня невольно вспомнить о сказочных зверях, которых в прежнем мире можно было встретить разве что на иллюстрациях к диснеевским сказкам.
Особенно впечатляюще смотрелась голова Себастьяна, вокруг которой на несколько мгновений вспыхнуло нечто похожее на небольшую огненную гриву. Золотистые языки пламени обрамляли его морду, придавая коту удивительно величественный вид, словно передо мной находился не обычный домашний питомец, а уменьшенная копия какого-нибудь мифического льва.
Правда, стоило мне моргнуть, как грива исчезла, оставив после себя лишь лёгкое сияние вокруг ушей и щёк.
Я даже слегка расстроился. Всё-таки с такой гривой Себастьян выглядел бы по-настоящему эпично!
Между тем преобразование продолжалось, и теперь очередь дошла до глаз. Сквозь золотистое пламя я увидел, как привычный цвет радужек постепенно сменяется насыщенным янтарным оттенком, внутри которого вспыхивают крошечные огненные искры. На мгновение зрачки кота превратились в две тонкие вертикальные полоски ослепительного света, после чего сияние начало медленно угасать.
Одновременно вращавшиеся вокруг Себастьяна огненные кольца стали сжиматься, постепенно втягиваясь обратно в ошейник. С каждым оборотом пламя теряло прежнюю яркость, пока наконец не превратилось в тонкую золотистую оболочку, плотно облегавшую изменившееся тело кота.
А затем и она исчезла, рассыпавшись тысячами крошечных искр, которые медленно растворились в воздухе.
На кровати сидел Себастьян. Точнее, существо, в котором я безошибочно узнавал Себастьяна, хотя выглядел он теперь совершенно непривычно.
Кот заметно подрос, обзавёлся более мощными лапами и широкой грудью, а его густая угольно-чёрная шерсть теперь была украшена несколькими тонкими огненно-рыжими полосами, протянувшимися вдоль спины, по бокам и лапам. При каждом движении они едва заметно мерцали золотистым светом, создавая впечатление, будто под чёрной шкурой кота струится раскалённая магическая энергия. Особенно впечатляюще на этом фоне смотрелись его глаза — глубокие, янтарные, с крошечными огненными искрами, вспыхивавшими где-то в глубине зрачков.
При этом сам Себастьян держался с таким величием, будто подобные превращения происходили с ним каждую неделю.
Он неторопливо поднялся, потянулся, выгнув спину, после чего внимательно осмотрел собственные лапы и с нескрываемым удовольствием провёл хвостом по покрывалу.
«Хм… » — задумчиво произнёс кот. — «Должен признать, господин Морн, результат весьма впечатляющий».
Я не удержался от смеха, поскольку даже после столь невероятного преображения Себастьян умудрялся сохранять привычную невозмутимость.
— Весьма впечатляющий⁈ Да ты теперь выглядишь так, словно тебя лично благословил какой-нибудь кошачий бог!
«Полагаю, это вполне соответствует моему новому положению», — с достоинством ответил он, после чего вновь принялся разглядывать собственную шерсть.
Я уже собирался проверить его характеристики с помощью Оценки, когда неожиданно услышал за дверью торопливый топот, сопровождавшийся весьма знакомым ворчанием.
— Вот ведь гадство! Вечно у меня всё не как