Наследник $$$ уровня 3 - Андрей Еслер

Телефон я достал на ходу, вылетая в переулок.

— Господин? — отозвался Хавьер после первого гудка.

— Карлу похитили. Только что, из ресторана, — я перепрыгнул опрокинутый ящик. — Это люди Краба. Ты еще в доме ветеранов?

— Да. Заканчиваем подгонку.

— Подгонка окончена. Всем оружие, полный боекомплект, и ждать адрес. Работаем сегодня.

— Принял.

Ни вопросов, ни причитаний. Люблю этого человека.

Охрана Карлы скучала у входа. Увидев моё лицо, оба подобрались раньше, чем я открыл рот.

— Вашу хозяйку украли. Вытащили через задний двор несколько минут назад.

Водитель коротко выругался и мотнул головой в сторону перекрёстка.

— Фургон! Серый, выполз из-за угла ресторана и ушёл на восток. Я ещё удивился, что фары не включил.

— Значит, за ним. Быстро-быстро!

Мы запрыгнули в седан. Резина взвизгнула, и темные улочки понеслись навстречу. На перекрёстке он безошибочно свернул к востоку, и спустя пару кварталов впереди мелькнули знакомые габариты. Серый фургон ехал быстро. Похитители сработали чисто и пытались быстрее замести следы.

— Не приближайся, — предупредил я. — Нам нужен их адрес.

Дальше ехали аккуратно. Фургон вёл нас через город на восток, улицы постепенно рядели. Фонари попадались через один, фасады облезали на глазах, а у обочин выросли горы хлама. Стало понятно, куда мы направляемся. В Ведро, самое дно Корсы, о котором приличные горожане предпочитают не вспоминать.

Фургон нырнул в проулок и встал у длинного здания без окон. Над входом изгибалась неоновая вывеска, раскрытая алая пасть, под ней вспыхивали и гасли буквы. «Глотка». Двое амбалов у дверей проводили фургон взглядами, тот обогнул здание и скрылся во внутреннем дворе.

— Тормози здесь, — велел я за квартал.

Мы встали в тени, между ржавым остовом грузовика и глухой стеной. Я набрал Хавьера и продиктовал, как ехать.

Ожидание далось тяжелее погони. Из клуба глухо доносились басы, и каждый удар неприятно отзывался в висках. Что там сейчас с ней происходит, где её заперли, я старался не представлять. Взгляд зацепился за глянцевый журнал на полке за подголовником. С обложки, вполоборота, улыбалась Карла, реклама духов на развороте. Кто-то из охраны возил хозяйку с собой даже в печатном виде.

Журнал я забрал.

Ветераны прибыли спустя двадцать минут на двух тёмных фургонах, с потушенными фарами. Из первого выбрался Хавьер, за ним посыпались остальные, и я не сразу узнал вчерашних мужиков из-за длинного стола. Разгрузки, короткие автоматы, у каждого лицо закрыто балаклавой, одни глаза наружу. Двигались слаженно, не делая лишних движений.

Захар подошел последним, стягивая на подбородок маску.

— Обстановка?

Я развернул журнал обложкой к нему.

— Карла дэ Леон. Час назад люди Краба выкрали её из ресторана и привезли сюда. Она внутри, и она нужна мне живой и невредимой. Всё остальное по нашему договору, бумаги в кабинете, кабинет ищите в глубине вместе с хозяином.

— Узнали её? — Захар повернулся к своим, и балаклавы согласно качнулись. — Работаем по входам. Диего, Пабло, двор и задняя дверь. Остальные за мной.

Хавьер тем временем проверил пистолет и убрал его за пояс, поверх ножен.

— Без магии, — пояснил он, поймав мой взгляд. — След источника в таком месте снимут быстро. Свинец вопросов не оставляет.

У громил на входе не было ни шанса. Двое ветеранов выросли из темноты, короткий слитный удар, и оба стража сползли по стене. Дальше пошло, как по нотам.

Мы ворвались внутрь на плечах у первой пары. Музыка ударила в лицо вместе с духотой, сладким табачным дымом и парфюмерной вонью. Длинная очередь в потолок, и с люстры брызнуло стекло, музыка захлебнулась, а визг десятка глоток заполнил паузу.

— Всем на пол! Лежать!

Охрана клуба потянулась было к стволам, но на каждого уже было направлено по паре дул, и желание геройствовать ушло на глазах.

Мой расчет оказался верным. Краб ждал меня через день-другой, со звонками, с торгом, и с подготовленной встречей. К тому, что за Карлой придут этим же вечером, да ещё с автоматами, здесь не был готов никто.

Мы пошли к дальней двери по длинному коридору, вдоль которого располагались закрытые комнаты. Из-за каждой дверей доносились стоны и приглушённые крики, и не все из них принадлежали взрослым. Ветераны распахивали двери одну за другой, и с каждым разом их движения становились резче.

Мы дошли до конца, к обитой кожей двери. Хавьер вошёл первым.

Марсель успел вскочить и потянуться к ящику стола. Но не успел. Рукоять пистолета ударила по его пальцам, хрустнуло, и туша с рёвом осела обратно в кресло. Хавьер упер ствол ему в лоб, и рёв стих до сипения.

— Добрый вечер, — я прикрыл за собой дверь. — Вы ведь ждали меня в гости? Вот и я.

Кабинет пропах вишнёвым ликёром и потом. Марсель смотрел на меня поверх ствола, баюкая перебитую кисть, и в заплывших глазках ворочалась работа мысли. Он уже понял, кто перед ним. Понял и то, что заготовленный сценарий сгорел.

— Где документы на завод?

Марсель тянул с ответом, тогда Хавьер повёл пистолетом ему между ног. Это оказался действенный прием.

— Сейф… за картиной, — просипел хозяин кабинета. — Восемь, два, два, шесть.

За аляповатой мазнёй с морским закатом обнаружилась стальная дверца. Внутри лежали стопки купюр, бархатные коробочки и картонная папка с тесёмками. Долговые расписки Аугусто Мерино, договор залога, копии накладных. Я перебрал бумаги.

Металлическая корзина для мусора встала в центр кабинета. Настольная зажигалка Марселя, тяжёлая, под бронзу, оказалась кстати. Пламя распробовало папку и жадно пожирало листки. Краб смотрел, как чернеют и сворачиваются документы, и было в его лице что-то от Аугусто перед бегством.

— Завод мой, — объяснил я поверх огня. — Куплен и оплачен.

В дверь постучались. Захар пропустил в кабинет Карлу и встал у порога.

Живая и целая, только босая на одну ногу. Тушь размазалась по щеке, платье измялось, а запястья краснели полосами от верёвки. Увидев меня, она пересекла кабинет и молча вцепилась в мою рубашку обеими руками, её колотило крупной дрожью.

— Всё, — я обнял её за плечи. — Всё, я здесь. Едем домой.

— Заперли… — выдохнула она мне в плечо. — В кладовке, с крысами… Я думала…

— Не думай. Уже не надо.

Я снял туфлю с её