Наследник $$$ уровня 3 - Андрей Еслер

— Не вернули?

— Нет. Один их охранников потом сказал, что она уехала в разные части страны… Я так и не поняла, о чем это он.

Мария сжала ремешок сумки. Утешать она не умела, а дежурные слова застревали ещё на подходе к горлу.

Для социальной службы эти люди были графой в отчёте и занятыми койками. Для полиции, судя по всему, тоже. Никто из них не звонил Виктору и ни о чём его не просил. Он вспомнил о спасённых сам, наутро после штурма. Тут не было никакой выгоды или расчета. Одни расходы.

Бездушный корпорат не стал бы оплачивать чужие койки.

Мария поднялась, и девчонка окликнула её в спину:

— Тетя, спасибо. И тому, кто вас прислал, передайте.

— Передам.

В машине Мария позволила себя немного слез. Эти люди были ни в чем не виноваты, но с ними так ужасно обращались…

Она сверила список: двенадцать фамилий, напротив каждой галочка. Квитанцию она убрала в папку для вечернего отчета и завела двигатель.

До виллы Мария добралась к ужину.

Виктора она нашла на террасе, с недопитым бокалом и стопкой отчётов на коленях. В саду пробовали голоса первые цикады.

— Ну, как съездила? — он отложил листы.

Мария доложила строго по порядку. Про очередь у регистратуры, про то, как избитых гнали на улицу с горстью таблеток, потому что платить за них некому. К концу рассказа голос всё же дрогнул.

— Я так и предполагал, — Виктор усмехнулся, но веселья в этой усмешке не было. — Потому и отправил тебя. Этих бедолаг вышвырнули бы уже к вечеру.

Он вернулся к бумагам.

Мария задержалась у перил.

Люди в больничной форме, с чистыми руками и незапятнанной совестью, выкидывали покалеченных на улицу. Человек, отдавший приказ о расстреле тридцати человек, тем же покалеченным оплатил лечение и прислал по конверту денег. Мир, который ещё вчера в ее глазах делился на черное и белое, расплывался во что-то серое, без границ.

У ворот прошуршали шины, и в калитку заглянул Хавьер.

— Полиция, господин. Двое, просят вас.

— Проводи сюда, — Виктор отставил бокал. — Мария, на сегодня всё. Иди отдыхай.

Она собрала свои папки и ушла в дом.

Гостей в погонах я ждал ещё днем. Удивительно, что они тянули до заката.

Старший шёл первым: грузный, за пятьдесят, седые виски, форма сидела на нём свободно, как домашняя одежда. Молодой следовал на полшага позади, выглаженный до идеала, с фуражкой под мышкой.

— Прошу простить за поздний визит, сеньор дэ Фуэго, — старший опустился в предложенное кресло и раскрыл потертый блокнот. — Я следователь Серхио Оливейра, а это мой юнный напарник, Чезаре Молинаре. Пара рутинных вопросов, и мы уедем. Вы ведь недавно приобрели завод у Аугусто Мерино?

— Позавчера оформили у нотариуса.

— Сеньор Мерино после сделки пропал. Дома не появился, и до родни на севере не доехал. Когда вы видели его в последний раз?

— Там же, у нотариуса, при подписании, — я развёл руками. — Аугусто сам пришёл ко мне с предложением. Торопился, хотел продать быстрее и уехать, обмолвился, что начнет жизнь заново в другом месте. Я видел, что на него давят. Кто и как, не уточнял. В наших кругах подобные вопросы задавать не принято.

Молодой подался вперёд.

— И вы просто взяли и заплатили миллион песо? — в голосе заиграла наигранная ирония. — За предприятие, которое стоит впятеро дороже? Щедрая у вас сделка вышла, сеньор. Для вас. Не для Мерино.

Про то, что старик, скорее всего, давно на дне у рыб, я распространяться не стал. Догадки в протокол не занести.

— Молодой человек, а вы бумаги смотрели? — я откинулся в кресле. — Вместе с заводом я принял все его обременения. Долги поставщикам, неустойки за сорванные отгрузки, просроченные кредиты. Аугусто задолжал больше, чем стоили его станки, и на него это давило сильнее всего. Миллион был символической доплатой. Я покупал не завод, а гору чужих проблем. Запросите копии у нотариуса, он подтвердит каждую цифру.

— Проверим, — буркнул Чезаре.

— Уймись, — не оборачиваясь обронил старший Серхио. — Сеньор ответил.

Юноша притих, но сдаваться не собирался.

— Последний вопрос. Где вы провели эту ночь?

Старший оторвался от блокнота и впервые за вечер посмотрел мне прямо в глаза.

— А вот это правильный вопрос.

Но дверь террасы тихо скрипнула.

На пороге стояла Карла, завёрнутая в легкий шелковый халат, босая, с волосами, примятыми подушкой. Она оглядела собравшихся и ничуть не смутилась.

— Виктор, я везде ищу тебя… О, у нас гости. — Халат она поправила движением, достойным подиума. — Господа, если вас интересует эта ночь, то сеньор провёл её со мной. Подробности нужны, или ограничимся общей картиной?

Молодой открыл рот и забыл его закрыть. Лицо с обложек и билбордов стояло перед ним босиком и в почти прозрачном халатике.

Самое забавное, что Карла почти не соврала. Ночь мы действительно провели под одной крышей, просто началась она для нас позже, чем принято считать.

— Подтвердить может и мой телохранитель, — добавил я. — Он охранял дом до рассвета.

Хавьер у дверей коротко наклонил голову.

Старший захлопнул блокнот, поднялся и одёрнул китель.

— Вопросов больше нет. Всего доброго, сеньор.

Хавьер повёл их к воротам. Спустя минуту за оградой завёлся двигатель, и звук мотора уплыл вниз по склону.

* * *

Фавора

Вызов пришёл в середине дня.

Секретарь с верхнего этажа сухо передал в отдел: глава дома ожидает сеньориту Алонсо у себя. Катрин закрыла папку с правками, поправила воротник и направилась к лифтам. Приглашения от Тайрона она получала нечасто, и ни одно из них не оказывалось простым.

В кабинете пахло типографской краской от свежих полос, разложенных на столе. Тайрон стоял у окна, за которым только расцветали вечерние огни города.

— Присаживайся, — он указал на кресло, не оборачиваясь. — Как отдел?

— Растёт. Подписка на военные сводки удвоилась за месяц.

— Читал отчёт, — Тайрон отошёл от окна и занял своё место. — Но позвал я тебя по другому поводу.

Он выдержал короткую паузу, разглядывая её через стол.

— Меньше чем