Линия иной судьбы 4 - Дмитрий Соловей

Вот что за время! Всё на доверии и честном слове. Никаких тебе препон и охранников. Зашли парни с улицы и их без вопросов пропустили туда, где на минуточку, маленькие дети. А вдруг мы террористы?

В музыкальной комнате за пианино сидела совсем молоденькая девушка. На вид лет двадцать, не больше. Услышав нашу просьбу, девушка сначала посмотрела на Борю с недоумением, потом всё же заинтересовалась и отказывать не стала, поскольку имела свободное время. Наверное, ей никогда не попадались авторы песен, не знающие нотной грамоты.

— Конечно, помогу. Только придётся вам сначала напеть мелодию, — попросила девушка.

Звали её Надеждой. Достав чистый нотный лист, музработник приготовилась нас слушать, затем терпеливо попросила повторить отдельные фрагменты, иногда сама проигрывала несколько тактов на пианино и сравнивала их с тем, что напевал Боря.

Надя не просто переносила услышанное на бумагу, а разбиралась в мелодии, чувствовала её ритм и сразу замечала, если Боря случайно менял ноту или растягивал её дольше, чем нужно. Совершенно перестав вмешиваться, я просто наблюдал.

Когда какой-нибудь музыкальный кусок не складывался, Надя несколько раз проигрывала его на пианино и только потом снова бралась за карандаш. Через некоторое время лист перед ней уже заполнялся аккуратными нотными строчками.

— Очень необычная песня, — заметила Надя. — И слова хорошо на мелодию ложатся. У вас рифма во второй и четвёртой строках, да? По ритму и ударениям тоже всё совпадает.

На всё ушло часа полтора.

Наконец Надя проиграла записанную мелодию от начала до конца и кивнула, подтверждая, что всё закончила. Боря забрал лист и поблагодарил её. Я же достал деньги, но Надежда категорически отказалась. Отчего-то девушка не считала, что сделала нечто-то особенное. Я попытался настоять, но та покачала головой. И, похоже, спорить дальше было бессмысленно.

Именно тогда она снова внимательно посмотрела на Борю, который снял кепку и взлохматил пятернёй шевелюру.

— Подождите… А вы ведь Борис Белов? Тот самый Гриша из «Карнавальной ночи»? — спросила она с неким сомнением в голосе.

Боря улыбнулся и кивнул. Надежда сразу оживилась и призналась, что фильм смотрела несколько раз. Никакого притворства в её реакции не было, она действительно обрадовалась, узнав актёра. И деньги не взяла.

Когда мы вышли на улицу, Боря спрятав нотный лист во внутренний карман и уточнил у меня:

— Что будем делать? Некрасиво получилось. Отняли у человека столько времени.

— Завтра вернёмся с коробкой конфет, — заверил я, и Боря согласился.

Надя просто помогла, потому что могла.

Пятничное утро началось спокойно и безмятежно. Никаких дел у меня не было, в магазины за всяким дефицитом идти было лень. Я лежал на кровати в своей комнате, подложив подушку под спину, и читал книгу. Накануне мне повезло урвать в магазине «Искатели» Даниила Гранина. Раньше я её не читал, потому увлёкся.

Часам к девяти из коридора донеслись голоса и звяканье посуды. Парни были дома и явно не спешили на «кафедру». «Аспиранты», как же. Слишком ладные и стриженные по одному лекалу. Всё же я склонялся к версии, что они проверяли реакцию провинциального дурачка.

Появляться на кухне не хотел, но и сидеть взаперти в комнате тоже не хотелось. В конце концов меня здесь поселили, я что не имею права налить себя чая?

Вадим и Олег расположились на кухне. Посреди стола красовался мой новенький эмалированный чайник, которым я как раз хотел воспользоваться, устроив себе завтрак. Парни пили чай и явно обрадовались моему появлению.

— О, изобретатель проснулся! — Олег отреагировал первым. — А мы тут думаем, поднимется наш кубанский самородок или до обеда дрыхнуть изволит?

— Доброе утро, — нейтрально ответил я и протянул руку, чтобы взять со стола чайник.

Вадим лениво перехватил моё запястье, не дав забрать чайник.

— Слышь, ты парень, что за неуважение к старшим? — задал он вопрос, не требующий ответа и продолжая удерживать мою руку. — Ты нам за гостеприимство проставиться должен, а ты из-за посуды кочевряжишься.

— Руку отпусти, — спокойно попросил я, убеждая себя не реагировать на провокацию.

Физически против двоих тренированных парней, которые, скорее всего, числятся в Первом отделе, у меня шансов мало. Сомнут меня за полминуты.

— Ты как разговариваешь, щегол? — Олег встал, его лицо утратило напускное дружелюбие. — Забыл, где находишься? Да тебя отсюда в один день назад в твою станицу упакуют, и вякнуть не успеешь. Технологию он придумал... Комбинатор хренов.

— Повторяю для непонятливых. Я вам ничего не должен, Вадим, отпусти. Я хочу поставить чайник на плиту, — снова я предпринял попытку вырвать руку. Уверяю вас, никакого намека на самооборону в моём жесте не было.

— Ах ты, сука провинциальная... — Вадим дёрнул меня и тут же последовал удар левой рукой в солнечное сплетение.

Вспышка боли ослепила, но руку я всё же выдернул и от резкого движения отлетел спиной к раковине. Стол качнулся, чайник с грохотом полетел на пол, заливая линолеум и ноги Олега горячей водой.

Тот отреагировал вполне предсказуемо, двинув меня в челюсть. Чего мне стоило не ответить на выпад не буду говорить. Очень хотелось начать драку, но линию поведения я для себя выработал ранее и собирался изображать полноценную жертву, что явно не входило в планы парней. Уверен, им нужно было, чтобы я отреагировал, как бы это сделал любой человек, оказавшийся в подобной ситуации.

Вадим снова ударил, целясь по рёбрам и в живот — профессионально, чтобы не оставлять явных следов. Я согнулся и практически сам налетел на кулак Олега. Из разбитой губы тут же на подбородок потекла горячая струйка крови, в голове зашумело, но я упорно держал руки опущенными, лишь прикрывая локтями печень.

Очередной удар от Вадима и я, пытаясь удержать равновесие на скользком от воды полу, неловко отшатнулся назад, зацепив ногой тяжелую табуретку. Она с грохотом перевернулась, отлетев прямо в ноги Олегу. Ему уже ранее досталось горячей водой по ногам, а тут добавилась табуретка. Парень вполне натурально озверел.

— Ах ты, гад! — взревел Олег и с размаху, тяжелым полуботинком, приложил меня по рёбрам. Боль вспыхнула такая, что в глазах на секунду потемнело. Я позорно сполз по стене на пол. Следующий удар пришелся мне в скулу — это уже Вадим добавил сверху. Левый глаз тут же начало стремительно раздувать.

— Хорош, Вад, завязывай, — донесся