Наследник $$$ уровня 3 - Андрей Еслер

— Что-то случилось? — насторожился я.

Мария была мне дорога. Кроме того, она стала незаменимой для компании. Если программисты являлись мозгом Виды, то Мария давно превратилась в её руки. Через неё проходили встречи, документы, поручения и десятки мелких дел, о существовании которых я даже не подозревал.

— Нет, просто…

Она замялась.

— Меня пугает то, что произошло вчера. Скажу больше: меня пугает мысль, что это не последние подобные проблемы.

— Мы всё решили. Но если тебя что-то беспокоит, скажи прямо.

Мария опустила глаза.

— На месте Карлы должна была оказаться я.

Я мысленно выругался.

И где она успела это услышать?

Хавьер?

Вот же оловянный солдатик. Обычно лишнее слово из него приходилось вытаскивать едва ли не клещами, а тут разговорился.

С другой стороны, для Хавьера я оставался руководителем. С Марией же они уже не первый месяц жили под одной крышей, постоянно встречались за завтраком и ужином. Неудивительно, что телохранитель рассказал ей больше, чем собирался.

— На Карле ни царапины, — напомнил я. — Тебя вытащили бы так же. Без особых проблем.

Мария некоторое время молчала.

— Так будет всегда?

— Настолько опасно?

Она кивнула.

Я не стал вешать ей лапшу на уши.

— Да. И дальше станет только опаснее. Люди наверху — не бандиты с окраин.

Мария побледнела ещё сильнее.

— Ты готова к этому? — продолжил я. — Ещё не поздно соскочить с корабля.

Девушка встала.

Страх никуда не исчез, но время лечит, это я знаю по опыту.

— Готова.

* * *

Мария вышла из кабинета Виктора и прикрыла за собой дверь.

Её тут же забила крупная дрожь.

Пока она сидела напротив него, удавалось держать лицо и заставлять голос звучать твёрдо. Теперь напряжение отпустило, и тело перестало подчиняться. Колени ослабли, ладони похолодели, а сердце болезненно колотилось о рёбра.

События вокруг нарастали снежным комом.

Ещё вчера, как ей порой казалось, она была перспективной выпускницей юридического факультета. Искала работу, мечтала о хорошей должности и считала успехом возможность попасть в крупную корпорацию.

Теперь Мария стала едва ли не правой рукой молодого и амбициозного корпората. Подписывала многомиллионные договоры, сопровождала сделки, общалась с владельцами заводов и знала секреты, за которые некоторые люди были готовы убивать.

А вчера убивали уже рядом с ней.

Мария взяла у Эстеллы сэндвич, вышла из дома и забралась во внедорожник. Ей предстояло отвезти Даниэлю документы.

Садясь за руль, она старалась отогнать дурные мысли. Не думать о Карле. Не представлять, что произошло бы, окажись похитители умнее. Не вспоминать спокойное лицо Виктора, когда он сообщил, что проблема решена.

Мария вела одной рукой, второй удерживая сэндвич. Последнее время она почти всегда ела так: в машине, в коридорах, между встречами. Спокойно сесть за стол удавалось всё реже.

Из радиоприёмника донёсся взволнованный голос ведущего:

— Бойня. Другого слова подобрать невозможно. Этим утром Корса получила неоднозначные новости. Преступная группировка Марселя Сотело, больше известного как Краб, была полностью ликвидирована.

Мария перестала жевать.

— Я читаю отчёты с места событий, вернее, ту их часть, что успела утечь в прессу, и не могу поверить собственным глазам. Уберите от радиоприёмников детей. Далее прозвучат подробности, способные шокировать неподготовленного слушателя.

Обе руки Марии были заняты. Она не успела выключить радио.

— В ночном клубе «Глотка» обнаружены тела практически всех членов преступной организации. На данный момент подтверждена гибель тридцати человек. По предварительной версии, неизвестные ворвались в здание, обезвредили охрану и освободили более десяти пленников…

Сэндвич застыл у губ Марии.

Перед глазами возник Хавьер. Его тяжёлый взгляд. Люди службы безопасности, которые молча выходили из дома после разговора с Виктором.

— После освобождения заложников, членов банды вывели в коридор, поставили на колени и казнили. Расстреляли, если называть вещи своими именами. Сам Марсель Сотело также найден мёртвым в своём кабинете…

К горлу подкатила тошнота.

Мария резко ударила по тормозам. Внедорожник дёрнулся, съехал к обочине и остановился, подняв облако пыли.

Она едва успела распахнуть дверь.

Согнувшись, Мария выплюнула остатки сэндвича, а затем её вырвало. Желудок болезненно сокращался, будто его стянули морским узлом. Перед глазами поплыли тёмные пятна.

Лишь когда из горла пошла горькая желчь, она смогла выпрямиться.

Некоторое время Мария стояла у машины, опираясь ладонью о раскалённый металл. Мимо проносились автомобили, и водители равнодушно скользили по ней взглядами.

Она достала воду, прополоскала рот и вернулась в салон.

Руки тряслись так сильно, что крышку бутылки удалось закрутить только со второй попытки.

Мария не присутствовала в клубе, но прекрасно представляла, что там произошло. Радиоэфир лишь расставил всё по местам.

Виктору казалось, что утром он её успокоил.

Но это было не так.

Проведя несколько минут на обочине, Мария заставила себя продолжить путь.

До завода она добралась почти машинально. Проехала через проходную, оставила внедорожник возле административного корпуса и поднялась в кабинет Марко.

Брат как раз вводил в курс дела новых сотрудников службы безопасности. Перед ним сидели несколько крепких мужчин с одинаково прямыми спинами и внимательными взглядами.

— Можем поговорить? — попросила Мария.

Марко сразу заметил её состояние.

— Перекур. Полчаса, — бросил он ветеранам.

Мужчины молча поднялись и один за другим покинули кабинет. Последний прикрыл дверь.

— Что случилось? — Марко приблизился к сестре.

— Мне нужно прийти в себя.

Мария почти рухнула в кресло.

— Голова кружится… И… Марко, я не знаю, что делать.

Брат налил ей воды и поставил стакан на стол.

— Рассказывай.

Мария обхватила стакан обеими ладонями, однако пить не стала.

— Как ты справлялся со стрессом на войне? Со смертями? Как вообще смог всё это пережить?

В её голосе прозвучала почти детская мольба.

Марко сел напротив.

— На войне нет времени справляться со стрессом. Выбрасываешь из головы всё лишнее. Оставляешь только своё имя, имена людей рядом и детали боевой задачи. Если начнёшь думать обо всём остальном, погибнешь. А ты, никак, на войну собралась, сестричка?

Мария подняла на него покрасневшие глаза.

— Мы уже на войне.

— Ты про банду Марселя?

Она медленно прикрыла веки.

Марко откинулся на спинку стула.

— Серьёзно тебя накрыло. Пойми, Мари, это не люди. Они хуже. Гораздо хуже.

— Но они были людьми! Живыми людьми! — резко возразила она. — Что бы ты ни говорил.

— Слышал я кое-что про Краба и его дружков. До нормальных людей им ещё миллионы лет эволюции.

Лицо Марко