Восхождение Морна. Том 14 - Сергей Леонидович Орлов

Обухов недовольно поджал губы.

— Вы опять возвращаетесь к прошлому…

— Разумеется! — охотно согласился я. — Будущее-то мне пока неизвестно. Вот и приходится делать выводы на основании того, что уже произошло. Знаете, весьма полезная привычка. Особенно когда собираешься вложить в общее дело целое состояние.

Аполлон некоторое время молчал, внимательно разглядывая меня. Судя по выражению его лица, мои доводы пришлись ему не по вкусу, однако и возразить по существу он не мог.

— Люди с возрастом меняются, Артём Родионович, — наконец заметил он. — И то, что сегодня кажется вам непреодолимым препятствием, через несколько лет может совершенно утратить значение.

— Несомненно, — охотно согласился я. — Некоторые со временем даже умнеют. Далеко не все, конечно, но будем надеяться, что вашему сыну повезёт оказаться в числе этих счастливчиков.

Обухов укоризненно покачал головой.

— Вот только строить многолетние коммерческие планы в расчёте на подобное чудо я бы всё-таки не рискнул, — добавил я уже серьёзнее.

Аполлон ничего не ответил. Некоторое время он разглядывал карту Ольховки, словно пытаясь найти там решение возникшей проблемы, после чего неожиданно спросил:

— Мой сын принёс вам извинения, как я ему велел?

Похоже, Аполлон решил проверить, насколько добросовестно его наследник выполнил отцовское распоряжение.

— Принёс, — подтвердил я. — И если оценивать исключительно внешнюю сторону вопроса, придраться практически не к чему. Эраст произнёс все необходимые слова, выдержал положенные приличия и даже сумел обойтись без откровенных оскорблений. Последнее, признаться, меня особенно впечатлило.

— Артём Родионович, я ведь с вами серьёзно разговариваю, — с явным неудовольствием произнёс Обухов.

— Так и я не шучу, — заверил его. — Ваш сын действительно извинился. Вот только искреннего раскаяния я в нём не заметил. Скорее наоборот. У меня создалось чёткое впечатление, что Эраст воспринимал происходящее как очередное унижение, за которое при удобном случае непременно захочет отыграться.

— Вы уверены, что не преувеличиваете? — поинтересовался Аполлон.

— Очень на это надеюсь, — совершенно искренне ответил я. — Поверьте, мне совершенно не нужно, чтобы ваш наследник воспылал ко мне братской любовью. Пусть относится как угодно, лишь бы в следующий раз, когда ему захочется отомстить, ограничился чем-нибудь безобидным. Ну, там, язык мне за спиной показал или средний палец. А то у него какой-то нездоровый рефлекс выработан: стоит кому-нибудь наступить ему на больное место, как он тут же пытается отправить обидчика на каторгу.

Аполлон поморщился, однако возражать не стал.

— Вы слишком суровы к нему, Артём Родионович, — негромко заметил Обухов. — Эраст совершил серьёзную ошибку, не спорю. И я намерен проследить, чтобы подобное больше не повторилось.

— Вот и замечательно, — вполне искренне ответил я. — Только, согласитесь, вы ведь не собираетесь всю оставшуюся жизнь ходить за наследником с ремнём и объяснять, почему нельзя подставлять деловых партнёров собственного отца?

По тому, как изменилось выражение лица Аполлона, я понял, что на сегодня с обсуждением педагогических талантов Обухова-старшего пора заканчивать. А то ещё немного, и вместо выгодного коммерческого соглашения мы получим семейный скандал с моим непосредственным участием. А подобные развлечения в мои планы совершенно не входили.

— Впрочем, давайте оставим вопрос воспитания Эраста, — добавил я уже серьёзнее. — Меня интересует не то, какие выводы он сделал из произошедшего, а то, насколько наши будущие договорённости будут защищены от его возможного вмешательства. Причём не только от него. Люди меняются, обстоятельства тоже, и было бы глупо рассчитывать, что мы с вами всегда будем одинаково смотреть на происходящее.

Аполлон тяжело вздохнул и откинулся на спинку кресла. Некоторое время он молча разглядывал тлеющий в трубке табак, затем медленно выпустил струйку дыма и устало потёр переносицу.

— Понимаете, — продолжил я, дождавшись, пока собеседник вновь обратит на меня внимание, — меня беспокоит даже не возможность открытого конфликта с вашим наследником. Куда неприятнее, если он решит действовать исподтишка.

— Мой сын, при всех его недостатках, не настолько глуп, чтобы собственными руками разрушать прибыльное дело, — возразил Обухов.

— А зачем его разрушать? — удивился я. — Можно затягивать согласование расходов, назначать некомпетентных управляющих, заключать сомнительные договоры с нужными людьми или годами спорить о том, кто кому сколько должен. И всё это без единого открытого нарушения наших договорённостей. По крайней мере, такого, которое легко доказать.

Я слегка развёл руками.

— Согласитесь, довольно неприятная перспектива. Особенно когда речь идёт о предприятии, в которое обе стороны вложили немалые средства.

Обухов ненадолго задумался.

— Полагаю, у вас уже имеется предложение?

— Разумеется. Для начала я хотел бы уточнить одну вещь. Нашим партнёром будет род Обуховых или непосредственно гильдия артефакторов?

— Гильдия, конечно, — ответил Аполлон. — Именно она располагает необходимыми средствами, специалистами и производственными возможностями.

— Прекрасно. Тогда я предлагаю заключить полноценное долгосрочное соглашение между родом Морнов и гильдией. Причём такое, чтобы смена главы рода или руководства гильдии никак не влияла на исполнение принятых обязательств.

— Разумное предложение, — согласился Обухов. — И, замечу, совершенно обычная практика для серьёзных коммерческих предприятий. Но, Артём Родионович, позвольте обратить ваше внимание на одно обстоятельство. Вы сейчас рассуждаете так, словно проблемы могут возникнуть исключительно по вине моего наследника.

— Отнюдь, — возразил я. — Просто вашего наследника я уже имел удовольствие узнать с далеко не лучшей стороны. А вот собственные потомки мне пока никаких неприятностей не доставляли. Хотя бы по причине их полного отсутствия.

Аполлон невольно усмехнулся, однако тут же вновь посерьёзнел.

— Тогда представьте, что через двадцать лет вашим родом руководит человек, которому совершенно не нравится наше сотрудничество. Решит, например, что шестьдесят процентов прибыли — слишком маленькая доля, и потребует пересмотреть условия. Или вообще захочет передать землю другому инвестору. Как в таком случае быть гильдии?

— Ровно так же, как и мне в случае с Эрастом, — ответил я. — Поэтому соглашение должно защищать обе стороны. Иначе какой смысл вообще затевать столь масштабное предприятие?

Аполлон внимательно посмотрел на меня, после чего его суровое выражение постепенно сменилось довольной улыбкой.

— Вот теперь, молодой человек, мы действительно начинаем разговаривать как деловые люди!

Он придвинул к себе чистый лист бумаги и взял перо.

— Что ж, тогда давайте определимся с гарантиями. Основные принципы сотрудничества мы с вами уже согласовали, осталось закрепить их надлежащим образом.

— Именно, — кивнул я. — Земля остаётся собственностью моего рода, а гильдия занимается финансированием и развитием