Черновик для Эффы 5 - Владимир Алексеевич Ильин

— А вы искали?

— Не уклоняйся от вопроса. — Строго произнесла Эффа.

— Не знаю ни про какой ледник. И про холодильники тоже.

— Нычку охранника мы тоже нашли. Но этого мало, Тан. Этого мало. — Провела она подушкой пальцев по кромке лопатки, глядя с угрозой.

— Кому досталась нычка?

— А у кого лопатка? — Логично отметила она. — Вот и не беси меня. Что ты спрятал? Где еда, мистер Савой? — Поджала она губы. — Чердак? Мы там были. Подпол? Там пусто. Теплица? Так тут только цветы, и они не съедобны.

— Красивые цветочки. Розы, да? — Перевел я взгляд на восстановленные грядки. — Эффа, да хватит уже! Всего четыре часа прошло.

— Только не говори, что ты пришел с пустыми руками.

— У вас там крупа лежит.

— Обдумай еще раз свой ответ, — терпеливо произнесла мисс Сойер.

— Я ничего не купил.

— Значит, еда в доме. — Кивнула Эффа. — Савой, я тебя знаю. У тебя не может быть хорошего настроения, если рядом нет еды.

— Ты меня знаешь третий месяц.

— Поэтому я не полезла в твои сумки. Еда там? Шоколад? Черт с ними, это рыбные консервы, да?

— Лучше.

— Так. Скорее идем, — попыталась уцепить Эффа меня за руку.

— Да подожди ты. — Расслышал я звук шин подъезжающей машины.

Как раз вовремя.

— Чего ждать? Когда эти два бездонных желудка вылезут из сауны? — Поджала мисс Сойер губы. — Ты бы знал, как они бесцеремонно себя ведут! Нашли нычку горничной и выключили меня! Я проснулась — все съедено!

— А лопатка?

— А потом я пошла за лопаткой, — покивала Эффа.

— Да в магазин бы сходили.

— Там по улице собака бегает, без ошейника и прививок, — передернуло ее.

Есть такая, да — желтая, гладкошерстная, с характером уличной скандалистки. Кто-то из соседей выпустил, наверное. Меня облаяла издали, подходить не захотела.

— А лопатка?

— Я же не живодер! — Возмутилась она.

— В общем, все будет нормально. — Слышал я, как хлопнула дверь машины, остановившейся рядом.

Там и в калитку постучали — обед наш привезли.

— Т-с! — Насторожилась мисс Сойер.

— Эффа, это…

Та, сделав страшные глаза и приложив палец к губам, с лопаткой в руках покралась к калитке.

— Эффа, это ко мне. — Забеспокоился я.

— Кто — преступники? — Зло шикнула она, тронув ручку замка.

— Зачем преступникам стучаться? — Шепнул я в ответ.

Та задумалась и, переложив лопатку в другую руку, неохотно убрала ее за спину. Но открыв дверь, все равно резко шагнула в сторону.

— Здравствуйте. — Недоуменно сказала она, глядя на Витту в длинном темно-синем платье свободного кроя с крупным орнаментом и белом платке.

Не знаю, как устроена невербальная передача информации среди женщин, но такая расцветка явно подходила под образ «бедная родственница в беде». При этом, все равно ткань довольно привлекательно очерчивала объемные формы. Зачтем за невербальное: «быть поваром и худой — это быть плохим поваром».

— Здравствуйте, — попыталась улыбнуться она Эффе.

— А вы к кому? — Строго произнесли в ответ.

— Я?.. Я, это… Вот к нему, — ткнула Витта в мою сторону.

— Поня-я-тно, — неопределенно протянула мисс Сойер, разглядывая гостью совсем уж бесцеремонно. После чего в сердцах произнесла. — Как я устала от этого разврата!

Покачав головой, Эффа развернулась на месте и ушла в дом.

— А-а… — Изумленно протянула Витта.

— Не беспокойся, это не Келли Шоун.

— Вот! Келли Шоун, — выдохнула хозяйка кафе. — Я имя забыла. А это кто был? — Шепнула она боязливо, глядя на дом.

— Садовник. Как в детективах — убийца-садовник, только не убийца, — придержал я створку. — Заходи.

— А причем тут разврат? — С любопытством огляделась она.

— Она из этих, которая хочет, чтобы девушки носили мужские штаны.

— Долбанутая?..

— Не произноси таких слов, когда у нее в руках лопатка. — Заглянул я через открытую калитку на улицу, где стоял серебристый видавший виды седан «Понти». — Наша еда в кабине?

— Ага. Я там всякого наготовила. Вдруг одно не понравится.

Я принюхался.

— Все понравится. — Констатировал довольно. — Так, руководи — что хватать первым?

— Я думала, сначала познакомимся. — Смотрела Витта на дом. — Медкарту покажу…

— Можно, но если занести всю еду в дом, то тебя точно не выставят. Потому что тогда ты унесешь еду. Логично?

Просто — зачем разговаривать, если можно есть и разговаривать за столом? Это будет объяснить сложнее, поэтому предложил другое обоснование.

— Бери кастрюлю с супом. — Подумав, кивнула она.

Опять же, у девчонок там какой-то конфликт на продовольственной почве, так что всяких заявлений «Это моя еда! Потому что я ее лечила!» хотелось бы избежать.

Вместе дошли до машины — три шага за калитку. Витта открыла багажник и показала на объемистый — литров пятнадцать — котелок из чугуна с тяжелой крышкой. Но кроме этого — глаз радовали еще пять различного объема и расцветки кастрюлек чуть поменьше и даже набор посуды персон на двадцать. Либо на четыре и пять перемен блюд, чтобы не мыть и подавать сразу — а вот это правильно, это мы одобряем.

Внутри дома, возможно, найдется целое и неразбитое, и даже в большем количестве — но так душевнее и приятнее.

— Осторожно — горячее! — Предупредили меня, когда я схватился за котелок руками.

Да я бы в него нырнул…

Небольшая заминка вышла с сервировкой стола, так как кухонный стол лежал на боку, приставленный к стене.

— Тут был обыск, — оставив кастрюлю у дверей, поднял я стол обратно. — Прости за разгром, еще не все успели убрать.

Откровенно говоря, на полу были видны только мои утренние усилия — несколько наволочек, на которые был загружен всякий хлам. Остальной коллектив потратил утро на купание и войну за еду. Как бы об этом намекнуть, чтобы им стало стыдно?..

Впрочем, где стыд, а где они…

— Все разбили, какой кошмар… А с телевизором что сделали! — Отметила Витта варварски вскрытую сбоку технику.

— Ну, он точно не работает. — Отряхнул я руки о бока. — Можно ставить. — Показал я на стол из темного дерева с красивым узором древесных линий под эмалью.

Стулья тоже валялись на полу, их тоже поставил.

— Скатерть бы, дорогая столешница, — замерла в сомнении Витта.

Хотел сказать, что «да ерунда, чужое», но вовремя остановился. Как бы не поссориться на пустом месте — это для нас тут чужое…

— Не знаю, где искать. — Развел руками. — Давай тогда тарелки поставим, а кастрюли — на другие стулья?

Этот вариант подошел — кивнула радостно.

На вторую нашу ходку за столом уже сидела Эффа — с видом прилежной ученицы и ладонями на коленках.

Судя по положению крышек на кастрюлях, с содержимым она ознакомилась — оттуда и кротость и