Код волхва. Книга 3 - Алексей Даньшин

— Тебе годков-то сколько? Не поздновато уже?

— Сорок два. Для варяга в самый раз. Это тебе по молодости все, кто с бородой, стариками мнятся. А у меня, может, только жизнь начинается.

— Невеста из Новгорода? Купца Перемысла дочка? — уточнил я, хотя Ника уже вывела мне все данные по уговору Ивора с этим купцом.

— Она. А ты откуда знаешь?

— Слухи, — махнул я рукой. — Ты сам-то когда последний раз эту девку видел?

— Два года назад, зимой. Когда в Новгороде был и в гости к Перемыслу заходил. Ей тогда пятнадцать исполнилось.

— Да ты, варяг, на молоденьких, значит, падок?

— Причём тут её возраст? За ней Перемысл приданое хорошее даёт. Да и мне пора бы уже озаботиться, кому я всё оставлю.

— Вот оно что? Богатство внезапное в голову ударило? О наследниках думать начал?

— Это ты молодой, а мне пора уже и о наследниках думать. Или ты осуждаешь?

— Да Господь с тобой! — я его перекрестил. — Совет да любовь! Только ведь Перемысл небось в долю попросился?

Ивор потупил глаза в пол.

Ну, дело житейское. Подумаешь, что жених и не молодой вовсе уже, и с одной ногой. Главное, что денег у Ивора теперь столько, что и жену, и детишек, коли появятся, содержать сможет без проблем. Да ещё и тестю, который с ним одногодок, поможет деньжат подзаработать на безбедную старость.

— В Новгороде он от моего имени торговать будет. Родственником теперь станет, кому как не ему довериться. А я уж тут, в Киеве, буду.

Ника мне выдала всё известное по переговорам разных людей, которые она зафиксировала вокруг личности нашего нового новгородского торгового представителя. В принципе, ничего такого предосудительного не было. Обычные слухи и сплетни для купца из города, конкурента Киева.

— Не вижу в том никакой проблемы. Раз ты так решил — будь по-твоему. Пять десятков камней возьми. Мой тебе подарок на свадьбу.

— Благодарствую, княже! — он попытался вскочить со скамьи, но поскользнулся на протезе, и он чуть было не упал. Вовремя я его подхватить успел.

— Но-но! Жених! Успеешь ещё набегаться.

Пятьдесят камней, если даже по десять гривен серебра за каждый, — это по нынешним временам, может, и подарком на коронацию какому-нибудь европейскому монарху слишком много показаться. Ивор был не столько моей щедрости удивлён, сколько вниманию, с которым я подошёл к его вопросу.

А ведь мне база в Новгороде тоже скоро пригодится.

…

…

На следующий день Ника предупредила меня о первом контакте моих дозорных с передовым отрядом польского войска в районе деревушки Ратне. В этом месте Ковельский тракт пересекал Припять в самом узком месте, и через броды можно было переправиться на восточный берег, почти не замочив колени. Особенно если переходить верхом на лошади.

Судя по тому, что докладывали по переговорным амулетам мои дозорные, поляки в этом месте решили разделиться. Часть пойдёт рекой на соединение с отрядами князя Святополка под Мозы, а другая часть будет продолжать идти по тракту дальше. Обходя болота и лесные чащи, они, скорее всего, должны будут выйти на Киев с запада, соединившись по дороге с отрядами половцев. Причём конные отряды венгров и поляков пойдут посуху, а немецкие пешие наёмники сядут на плоты и малые струги и будут сплавляться вниз по Припяти.

Численность и тех, и других меня сейчас волновала меньше всего. И там, и там на пути захватчиков парни Драговира уже приготовили гостинцы для торжественной встречи. Меня больше интересовала информация, с какой из частей этого войска пойдёт сам Болеслав Храбрый.

Попытка по-тихому повесить на поляков звуковые метки через выданные моим бойцам амулеты не увенчалась успехом. Как я и предполагал, дураком Болеслав не был: защитные амулеты были у всех встреченных моими парнями бойцов. Поэтому им приходилось подслушивать и наблюдать по-старинке, издалека.

Саму деревушку Ратне вражеское войско заняло без боя. Крепости там пока никакой не было, да и сама деревня из ста домов не представляла собой никакого укреплённого селения. А ветхий частокол точно никого из бывалых вояк не смутит. Зашли как к себе домой. Какое-то время им точно понадобится на распределение сил и погрузку. Но конница, скорее всего, может уйти раньше, чем отчалят плоты. Поэтому я приказал оставить наблюдателя и сосредоточиться на начале представления для сухопутных ворогов.

После чего вновь взялся за переговорный амулет.

— Лена, вы уже в дороге?

— Да, Илия, — послышался её спокойный голос. — Через два дня к полудню выйдем на точку сбора. Или надо ускориться?

— Не надо. Поберегите силы. А то вдруг встретите врага, а вы уставшие. Конные отряды венгров и поляков пойдут по тракту до Ковеля и потом, скорее всего, повернут на вас. Вот только непонятно пока, с кем будет Болеслав. Как раз за эти двое суток парни Драговира успеют с этим разобраться.

— Поняла. Идём по плану.

Я отключился. Предусмотреть абсолютно все ходы противника я пока не мог. История местной реальности уже пошла по-другому. А пока у Ники ядро восстановилось меньше чем на тридцать два процента, придётся импровизировать. Но на этот случай мы прорабатывали и запасные варианты.

…

А со вчерашнего дня в непосредственной близости от моего подворья парни Ульриха несколько раз наблюдали странных мужиков, которые вроде бы случайно там оказывались, постоянно занимаясь какими-то своими делами. То на телеге колесо долго чинят, то перегружают из одной телеги в другую какие-то мешки. Суету наводят.

Меня позвали, когда в очередной раз приметили двоих таких недалеко от ворот.

Я забрался на надвратную башенку и посмотрел в ту сторону. Мужики как мужики. Только для простых крестьян в драной одёжке уж больно они плечистые и рукастые. Сразу видно, что не впроголодь живут, как многие тут, в Киеве.

Я посмотрел на спокойно стоящего рядом со мной Алёшу.

— Ну, парни их первыми заметили и тебя позвали, — отозвалась у меня в голове Ника. — Да и Алёшу они в этом деле вряд ли бы послушали.

Диаграмм над мужиками не было. Причём, просканировав их с пристрастием, я обнаружил ещё по три амулета под рубахами. И амулеты были уж очень знакомыми.

В понедельник мне уже и самому надо будет отчаливать, а Леонид всё никак не поторопится с принятием решения, чтобы отсыпать мне на ход ноги деньжат побольше. Видимо, решил-таки рискнуть и дождаться, пока я сам уеду. Но ведьмаков своих всё равно ко мне приставил.

— Не трогать их, — велел я Ульриху. — Это мне из церкви бесплатную охрану ещё организовали. Пусть парни работают спокойно,