Даша+Саша. Часть 1 - Павел Сергеевич Иевлев
С шипением открылась передняя дверь, Тони вышел на улицу, послышался разговор на повышенных тонах.
— Кто-то что-то требует, — сказала, прислушавшись, Саша. — Или кого-то.
— Пойду, узнаю, — Кен вылез из гамака и пошёл по проходу вперёд.
Даша тут же вскочила, открыла верхний люк в крыше и, подтянувшись за край, высунула голову наружу.
— Типа рейдеры какие-то, что ли, — сказала она вниз Саше. — Требуют выдать кого-то из пассажиров. Водилы говорят, что хрен им в нос, а рейдеры угрожают, что положат всех с пулемёта.
— А кто им нужен-то? — спросил мрачный лысый мужчина, сидящий на заднем ряду у прохода.
Саша вспомнила, что он помогал носить ящики на заправку.
— Макаронец какой-то, — ответила Даша. — Отсюда плохо слышно.
— Так и думал, — буркнул лысый.
Встал, дошёл до передней площадки, спрыгнул на асфальт, быстрая серия выстрелов, тишина. В этой тишине мужчина поднялся обратно, прошёл, провожаемый удивлёнными взглядами пассажиров, на своё место, сел, распространяя вокруг резкий запах сгоревшего пороха.
Даша спрыгнула на пол, закрыла люк, села к Саше на спальник и зашептала, оглядываясь на лысую макушку над спинкой сиденья:
— Хренассе! Ты б видела! Мужик такой — на дорогу прыг, у него в каждой руке по пистолю — херак! Сука, десять рейдеров — десять выстрелов, с двух рук, не целясь, как из сраного пулемёта, каждый точно в лоб, они даже пёрнуть не успели! Завалил в пять секунд всех, перезарядился, пистолеты убрал и обратно в автобус залез, как и не было ничего! Я его со спины видела, но сдаётся мне, что он, сука, и глазом не моргнул при этом! Нереально крут!

По проходу возвращается к своему гамаку Кен.
— Извини за беспокойство, — сказал ему лысый. — Знал, что в покое не оставят, но не думал, что так быстро найдут.
— Говно вопрос, Мак, — ответил дредастый водитель. — Цирковые своих не бросают.
Хлопнул его по плечу, запрыгнул в гамак, воткнул наушники и закрыл глаза.
— Прикольные люди катаются этим автобусом, — задумчиво сказала Даша.
* * *
К трактиру автобус подъехал вечером.
— Здесь ночуем! — громко объявил высунувшийся с водительского места Тони. — На втором этаже номера, на первом ресторан. Всё платно, хотя и недорого. Кто не хочет платить, может ночевать в автобусе, но советую хотя бы посидеть в зале, послушать музыку, ну и вообще место интересное. Тем, у кого нет денег на еду, выдадим сухой паёк, остальным рекомендую ресторан, кухня простая, но вкусная, пиво тоже неплохое, мы проверяли!
— Мавро пуца! — прочитала Даша, спрыгнув на асфальт парковки. — Пойдём, Сашенция, поглядим. Чуешь, как жареным мясом пахнет? Денег у нас ноль, так что нюхай глубже, когда будем жевать сухомятку, вспомнишь запах.
Пассажиры автобуса размещаются за простыми деревянными столами, их обходит молодая официантка, настолько фигуристая, что даже Даша отметила с уважением:
— Фигасе жоповень!
Сидящие что-то заказывают, девушка кивает, отмечает в блокноте.
— Садитесь за любой столик, — сказала она, подойдя к девочкам. — Жареное мясо с картошкой, жареное мясо с лепёшками, сыр, салат с сыром, вино и пиво в баре, но вам не нальют, есть яблочный сок и компот, тоже яблочный.
— У нас денег нет, — сказала Саша. — Мы так постоим, посмотрим.
— Дореа́н гиа падья́. — Официантка махнула рукой. — Детей кормим даром. Садитесь, принесу.
— Класс! — восхитилась Даша. — Мне нравится это место!
— А ты ещё хотела у них книгу украсть! — укоризненно сказала Саша.
— И сейчас хочу! В хорошем месте и стырить приятно!
Пассажиры автобуса услугами бара не пренебрегают, бармен в смешном котелке и жилетке на голое тело, открывающей татуированные руки, разливает пиво, как заведённый.
— Когда все напьются и станет поспокойнее, надо у него книжку попросить посмотреть, — деловито рассуждает Даша. — Заодно увидим, где он её хранит! Ночью прокрадусь и сопру!
— Как-то это некрасиво.
— «Красота в глазах смотрящего»! А значит, то, что никто не увидит, не может быть некрасивым!
Официантка (оказалось, её зовут Олимпия) принесла тарелку жареного мяса, миску жареной картошки, стопку пухлых лепёшек и салат из мягкого сыра, зелени и помидоров. К этому присоединились две глиняные кружки с компотом.
— Спасибо большое! — сказала Саша.
— Угощайтесь. — Олимпия кивнула. — Приятного аппетита.
— Офигенно! — восхитилась Даша, впиваясь зубами в кусок мяса. — Вкуснямба!
Ножом, вилкой и прочими условностями она пренебрегла, пихая кусок в рот пальцами и вытирая текущий по подбородку сок рукавом куртки. Саша аккуратно режет свою порцию на кусочки и посматривает на сестру с лёгким неодобрением.
— Нифига ты не понимаешь, — говорит с набитым ртом поймавшая её взгляд Даша, — так в сто раз вкуснее!
— Если чавкать?
— Точняк! Когда чавкаешь, в рот попадает воздух, освежает вкусовые сосочки и усиливает вкус жратвы!
— Ты это только что выдумала?
— Нет, раньше. Когда меня мамка манерам учила.
— И что она ответила?
— Дала мне по башке сковородкой. Но я всё равно осталась при своём мнении!
— Как вам заведение? — спросил подсевший к ним за столик Кен.
Он держит в руке кружку пива и заметно, что она не первая.
— Очень атмосферное, — ответила вежливо Саша.
— И это я даже ещё ни разу не пёрнула! — поддержала её Даша. — А что, тут будет концерт, что ли?
В центре зала осветилась небольшая сцена, в центре которой сидит рыжая грустная девушка с акустической гитарой.
— Тут часто выступают музыканты, — пояснил Кен, — это не концерт, а… просто так бывает.
Девушка заиграла и запела приятным голосом странный нерифмованный текст:
Нет ничего страшнее ночи
когда повсюду тишина
и в голове моей безмозглой
звучат чужие голоса.
Из зеркала печально смотрит
мне незнакомое лицо
и говорит, что моё время
пора вернуть в часы назад
— Какое странное от неё ощущение, — сказала Саша.
— А мне нравится, — возразила Даша. — Душевно поёт. Но как будто под фонограмму, что ли? У неё в руках только гитара, а слышны ещё инструменты.
— Мне тоже нравится, но почему-то кажется, что она не совсем здесь…
— Это не фонограмма, — ответил Кен.