Выбор - Сергей Баранников

— Бывают же люди, предназначенные для этой должности, — произнесла Сарычева, глядя на дверной проём, в котором ещё пару мгновений назад исчез Анатолий Яковлевич. — Он идеально вписывается в роль дотошного и мерзкого ревизора.

— Не нужно принижать эту должность, — заступился я за честь ревизоров. — Проверки нужны. Это у нас работу выполняют добросовестно, а есть отделения, где работают спустя рукава. Вот таких негодяев и нужно обличать. А то, что Капанин сводит личные счёты и в принципе человек по себе гнилой, никак не относится к работе.

— Это точно! — покачала головой Нина Владимировна.

Радимов появился в отделении под утро, и сразу направился к нам.

— У нас были ночные гости? — спросил он, едва перешагнув порог ординаторской.

— Анатолий Яковлевич с компанией заходил погреться, — сообщила Нина Владимировна. Она была старшей целительницей, поэтому ей следовало и ответ держать.

— Он не имел права находиться здесь в ночное время, — заявил Егор Алексеевич. — Капанин уже совсем с катушек слетел. Если думает, что это сойдёт ему с рук, то сильно ошибается.

Заведующий немного успокоился, и перешёл к рабочим вопросам.

— В отделении всё спокойно?

— Абсолютно! Новых пациентов не поступало, экстренных операций не было, ухудшения состояния ни у кого не зафиксировано.

— Хоть это радует, — выдохнул целитель.

В этот момент многострадальная дверь ординаторской раскрылась, и в кабинет вошла дежурная медсестра.

— Радимов уже пришёл? — поинтересовалась она и замерла на пороге, увидев заведующего.

— Как видите, — отозвался тот.

— Егор Алексеевич, я хотела с вами поговорить с глазу на глаз, — произнесла дежурная, с опаской покосившись на нашу бригаду.

— Вера, у меня нет секретов от коллег, говорите, — совершенно спокойно произнёс Радимов.

— В общем, я хотела рассказать об одной ситуации, которая случилась сегодня. Один из проверяющих. Ну, этих ищеек, что ходят по отделению… Он предложил мне деньги и перевод в другую больницу, если я допущу грубую ошибку в журнале.

— Вот оно что! — расхохотался заведующий, а его смех мне показался истеричным. — Вера, я попрошу вас официально зафиксировать этот момент. Будем готовить ответный удар. Вот что бывает, когда человек не умеет работать, но очень хочет добиться нужного ему результата. Да, у наших противников с кадрами полный завал. Кстати, о кадрах!

Кажется, Радимов вспомнил что-то очень важное.

— Пока вы все здесь, я попрошу собраться обе бригады, чтобы сделать объявление.

В нынешней ситуации любые объявления вызывали чувство тревоги. Что ещё выпало на долю нашего отделения? Мы проверили состояние пациентов, сдали дежурство и собрались в ординаторской, пока Капанин со своими ищейками не появился на горизонте. Наверняка отсыпался после ночной вылазки. В этот раз здесь было невероятно тесно, потому как одновременно собрались обе бригады и не только. Я видел Мокроусова с Гросс, которые держались вместе, но немного сторонились остальных.

— Коллеги, как вы знаете, Николай Юрьевич был временно отстранён от работы, пока не закончилось разбирательство со службой имперской безопасности. Господин Тарасов оказал неоценимую помощь государственным органам безопасности в поимке опасных преступников, и теперь может вернуться к работе.

Как стелет! На самом деле всё было совсем не так, а если кто и помог иностранной разведке, так это мы с Артёмом, потому как выяснилось, что задержанный Малиновский не только готовил покушение, но и курировал работу иностранных агентов в Градовце. Увы, дальше ниточка оборвалась, и поймать за руку Троекуровых не удалось. Теперь они наверняка станут осторожнее, но если имперские ищейки взяли след, уже не отстанут. Тарасов лишнее тому подтверждение, поэтому лучше не попадать в их поле зрения.

— Как вы знаете, после ухода Артёма у нас был некомплект кадров, — продолжил Егор Алексеевич. — Я пока так и не нашёл человека на место Мокроусова, но этого и не потребуется. С завтрашнего дня Артём возвращается на прежнее место работы во вторую бригаду. Кроме того, как вы помните, Ключников отстранён от работы до окончания расследования факта целительской ошибки. На это время его заменит Элина Гросс.

— Вот это новость! — удивилась София. — Как говорится, не плюй на отделение, а то вдруг тебе ещё там работать придётся.

Новость о возвращении Мокроусова я воспринял с огорчением. Да, скучал по Артёму, но в столице у него было куда больше возможностей для роста. Жаль, из-за разборок аристократов ему не удалось там закрепиться. Хотя, если бы не эти разборки, он бы туда и не попал.

— Сонечка, нельзя быть такой острой на язычок, не то порежешься, — скривилась Гросс.

— Сочту за угрозу, — мгновенно отозвалась девушка.

— Дамы, я попрошу хотя бы на время оставить свои разногласия, — вмешался Радимов. — Отделение под угрозой. Я уже не говорю о том, что сейчас решается моя судьба и будущее очень многих людей. Так вышло, что передел сфер влияния затронет и нас с вами, хотим мы этого или нет. От себя лично прошу принять Артёма и Элину в команду, а выяснять отношения будем, когда всё закончится.

Что же такого происходит в высших кругах общества целителей, что из-за обычной ошибки трясётся стул не только под Радимовым, но и под Удаловой и другими людьми? После совещания Радимов оставил всего несколько человек — меня, Мокроусова, Гросс и Тихомирову.

— Егор Алексеевич, к сожалению, мы пока ничем не можем помочь, — сообщила Элина. — Отец сейчас не в том состоянии, чтобы вести серьёзную борьбу. Ему сейчас приходится бороться за свою жизнь и спасать хоть что-то от столичного бизнеса.

— Я понимаю, потому и не прошу помощи, — кивнул Радимов. — Сейчас идёт борьба на всех уровнях, поэтому рассчитывать приходится только на себя.

— Катя, когда Николай Юрьевич сможет выйти на работу? — поинтересовался Радимов.

— Я с ним поговорю, но он упёрся и требует, чтобы вы его позвали. Вы же знаете, эта Тарасовская гордость. Раз вы его отстранили, то и возвращать его вам.

— А он не кается, — улыбнулся заведующий. — Я ведь могу и уволить его. Жили как-то без одного старшего целителя, протянем ещё немного, а там и молодая смена подрастёт. Вон, сколько их готовы старшими целителями стать!

Радимов повернулся к нам, а краем глаза я заметил, как Гросс приосанилась, а Мокроусов бросил на неё нервный взгляд.

— Что с Капаниным? — перевёл я тему, не желая раздувать конфликт. Сейчас, когда пересекались интересы Мокроусова, Гросс, Тарасова и мои собственные, очень важно сохранить дружеские отношения и не опускаться до вражды из-за мелочей.

— Жалобу на его действия я подготовил, попрошу вас ознакомиться и подписать. В любом случае, его работа в отделении окончена. Он должен был разобраться в