Ассенизатор - Александр Евгеньевич Сухов

— Да, ты философ, я посмотрю, — управляющий удивленно вылупил на меня зенки.

— Ага, — поддакнул я, — из молодых, да ранний. Так многие говорят.

Боров лишь хмыкнул, похоже, успел привыкнуть к изменениям, произошедшим с ранее молчаливым и незаметным мальчуганом.

Мы проследовали к коллектору, куда по трубам стекались нечистоты со всего поместья, и откуда они должны уходить по трубе полутораметрового диаметра за пределы защитного купола куда-то в Пустоши на радость тамошним монстрам. Но не утекали, поскольку труба была основательно забита пробкой из твердых бытовых отходов. Всё, что туда попадало, теперь выплескивалось наружу и растекалось по окрестной территории в виде запашистого озерца. Повезло барону несказанно, его дом стоял не невысоком холме, и огромная смердящая лужа до него не доставала. Но вонь… Вообще не понимаю, как они тут еще не перемерли. Неужто принюхались?

А подойдя ближе к коллектору, я ощутил магические флюиды. Определенно, в этом месте кто-то колдовал и не так давно. Интересно, маг я без году неделя, а откуда-то в моей башке появляется сакральное знание, коего в голове Митьки никогда не было, и быть-то не должно. Чужеродная магия была настолько «густой» и «едкой», что я буквально всей кожей ощутил неприятное покалывание. Выражаясь языком обывателей, мана была «битой». Скорее всего, первоначально пробка была небольшая, и кто-то пытался использовать заклинания очистки, но проделано это было не совсем удачно, точнее совсем неудачно, превратив обычный засор в магическую аномалию, забившую трубу. В чародейском зрении это выглядело как сгусток серо-зеленого тумана, который пульсировал, издавая звуки, похожие на чавканье обжирающейся помоями свиньи.

Боров тоже почувствовал присутствие вредных для здоровья чародейских флюидов. Он побледнел и попятился прочь от ямы с фекалиями.

— Митька… это не просто засор! Это… это проклятие какое-то! Черное колдунство'. У меня всё тело чешется, будто мандавошек словил с гулящей девки. Я ухожу. С этим в коллегию магов нужно обращаться.

— Стой! — Я положил руку ему на плечо, чувствуя, как «шмели» внутри меня начинают бешено зудеть.

Я не позволил бригадиру сбежать. Успокоив Борова своим уверенным видом, шагнул к самому краю коллектора. Сука, пришлось топать по щиколотку в какашках. Достал из сумки кусок медной проволоки — вот и пригодилась, не зря прихватизировал в лавке старьевщика. Быстро свил из нее нечто наподобие восьмерки или знака бесконечности и привязал гроздь «шмелей» к этой конструкции. Действовал по наитию, сам себе удивляясь. Хорошенько прицелился и метнул созданный на коленке артефакт в самый центр аномалии. Моя магия, привыкшая к «грязной» работе, принялась с жадностью поглощать чужеродную энергию, перемалывая и прессуя засор в привычную безвредную субстанцию. Неприятный сгусток, который до этого чавкал и пытался тянуться ко мне невидимыми энергетическими щупальцами, вдруг обмяк, потерял свою агрессивную природу и осел на дно безобидной кучкой спрессованных окатышей, которые вскоре унесло потоками нечистот, исторгаемых огромным хозяйством фон Клюге. А вместе с аномалией исчезла и та давящая, липкая тяжесть, от которой у даже здорового человека начинала чесаться кожа и болеть голова. Но на этом мое заклинание не успокоилось. Оно переключилось на вонючее болотце на территории поместья и начало его поглощать прямо на глазах ошарашенных зрителей, коих, стоит отметить, собралось немало.

Вскоре и воздух стал постепенно очищаться. А также рои мух, слетевшихся на запах, мои «шмели» вполне успешно утилизировали в безопасную неорганическую субстанцию.

Благодаря острому зрению, мне было отлично видно, как барон, наблюдавший за моими действиями из окна второго этажа своей резиденции, выронил монокль. Благо оптический прибор был на цепочке и не разбился. Его лицо, до этого бледное от страха и брезгливости, вытянулось в забавную гримасу изумления.

Вскоре рядом с нашей группой нарисовался и сам хозяин поместья. При его приближении мы с Боровом поклонились, как полагается, бригадир, перед тем, как согнуть хребет, снял со своей башки картуз с переломанным в двух местах козырьком.

Это… как⁈ — пропищал неожиданно высоким голосом фон Клюге. — Мой штатный маг безуспешно бился над засором целую неделю! Он сжег три больших накопителя, потратил годовой запас реагентов. Пару дней назад приезжали гильдейские маги, только денег на них зля потратил кучу. А ты… ты просто пришел и… устранил проблему! Невероятно! Какой-то мальчишка…

Пока барон разглагольствовал, я без спешки извлек из сумки кусок ветоши и вытер сначала вспотевшие лицо и шею, затем руки. В моей голове уже крутились «шестеренки». Этот барон не просто богатей, он возможность. Если у кого-то из его соседей возникнет такая же беда, стоит ему намекнуть, что Дмитрий Николаевич Кравцов всегда готов оказать помощь, разумеется, небескорыстную, но значительно дешевле и с гарантированным результатом, нежели изборские чародеи. Понимаю, что встаю на скользкую дорожку конкуренции с людьми, которые меня способны размазать меня одним плевком. Но если делать все по-умному… Он ведь, кто не рискует, тот не пьет шампанского. Мне, конечно, сей шипучий напиток без надобности, но от денег я бы не отказался.

— Ваше благородие, — я постарался придать голосу максимально почтительный, но уверенный тон, — ваш маг и прочие чародеи пытались бороться с симптомами, а не с причиной. Они пробовали «выжечь» грязь, а её нужно было «утилизировать». Это разные инженерные подходы. У них — грубая сила, у меня — оптимизация процесса. К тому же, вполне допускаю, что имела место диверсия. Кто-то из ваших врагов навел порчу на объект. Ну а потом неумелые действия вашего штатного мага и прочих «умельцев» усугу̀били и углу̀били проблему. На то и был расчет злоумышленников.

Боров, стоявший справа от меня, выглядел так, будто увидел, как корова заговорила по-французски. Он переводил взгляд с меня на исправно работающий коллектор, потом на барона, и в его глазах читался не только страх, но и осознание того, что его подопечный только что стал золотой жилой. Из воспоминаний реципиента мне было отлично известно, что этот с виду неотесанный мужлан обладает завидным нюхом на деньги.

— Значит так, ваше превосходительство, — я повернулся к барону, чувствуя, как внутри меня, в районе солнечного сплетения, радостно гудят «шмели», требуя новой работы. — Ваша канализация была забита не просто отходами, а магическим «тромбом». Вполне возможно, что это и не был не чей-то злой умысел, просто кто-то из ваших слуг сбрасывал в общий сток отходы алхимических производств или неудачных колдовских опытов. Эти реагенты вступили в реакцию с бытовыми стоками и, в конечном итоге,